Украденные прикосновения - Нева Олтедж

"Ты заставил своего начальника охраны раскопать мои школьные увлечения?" Она вытаращилась на меня.

"Да."

Милен оставляет свой пустой стакан на комоде позади себя и хватает доску у изножья кровати. "Ты не имел права!" — огрызается она.

"Ты боялась, что все в Cosa Nostra такие же, как твой отец? Терроризирует людей из-за собственного комплекса неполноценности?" Я продолжаю: "Или это было потому, что ты не чувствовала себя в безопасности?"

"А с тобой я в безопасности?" Уголки ее губ изгибаются вверх. Удивительно, как сильно меня заводит эта маленькая ухмылка. Я смотрю, как она забирается на кровать, затем переползает по моему телу и обхватывает меня за талию, пока ее лицо не оказывается всего в нескольких дюймах от моего. "Ты думаешь, что ты лучше, чем другие мужчины в Cosa Nostra, поэтому мне нечего бояться? Это так?"

"Со мной ты в безопасности, Милен". Я делаю глоток вина и оставляю бокал на тумбочке. "Но не потому, что я лучше других. Как раз наоборот, на самом деле".

"О?"

Я беру ее за подбородок и смотрю на нее пристальным взглядом. "Со мной ты в безопасности, потому что я — худшее, что может быть, cara. И никто не посмеет прикоснуться к тому, что принадлежит мне".

"Ты опять промахнулся". Она вцепилась пальцами в подол моих трусов. "Я никогда не боялась, что мне может быть больно, если я окажусь с кем-то из Семьи".

"Что еще?" спрашиваю я и смотрю на нее, пока она движется вниз по моему телу, стягивая трусы по ногам. Она не вздрагивает, когда доходит до середины икры, просто продолжает спускать их по правой ноге, а затем бросает трусы через плечо.

"Меня пугала возможность того, что я могу влюбиться в кого-то из Cosa Nostra", — говорит она и ползет вверх по моему телу, избегая моего уже полностью эрегированного члена, пока не садится на мой живот со своей голой и полностью промокшей киской, прижимающейся к моей коже.

Мой член так чертовски тверд, что кажется, будто он сейчас взорвется. "И почему это должно представлять проблему?" спрашиваю я и поднимаю руку, чтобы провести пальцем по линии ее губ.

"Потому что я не думаю, что смогу выжить, наблюдая, как умирает человек, которого я люблю, Торе", — шепчет она, глядя мне в глаза.

"Хорошо, что ты ненавидишь меня, cara. Так что, думаю, тебе не грозит душевная боль".

"Конечно, я тебя ненавижу", — говорит Милен сквозь зубы.

Я вижу, как она сидит на мне, ее светлые волосы падают на лицо и на грудь. Моя прекрасная, упрямая лгунья. Она делает глубокий вдох и закрывает глаза, и когда она выдыхает, это звучит как вздох поражения. Секунду спустя эти озорные зеленые глаза открываются. Не сводя с меня взгляда, она хватает подол своей футболки и стягивает ее.

"Похоже, игра окончена для нас обоих, cara", — говорю я и перемещаю руку на ее шею, притягивая ее вниз.

"Пошел ты, Сальваторе", — шепчет она и прижимается своим ртом к моему.

Я переворачиваю ее на спину, мое тело нависает над ее телом, и я упиваюсь ее видом. Наконец-то моя маленькая чертовка сдалась. Я редко испытываю удовлетворение или какое-либо возбуждение, но это, когда моя жена лежит подо мной, не сравнится ни с каким другим ощущением, которое я когда-либо испытывал. Милен обхватывает ногами мой торс, прижимая свою теплую киску к моему члену. Я подумал, что могу не спешить, насладиться моментом и немного помучить ее, заставив ждать. Я намеревался затянуть это на час или больше, прежде чем целенаправленно вводить свой член в ее жар, пока он не заполнит ее полностью. Довольно странный план, потому что раньше я никогда не хотел медлить с женщиной. Для меня секс всегда был средством освобождения. Но не с ней. С моей Милен все по-другому.

Я перемещаю руку вниз по ее передней части и прижимаю пальцы к ее киске. Она такая мокрая, безмолвно умоляя меня трахнуть ее.

Мой член уже близок к тому, чтобы лопнуть, вены пульсируют. Когда Милен впивается ногтями в мою спину, я полностью теряю самообладание. Я хочу, чтобы она стонала, кричала и задыхалась. Я хочу услышать, как она выкрикивает мое имя… Я хочу всего, и хочу это сейчас! Я убираю руку и одним толчком погружаю в нее свой член. Идеально. Милен задыхается и сжимает ноги вокруг меня. Я проникаю в нее до упора, наслаждаясь ощущением того, как мой член заполняет ее.

Наклонив голову, я сжимаю рукой ее затылок. "Посмотри на меня".

Глаза Милен открываются, и она смотрит на меня, ее глубокое и тяжелое дыхание обдувает мое лицо.

"Кто владеет тобой, Милен?".

Она поджимает губы и слегка щурит глаза. Я вынимаю свой член, пока он почти полностью не выходит из ее дрожащей киски. Ноги Милен сжимаются вокруг меня, пытаясь, но безуспешно, удержать меня глубоко внутри.

"Я спросил…" Я запутался руками в волосах на ее затылке. "Кто владеет тобой?"

Она задыхается, обхватывая руками мою шею и притягивая меня к себе, но не произносит ни слова. Желание вогнать себя обратно до упора приводит меня в ярость, но я не двигаюсь ни на дюйм, наслаждаясь тем, как она умоляет глазами и телом.

Я сжимаю светлые пряди чуть сильнее. "Кто, Милен?"

"Ты!" — кричит она.

"Я". Я врезаюсь в нее. "Никогда не забывай об этом".

Ее руки перемещаются по моей шее, натягивая затылок, и она наклоняет подбородок, чтобы заглянуть мне в глаза. "Я все еще зла на тебя, Сальваторе".

Я выскальзываю из нее и снова вхожу, затем наклоняюсь, чтобы прошептать ей на ухо: "Я тебе не верю".

Она крепче прижимается ко мне. Перемещая руку между нашими телами, я нахожу ее клитор и дразню его. Дыхание Милен учащается. Я слегка вытаскиваю член, а затем ввожу его полностью, массируя ее снаружи и внутри.

"Быстрее", — дышит она.

Я прижимаюсь губами к изгибу ее плеча, целую мягкую кожу. "Ты все еще злишься на меня?"

"Да".

Я полностью вытаскиваю член, заменяя его одним пальцем. Она обхватывает мои руки и впивается ногтями в кожу.

"В чем дело, cara?" спрашиваю я и добавляю еще один палец. "Тебя что-то беспокоит?"

О, как она смотрит на меня. Разочарование в чистом виде. И все же она не отвечает. Упрямая. Такая, блядь, упрямая. Я загибаю палец