Пряничный домик - Виолетта Елисеева

— Привет, — неожиданно нерешительно и даже смущенно улыбнулся Валера.

Он настолько не ожидал ее увидеть, что растерялся. Сердце забилось где-то в груди, но Валера заставил себя успокоиться. И он все еще пытался понять, что не так.

— Привет, — кивнула она в ответ.

Лада сделала шаг на встречу, и тогда до Никонорова дошло. На ней было новое платье. Непривычно яркое и даже по-своему дерзкое. Мало того, волосы у Лады были распущены и сейчас лежали на плечах немного небрежными волнами. Валера и забыл, что они у нее вьются от природы.

— Ты кого-то ждешь? — глухо спросил он.

— Нет, а что?

— Не знаю. Просто подумалось.

— Ужин на столе.

Надолго Ладу не хватило, и она обхватила себя руками, будто хотела спрятаться. У Валеры закружилась голова. Все это было выше его сил.

Он за секунды пересек разделявшее их расстояние и с точно незнакомой для нее уверенностью вжал ничего не понимающую Ладу в стену.

— Для кого же ты приоделась? — понизил он голос.

Валера прекрасно отдавал себе отчет в собственных действиях. Да, порыв, конечно, был, но сейчас, в эту секунду, Никоноров действовал обдуманно и выверенно.

Он уверенным движением обхватил ладонями ее лицо и начал целовать любимую Вишенку, в этот раз требовательно и не оставляя никаких шансов на отказ. Убедившись, что Ладка не собирается отпихиваться, Валера снова поцеловал ее и легко запустил руку под подол ее платья. Ладушка вздрогнула немного испуганно, но его это только подстегнуло. Чувствуя себя в своем праве, Никоноров делал с ней то, что без всякого сомнения, не делал до него никто. Почему-то сейчас это стало особенно важным. Лада дышала прерывисто, беспомощно хлопала ресничками, но Валера почти вынуждал ее смотреть ему в глаза. Ей нравилось, это было совершенно понятно.

Та самая тонкая грань, когда надо либо идти дальше, либо остановиться, наступила как-то до обидного быстро. Валера понимал, что для продолжения еще объективно рано, потому с очевидной неохотой оторвался от Лады.

Она стояла, боясь пошевелиться. Их игру Валера решил завершить тем, что коснулся губами ее лба. На контрасте с творившимся секунды назад, вышло по-особенному невинно.

Это было сложно, но он все-таки поспешил уйти.

И тем не менее? Для кого предназначалось платье?

Глава 8

***

Мы с Настей почти закончили свои сборы. Большим количеством барахла мы обзавестись не успели, так что управиться получилось быстро.

Я оглядывал наше пустеющее жилище, которое так великодушно приютило нас, подарив столько впечатлений, и начинал испытывать нечто похожее на легкую грусть.

Мне действительно понравилось жить в этом городе. И я надеялся еще сюда вернуться.

Настя как всегда порхала, но вот неожиданно что-то напевала. Такой привычки за ней раньше не водилось.

Внезапно она подошла ко мне со спины, обняла за шею и замерла.

— О чем думаешь? — спросила она после некоторого молчания.

— О том, что у нас получилось классное приключение.

— Согласна! И я очень благодарна тебе за него.

— Серьезно? — мне стало любопытно.

— Конечно! Когда бы мне еще довелось вот так пожить так далеко за Полярным кругом.

Уж не знаю, была ли моя подозрительность чрезмерное, но начало разговора стало походить на подводку к прощанию. Или мне только казалось?

— Какие планы на возвращение? — аккуратно уточнил я.

Мы никогда раньше не затрагивали эту тему. Со мной все было более-менее понятно. Мне предложили место в одном из подразделений в родном городе, от которого глупо было бы отказываться. Идею с собственным начинанием я решил пока немного передвинуть. Были еще вершины, которые мне хотелось покорить до этого. Так что, можно сказать, я просто получал перевод. Про карьерные планы Насти мне не было известно ровным счетом ничего. Она тему не поднимала, а я вроде как не хотел давить на нее.

— Пока не знаю, — легко ответила она, но словно бы незаметно отстранилась.

Похоже, вопрос ее задел.

— У меня есть мысли, — чуть более твердым голосом продолжила она, — но решать надо на месте.

— Решим, — кивнул я.

Я попытался прикинуть в уме, есть ли в словах или планах Насти намек на наше грядущее расставание. Вы спросить, почему я не узнал у нее напрямую. Отвечу — я не имел ни малейшего представления, что делать с любым из ответов.

— Давно ничего не слышно о твоем друге Никонорове, — решила удивить меня Настька.

— Ну… кхм… рассказывать особо нечего. Живет себе. Работает.

Я, признаться, уже подзабыл о возможной симпатии Насти к Валере, под натиском всего происходившего у Валерки те мои подозрения померкли ожидаемо быстро, но я не учел, что у Насти могло быть свое видение. Она-то про Ладку ничего не знала. А тут наше возвращение замаячило.

— И вообще, — посмурнел я, — почему тебе так интересно?

— Всего лишь поддерживаю беседу. Я вот думаю, что неплохо нанести им вдвоем визит вежливости.

— Им? — абсолютно глупо переспросил я.

— Ну, да. Он же с сестрой живет? Или они разъехались?

— Не разъехались, — буркнул я.

— Ну, вот! Мне кажется, будет классно, если мы с ней подружимся. Она, судя по твоим рассказам, весьма милая.

И тут я рассмеялся. Правда мысленно. Одна такая тоже совсем недавно собиралась действовать через Ладу. Ну-ну, Настенька, попробуй. Желаю тебе удачи, но там даже она тебе не поможет.

***

Лада не выдержала. Поступок Валеры разрушил последние остатки ее самообладания. Она больше не могла оставаться со своими страхами и смятением один на один.

И вновь был только один человек, кому она могла хотя бы выговориться.

Разумеется, она позвала Иру. Ровно через два часа после того, как Валера уехал, Ирина уже стучалась в двери дома. Лада предлагала встретиться в городе, но Ира сама отказалась от этой идеи.

Погода была хорошая, поэтому подруги предпочли устроиться во дворе. На столе уже ждали чай и бутерброды.

— Только с тобой я позволяю себе такие вольности, — заявила Ира, с большим вниманием выбирая себе кусочек побольше.

— Приятного аппетита, — пожелала Лада, у которой этого самого аппетита как раз не имелось, — у меня еще всего полно. Ты опять, небось, на своих обезжиренных сырниках.

— Ладно, дорогая, — вздохнула Ира, — ты же не о моей диете поговорить хотела.

Лада смущенно опустила глаза. В своей голове она уже успела все рассказать, но почему-то в реальности начать разговор было сложно. К счастью, Ира успела привыкнуть к Ладиной нерешительности, поэтому она меланхолично жевала свой бутерброд, ожидая, когда