Я люблю Лондон - Линдси Келк

– О, здравствуйте! – Она вскочила на ноги и сунула журнал под прилавок. Все в магазине было ослепительно белоснежным – стены, мебель в стиле «потертый шик», витрины и даже пол. На этом фоне консультант выделялась своей красной помадой и не менее красными волосами. Безо всякой причины мне захотелось крепко ее обнять. – Чем могу помочь?

– Надеюсь, кое-чем сможете. – Я нетерпеливо стянула волосы назад в высокий хвост. Во мне шевельнулось хорошее предчувствие. – Мне нужно свадебное платье.

– А я только их и продаю! – Она обвела руками магазин. – Меня зовут Хлоя. Хотите, чтобы я вам что-нибудь подобрала, или сами посмотрите?

– Как вы думаете, на меня что-то можно найти? – Ух ты, подумала я, продавец в свадебном салоне дает возможность посмотреть товар! Фантастика! Но даже не оборачиваясь к Дженни, я чувствовала исходившее от нее колючее раздражение. Это не было официальным заведением высокой свадебной моды. Здесь не играла приглушенная мелодичная музыка, не подавали охлажденного шампанского в узких бокалах и шоколадных трюфелей. Из белого шоколада, разумеется. И меня не подпускайте! Зато здесь были три стойки роскошных платьев и большая белая ширма у дальней стены, за которой мне, видимо, предстояло переодеваться. Магазин был маленьким, дружелюбным и без пафоса. Восхитительно!

– У нас тут все в последнюю минуту, я не знаю, какой у вас порядок, – вмешалась Дженни, как всегда перехватывая инициативу. – Она в субботу выходит замуж, нам нужно платье.

– Могу продать все, что есть в наличии. – Хлоя повернулась и окинула меня внимательным взглядом. – У меня много такого, что вам подойдет. Десятый размер?

– Да, примерно, – кивнула я, уже стаскивая свой кардиган.

– Какая планируется свадьба? – Она начала снимать платья со стойки и переносить их на другую вешалку, у дальней стены магазина. – Городской шик, деревенский сад, Вестминстерское аббатство?

– Симбиоз деревенского сада и городского шика, – ответила Дженни. – Просто, элегантно и классически.

– Мне очень нравится это платье, – сказала я, рискуя быть убитой на месте за прерванную фразу, и помахала моим измятым журналом перед тщательно подкрашенным лицом Хлои. – Если у вас есть что-нибудь похожее, с удовольствием померяю.

– О, Сара Пайпер? Я училась с ней в Сент-Мартинс. – Хлоя улыбнулась и сняла два платья с противоположной вешалки. – Потрясающее платье, но у меня его нет. Это новая коллекция.

Я постаралась скрыть разочарование. Так и знала, что многого прошу.

– Но у меня есть два ее платья прошлого сезона. Между нами, я считаю, они лучше. Что вы думаете?

Что думала я? Я думала, что запла2чу. Оба платья были изысканно прекрасны. Первое – из бледно-розового шелка, с заниженной талией, длинной летящей юбкой и воротничком-«хомутиком». Я не была уверена, что подойду этому платью, но на краткий миг мне захотелось бросить Алекса и родить детей от этого шедевра… Пока я не взглянула на второе.

Господи! Это было само совершенство!

– Можно его померить? – нерешительно спросила я, держа руки по швам и боясь подойти – вдруг Хлоя запретит! Успех моей свадьбы и все мое будущее счастье зависели от того, налезет ли это платье на мою задницу.

– Конечно, можно. – Она убрала первое платье на вешалку и повела меня к дальней стене магазина. – Дайте нам минуту, – сказала она моей беспокойной невестиной братии. – Оно легко надевается.

Обычно мне не доставляет удовольствия необходимость раздеваться перед посторонними, но сейчас я просто посрывала с себя одежду. Мне не терпелось ощутить это платье на себе.

