Афера по-семейному - Ксения Ос

— Слишком, постановочные фото, ничего жизненного, — хмыкнула Виктория со злорадством и переключилась на другие, менее красочные фотографии.

На них была женщина более скромная. Вот она молодая, с задорным взглядом и распущенными светлыми волосами, вот постарше. На некоторых она с мальчиком лет восьми, а потом с парнем, в котором девушка узнала Алексея, на других с высоким, чуть полноватым, темноволосым мужчиной в светлой рубашке и грустным, каким то щенячьим взглядом.

Один довольно старый снимок заставил девушку замереть. На нем был запечатлен светловолосый, стройный мужчина со светлыми шальными глазами и белозубой улыбкой. Мужчина был молод. Ветер трепал его волосы, а он придерживал их правой рукой и смеялся прямо в объектив. Такое знакомое до боли лицо. Как такое может быть?

Королева влетела в номер, где сидели мужчины, и сунула снимок под нос Алексея.

— Откуда это у тебя?

Степан Андреевич удивленно посмотрел на девушку, приподнялся и тоже посмотрел на фото. Алексей же только усмехнулся, устроился поудобнее в кресле и аккуратно вытащил снимок из рук Виктории.

— Это фотография моего отца, — спокойно сказал он и сделал глоток из бокала, — его зовут Александр Павлович! Тебя что то смущает?

— Смущает? Да нет, конечно! Что меня может смущать? Разве что маленькая деталь, например то, что дома у меня есть такая же. Почти такая же.

— Таааак! — Протянул Алексей, вставая и начиная ходить по комнате. — Ну, значит, я оказался прав, когда заподозрил, что ты моя сестра и именно к твоей матери, бросив нас, сбежал в свое время мой отец.

— Ох ты блин! — Не сдержалась девушка и плюхнулась в кресло.

— Тебе лет сколько? Двадцать семь — двадцать восемь, наверно?

Не в силах уточнять, Королева кивнула.

— Ну вот, а мне тридцать три. Отец бросил нас, когда мне еще пяти не было. Я когда подростком был, злился очень. Думал, найду его и убью, а потом успокоился. Мама вышла замуж за Алкиного отца, он хороший мужик был, любил меня, привечал как сына, заботился. А потом… Что же было потом? Ах, да, я влюбился! Стало как то не до него, а когда они погибли в автокатастрофе, я про него вообще больше не вспоминал. Только недавно фото в маминых вещих нашел и на стол выставил. Столько лет прошло… Поздно уже злиться. К тому же я подумал, может и к лучшему, что все так случилось. Останься он в свое время — я бы не встретил Аллу, не стал бы тем, кто я сейчас есть.

Алексей помолчал.

— Кстати, от вас насколько я знаю, папаша тоже вскоре ноги сделал?

Виктория снова кивнула и удивилась.

— Вы что с Аллой родственники?

— Не кровные. Она дочь моего отчима от первого брака. Он вдовцом был.

— И вы поженились?

— А почему нет? Гостиницы нам достались от родителей и когда они погибли, мы решили не делить бизнес, а просто объединить усилия.

Помолчали. Каждый думал о своем. Степан Андреевич потягивал вино, не вмешиваясь, наконец, Виктория не выдержала.

— Ты меня теперь ненавидишь? — спросила она жалостливо.

Алексей засмеялся, сел на подлокотник и обнял девушку за плечи.

— Не говори глупостей! Моя подростковая дурь давно выветрилась, да и не твоя это вина, что отец нам урод достался. Ты знаешь, он когда от матери уходил- все по полочкам разложил — долго и нудно объяснял ей, что не может долго с одной женщиной жить. Пока живут, он любит, не обижает, не гуляет, а потом проходит года три — четыре и ему нужны новые ощущения: новая любовь, новая жена, новое место жительства. Он каждый раз жизнь, как-бы с нового листа начинает.

Виктория кивнула, соглашаясь, положила снимок на столик и направилась к двери. Да, так и было. Любимый и любящий папочка ушел и как бы вычеркнул их из своей жизни. Мама говорила, что он, куда-то на Дальний восток уехал и никогда не любит вспоминать о нем. Интересно, она знает, где он сейчас?

— Ты не переживай, — вслед ей посоветовал Алексей, — мы же родственники теперь, одна кровь. Все у нас будет хорошо.

Разговаривать на эту тему больше не хотелось. Девушка кивнула, чтобы не расстраивать Алексея и захлопнула за собой дверь.

Признание. Побег

Ночью Виктории не спалось. Помучившись в постели, она оделась и тихонько, на цыпочках вышла в коридор с намерением покурить на свежем воздухе.

Королева уже почти прошла весь коридор, когда из-за двери, где она пару часов назад разглядывала фотографии, послышался голос. «Воры?» — замерла девушка и прислушалась. Голос, довольно резкий и злой, принадлежал Алексею. Он старался говорить шепотом, но отдельные слова, долетавшие в ночной тишине, заставили ее насторожиться. Виктория оглядела пустынный коридор, и недолго думая прильнула к двери.

— Нет! Нет! Они утром рано уже собираются уезжать!

«Перед Аллой, что ли отчитывается!» — ухмыльнулась Королева и собралась продолжить путь, но следующая фраза заставила ее вернуться.

— Вы же понимаете, что надолго их задержать я не смогу! В конце концов, это будет подозрительно! Нет, только не в гостинице! Вы можете перехватить их на дороге! Ниссан! Я дам им серебристый ниссан! Да! Я понял! До семи постараюсь задержать!

Задыхаясь от злости, Виктория рванула дверь и влетела в комнату.

— Ну, ты и козел, братишка! — Яростно выдохнула она! — Ну, да! Одна кровь, как же! Ты же сдал нас, Маугли недоделанный!

Алексей опустил руку с телефоном и растеряно обернулся.

— Подожди, Вика, ты не так все поняла!

— Да нет же. Я как раз все поняла! Ты решил отомстить. Подленько так и со вкусом! Ну, меня ты ненавидишь из-за отца, тут все понятно, а Степана? Ему ты Аллу все простить не можешь? Сто лет прошло, а ты все обиды копишь?

— Все не так!

— Да ладно! Себе-то не ври! Ты никого простить не можешь. Я же помню, как ты сказал, что Алла сделала свой выбор, а по ней не скажешь. Могу поспорить, что гостиницы принадлежали твоей матери, вот она и позаботилась, чтобы не потерять наследство!

Алексей молчал.

— Значит так и есть! Я же видела, как она смотрит на Степана, а на тебя ей плевать, — подытожила Виктория.

Ей стало жаль Алексея, но предательство… Нет, такое нельзя прощать!

— Мы уезжаем.

— Подожди, — подал