Атлас и серебро - Джейн Арчер

– Спасибо, Роже. Не знаю, смогу ли я отблагодарить тебя за все, что ты сделал.

– Я подумаю, как это сделать, – пообещал он, не спеша гладя ее по плечам и привлекая к себе.

Она ласково засмеялась, уютно свернувшись у него под боком:

– Я не забыла про нашу сделку. Ты выполнил свою часть – теперь моя очередь.

– Чтобы расплатиться со мной, тебе понадобится немало времени, Шенандоа, – заметил он, целуя ее в макушку.

– А я не собираюсь спешить, – прерывисто шепнула она.

– Отлично. Я это запомню.

Она поцеловала его в губы и тут же ощутила, как по телу прошла волна жара.

– Роже, я...

Со стоном он взял ее руку и приложил к паху. Даже поверх джинсов можно было нащупать затвердевшую, звавшую к любви плоть.

– Роже, – выдохнула она, легонько оттолкнувшись, – как ты можешь – сейчас, здесь?

– Шенандоа, когда ты рядом, для меня не существует ни времени, ни места. И если бы я не так устал, то, наверное, смог бы...

– Ты устал?

– Напоминай почаще, чтобы впредь я больше не ввязывался в твои дела, – со стоном взмолился он. – Мы и так чудом остались живы.

– Знаю, – с удивительной серьезностью отвечала она. – Роже, я отвечаю за свои слова. Я в долгу перед тобой. И ты можешь потребовать с меня долг в любое время.

– Хорошо. Я запомню. Ну а теперь ты бы лучше заснула.

– А ты?

– Нельзя. Я – часовой.

– Роже, ты ведь в прошлую ночь не спал!

– Шенандоа, мы все еще в опасности.

– Вот и спи. А я покараулю и разбужу тебя. Роже все еще сомневался.

– Не бойся, мне все равно сейчас не до сна.

– Ну, ладно, – подумав, уступил он. – Но не позволяй мне спать слишком долго.

И уже в следующий миг он провалился в глубокий, без сновидений сон. Шенандоа с улыбкой любовалась его усталым лицом, затем принялась вслушиваться в ночные звуки. Она попыталась восстановить в памяти картину бегства, однако рассудок отказывался повиноваться, не желая возвращаться к пережитому страху и смерти. Вместо этого перед глазами встала поляна на берегу пруда, где Роже сделал ее женщиной.

Осторожно, чтобы не разбудить, она погладила его по руке. Пожалуй, ее мать была бы в шоке, узнай она про то, что дочь вот так, безрассудно и страстно, отдалась чужому, почти незнакомому мужчине. Пожалуй, дядя также разочаруется, если узнает. Но здесь, на Западе, жизнь слишком коротка. А Шенандоа давно считала себя взрослой и впервые в жизни встретила такого мужчину, как Роже. Упусти она свой шанс – другого может и не представиться. Счастье игрока переменчиво, как жизнь. В этом раскладе ей достался Роже, и она воспользовалась этим и получила все, что хотела. И не собиралась об этом жалеть.

Ведь было ясно, что удача не будет сопутствовать ей вечно. Она зарабатывает на жизнь картами. И не может позволить себе продолжать наслаждаться чувствами, владевшими ею на протяжении этой эскапады. Нужно взять себя в руки, как только они доберутся до Ледвилла. Существовал лишь один способ – выиграть, а значит, и выжить, ведь она была профессиональным игроком. И к тому же у Роже есть своя собственная жизнь. Ему давно пора заняться рудником. А с Шенандоа он расстанется, и оба пойдут своим путем, вспоминая счастливые дни.

В лунном свете резкие черты его лица показались необычно мягкими, и она легонько поцеловала его, не в силах подавать щемящую боль в груди. Она – картежница. И этим все сказано. Роже – старатель. Люди с такими профессиями не могут быть вместе, и тем более оставаться вместе надолго. Да им это и ни к чему. Слишком многое придется менять в образе жизни. И когда на душе снова заскребли кошки, Шенандоа не обратила внимания. Она – игрок и не подвластна чувствам. По сути, если она уступит эмоциям – карьере конец. А Роже можно считать приятным отступлением. И не более.

Она снова поцеловала его и услыхала в ответ:

– Черт побери, Шенандоа, как прикажешь мне спать, когда ты вытворяешь такие штуки? – И Роже до боли сжал ее в объятиях. От поцелуя мигом воспламенились оба, и вот уже его язык проник между горячими, податливыми губами и жадно обследует то, что считает своим, снова и снова напоминая об этом.

Шенандоа застонала, чувствуя, как обволакивает тело знакомая истома, как желание затуманивает рассудок.

Внезапно Роже отпрянул.

– Хватит, не то не видать нам Томбстоуна. И к тому же Арабелла...

– С тобой я готова забыть обо всем.

– Проклятие! Я безумно тебя хочу, но ведь надо подумать о будущем. Арабеллу нужно отвезти в город, подальше от тревог. И...

– Тебе надо заниматься своим рудником.

– Да, но теперь он мне кажется ужасной обузой. Если бы не рудник, мы могли бы уехать куда-нибудь вместе.

– Но я не могу бросить Арабеллу, и не забывай – у меня есть работа.

– Знаю – карты. Если бы я и захотел, ты все равно не дашь забыть, что ты – игрок. А вот об Арабелле может позаботиться и ваш дядя.

– Он ей не родной. Он – брат моего отца. И хотя всегда относился к ней как к родной племяннице, она все равно нуждается во мне – больше никого не осталось из кровной родни. А главное – то, что у нас у обоих есть свои жизни, причем отдельные друг от друга. Верно, Роже?

Тот подумал и напомнил:

– Но ведь ты не собираешься отказаться от сделки?

– Я в долгу перед тобой. А долги я плачу.

– Хотя я бы предпочел, чтобы ты просто захотела остаться со мной, придется принять это как плату.

– Роже, я...

– Нет, не надо пояснений. Я не желаю слушать то, что ты считаешь нужным сказать. Мы сейчас едем в Томбстоун, расскажем обо всем шерифу и отправимся в Ледвилл. Там у нас обоих дел невпроворот.

– Надеюсь, Арабелле Ледвилл понравится.

– Наверняка. Это очень милый город. Но ты, Шенандоа, должна помнить: ничто не изменится, когда мы приедем туда. Я все еще хочу тебя, а ты все еще передо мной в долгу.

Она заколебалась. Судя по его тону, он по-прежнему не верил, что и Шенандоа хочет его не меньше.

– Роже, я же сказала, что сдержу свое слово. И к тому же я тоже тебя хочу. И тебе это известно.

– Нет. Я не знаю, чего ты хочешь. Я даже не знаю, хочешь ли ты чего-то вообще. Но на данный момент меня устраивает то, что есть. А дальше будет видно.

– Роже, я...

– Поцелуй меня. Можешь включить это в свой долг, если угодно.

И он накрыл ее губы поцелуем, и через миг Шенандоа позабыла обо всем, кроме его губ, его сильного, готового к любви тела и своей неуместной потребности быть с ним рядом. Еще очень не скоро они попадут в Ледвилл. И у нее будет достаточно времени для размышлений.