Дыхание снега и пепла - Диана Гэблдон

— Он ушел?

Я удивленно обернулась, а потом сообразила, что Иокаста, должно быть, слышала, как хлопнула дверь.

— Улисс? По-моему, да.

Она молчала. Папироса тлела в руке. Я хотела отнять ее, но Иокаста затянулась в последний раз.

— По-настоящему его зовут Иосиф. Очень подходящее имя. Продан в рабство собственной семьей.

— Ты когда-нибудь видела его лицо? — спросила я вдруг.

Она покачала головой и затушила папиросу.

— Нет, но я знала его до последней черточки, — тихо ответила Иокаста и еле слышно добавила: — Он пахнет светом.

* * *

Джейми Фрэзер терпеливо сидел в темном сарае — небольшом, всего-то на полдюжины животных, зато крепко сколоченном. Снаружи барабанил дождь, а ветер завывал, словно банши, но ни одна капля не просочилась сквозь черепичную крышу. Внутри было тепло и уютно. От сонных животных шел пар. Даже Гидеон клевал носом над яслями, изо рта у него свисал недожеванный пучок сена.

Минула полночь. Джейми ждал больше двух часов. На колене лежал заряженный пистолет.

Вот оно! Сквозь шум дождя послышался звук тихо приотворившейся дверь. В уютное царство, пропитанное запахами сена и навоза, ворвался холодный воздух.

Джейми сидел, не двигаясь.

Высокий человек помедлил у щели, вглядываясь внутрь. Когда глаза привыкли к темноте, скользнул внутрь.

Он принес с собой затемненный фонарь, чтобы не возиться со сбруей в темноте. Трех лошадей Иокасты тоже устроили здесь, но он прошел мимо. Остановился между Джерушей и Гидеоном, поцокал языком, прикидывая.

Приняв решение, Улисс поставил фонарь на пол и вынул штырь, запиравший стойло Гидеона.

— Хороший конь. Бери, я разрешаю, — произнес Джейми.

Слуга взвизгнул и обернулся со сжатыми кулаками. Спустя мгновение сообразил, кто говорит, и расслабился.

— Мистер Фрэзер! Вы застали меня врасплох.

— Как и хотел. Ты уезжаешь?

Джейми наблюдал, как мысли, словно стрекозы, пляшут у Улисса в голове. Он был неглуп и пришел к правильным выводам.

— Девушка вам рассказала… Вы должны меня убить, чтобы защитить честь тети.

Скажи Улисс последние слова с насмешкой, Джейми и в самом деле пристрелил бы его. Он так и не определился, пока сидел в сарае. Однако слуга говорил серьезно, и палец Джейми соскользнул с курка.

— Будь я моложе, я бы так и сделал, — ответил он в тон Улиссу. — И не будь у меня дочери, которая однажды назвала другом черного человека. К тому же, — Джейми опустил пистолет, — сейчас я стараюсь не убивать без крайней необходимости. Я вижу, ты не отнекиваешься, ведь оправданий быть не может.

Слуга кивнул. В отблеске фонаря его лицо отсвечивало красным.

— Я любил ее, — тихо сказал он и раскинул руки. — Стреляйте.

Улисс стоял перед Джейми в дорожной одежде. Он захватил шляпу и часы, на поясе болтались мешочек для монет и фляга. Ножа не было; рабы — даже те, которым доверяли, — не отваживались разгуливать с оружием.

Отвращение боролось с любопытством, и, как всегда в подобной битве, любопытство победило.

— Федра сказала, ты ложился в постель с моей тетей еще до того, как умер ее муж. Это правда?

— Правда, — подтвердил Улисс с непроницаемым лицом. — Я не оправдываюсь. Но я любил ее, и если нужно умереть за это…

Джейми поверил ему. И голос, и жесты Улисса не лгали. Джейми хорошо знал свою тетю и потому не склонен был винить Улисса, как сделал бы посторонний. В то же время он оставался настороже. Улисс крупный и быстрый, а человек, которому нечего терять, становится опасен.

— Куда собрался? — Джейми кивнул на лошадей.

— В Вирджинию. Лорд Дансмур обещал свободу рабам, которые вступят в его армию.

Джейми не хотел расспрашивать, но вопрос крутился в голове с тех пор, как он услышал рассказ Федры.

— Почему она сама тебя не освободила? После того, как умер Гектор Кэмерон?

К его изумлению, слуга сказал:

— Она и освободила. Подписала мне вольную двадцать лет назад. Сказала, что ей непереносима мысль о том, что я ложусь с ней в кровать, потому что у меня нет выбора. Только вольную должна засвидетельствовать Ассамблея, вы же знаете. И если бы я получил свободу, не смог бы остаться и служить ей.

В его словах заключалась истина. Освобожденный раб должен был покинуть колонию в течение десяти дней, иначе рисковал вновь угодить в рабство к любому, кто захочет его взять. И Совет, и Ассамблея тряслись от страха при мысли, что по стране будут бродить толпы свободных негров.

— Оч-чень романтично, — сухо проронил Джейми, однако в душе был тронут. Иокаста Кэмерон оба раза выходила замуж по необходимости. Вряд ли эти браки принесли ей хоть немного счастья. Быть может, лишь с Дунканом она обрела чуточку покоя и довольства. Хотя Джейми потрясло, что она выбрала в любовники черного слугу, отчасти — несомненно, от той части, что унаследовал от рода Маккензи, — он восхищался ее смелостью.

Дождь почти закончился. Барабанная дробь по крыше сменилась тихим шелестом.

— Ладно, последний вопрос.

Улисс склонил голову в точно таком же поклоне, который Джейми наблюдал сотню раз, — к вашим услугам, сэр, говорил жест, однако в нем заключалась ирония, которая так и не прозвучала в словах.

— Где золото?

Улисс вскинул подбородок. В глазах мелькнуло удивление.

— Вы считаете, я его взял? — переспросил он, не веря сам себе. И тут же скривился. — Ясно, именно так вы и думаете.

С несчастным видом он утер нос.

Некоторое время они стояли молча. У Джейми не возникло чувства, что Улисс пытается обмануть его, хотя, видит бог, он мастер притворяться.

Улисс беспомощно понурил плечи.

— Как я докажу, что не брал? Из доказательств у меня одно только честное слово, но я утратил право его давать. — В его голосе впервые прозвучала горечь.

Внезапно Джейми понял, что очень устал. Лошади и мулы давно погрузились в дремоту. Вот и ему хотелось улечься в кровать и обнять жену. А еще хотелось, чтобы Улисс ушел задолго до того, как Дункан узнал о его вероломстве. Пусть Улисс первый человек, которого стоило заподозрить в краже, однако у него было в распоряжении двадцать лет, чтобы стянуть золото, но он не воспользовался шансом. С чего ему делать это сейчас?

— Поклянись жизнью моей тети, что не брал, — потребовал Джейми.

Глаза Улисса блеснули в свете фонаря.

— Клянусь, — сказал он.

Джейми собирался отпустить его на все четыре стороны, когда ему в голову пришла еще одна мысль.

— У тебя есть дети?

На резном лице-маске отразились