– Под него можно бюстгальтер, – пояснила Хлоя, когда я, едва сдерживая ликование, подняла руки над головой, – без лямок, в «Агент провокатор» есть очень красивые. Но вот корсет сюда не подойдет.

– Я не хочу корсет, – понизив голос, призналась я, надеясь, что Дженни не слышит. Прохладный шелк скользнул по коже, как счастливый вздох. – Я хочу иметь возможность что-нибудь съесть на собственной свадьбе.

Если там вообще будет еда – мы это еще не обсуждали.

– Тогда прекрасно, – сказала Хлоя, обойдя меня сзади и застегивая какие-то невидимые застежки. Я с нетерпением смотрела на завешенное зеркало, стараясь сдернуть белый муслин пока не раскрытой во мне силой телекинеза. – В талии сидит хорошо. Сюда нужны высокие плотные трусы, а не утягивающие панталоны. Руки сильно открыты сзади. Вы удивитесь, у скольких женщин это проблемная зона. Платье не подошло бы, будь у вас огромная грудь, но, по-моему, на вас оно сидит прекрасно. Кое-где нужно немного подогнать, но это я легко сделаю к субботе.

Никогда за всю мою жизнь я не была так счастлива, что у меня нет «огромной груди». Хлоя отступила на шаг, нахмурилась и подала мне шелковые босоножки на острых каблуках и пару браслетов из белого золота, потом распустила мне волосы и перебросила их через плечо спутанным каскадом.

– Готово, – улыбнулась она. – Люблю я свою работу.

Она сдернула муслиновый покров с огромного тройного зеркала и зааплодировала. У меня перехватило дыхание. Длинные многоярусные юбки шелестели вокруг моих ног. Спереди был длинный разрез, а в боковых швах – карманы. Карманы! Облегающая талия переходила в чуть более свободный корсаж с высоким круглым вырезом, а полоски ткани на плечах соединялись сзади в узкую вертикальную ленту, которая снова расширялась книзу и переходила в юбку, заключая меня в кокон физического воплощения радости. Это было серьезное платье, которое пришло на вечеринку. И оно сидело прекрасно. Волшебные потайные молнии расстегнулись, и как только легкие снова начали мне повиноваться, я задышала почти как нормальный человек.

Мои чувства к первому платью можно назвать вожделением. Возможно, сначала мне показалось, что я хочу от него детей, но на самом деле я рассчитывала провести с ним бурную ночь, а утром отправить восвояси. Зато второе… Это платье я хотела привести домой и познакомить с родителями. Я хотела пригласить его на ужин и всю жизнь защищать и лелеять. Если бы я не выходила замуж, купила бы его, чтобы мыть в нем посуду. Это было То Самое Платье.

– О, Энджел!

Сзади меня в зеркале появились Луиза, Дженни и моя мать; если я была нечеловечески счастлива, эти трое плакали, словно кто-то сообщил им о раке в последней стадии у любимого щеночка. Мать одной ладонью зажала рот, а другой бешено махала перед глазами, стараясь сдержать слезы, Луиза полностью утратила самообладание, а Дженни только молча кивала, не вытирая мокрых щек.

– Ну вот и все, – пожала она плечами, вынула из сумки записную книжку и перечеркнула список. Один – ноль в пользу Кларк. – Ты изумительно выглядишь, Энджи.

– Не правда ли? – подтвердила стоявшая рядом Хлоя, по-хозяйски сложив руки на груди. – Несложный случай.

– Вы прекрасно подобрали аксессуары! – Взяв мою руку, Дженни залюбовалась браслетами. – Очень красивые.

– Я люблю свою работу, – повторила Хлоя, взяла поднос с браслетами и протянула Дженни, этой полупрофессиональной сороке, чтобы могла изучить внимательно. – Платье нужно немного укоротить и подогнать в талии, но я смогу доставить его в субботу утром. Свадьба будет в Лондоне?