Кодекс сводника - Рэйчел Ван Дайкен

Девушка прижалась ко мне.

Удовольствие буквально разлилось по моему телу. Она положила руку мне на грудь и тяжело вздохнула.

– Давай выкладывай. И имей в виду, что я не поставил на паузу «Игру престолов» только потому, что уже тысячу раз видел эту серию. Иначе я бы заклеил тебе рот и смотрел. Мое дело предупредить.

– Ничего себе, – Блейк громко вздохнула. – Спасибо.

– Итак…

Я гладил ее по руке. Я не планировал этого делать, это было абсолютно инстинктивно. На ней была розовая маечка в обтяжку и коротенькие шортики, не скрывающие ни ее стройные ноги, ни добрую половину попки.

– Что у тебя на уме?

– Ты когда-нибудь… – Девушка слегка напряглась, а потом заставила себя расслабиться и положила голову мне на плечо. – С тобой когда-нибудь бывало такое: ты чего-то хотел больше всего на свете – так тебе казалось, на самом деле совсем не то, что тебе на самом деле нужно?

– Ты имеешь в виду… когда всю жизнь идешь к какой-то одной цели, и вдруг эта цель меняется?

Блейк подняла голову и посмотрела мне прямо в глаза.

– Да, именно это я и имею в виду.

Я выпрямился.

– Блейк, в этом и состоит жизнь.

– Но, – она поправила волосы и заново стянула растрепавшийся хвост, – это выглядит как-то странно: прыгать от одной цели к другой.

– Для того мы и учимся дальше, – рассуждал я. – Ищем себя и… вдруг понимаем, что расхаживать в шлепанцах Adidas из 1990-х не так круто, как казалось раньше, – улыбнулся я.

Блейк расхохоталась.

– Они не мои, идиот.

– То есть ты сперла у незнакомого человека эти уродливые шлепанцы и решила подарить им вторую жизнь?

Она поморщилась. И это тоже выглядело мило.

– Не совсем. Это шлепанцы моего брата, и, когда его не стало, я… не знаю… Я просто… хотела почувствовать себя чуть ближе к нему.

– И поэтому залезла в его шкаф?

– Там все пахнет им.

Девушка смотрела куда-то в сторону, и выражение ее лица сменилось на отчужденное.

– Мне было очень уютно и комфортно в его вещах.

– До первой стирки.

Она снова расхохоталась.

– Пока отец не заставил меня их постирать, да. С тех пор прошло два года. А я все никак не могу поверить, что его больше нет.

– Как он умер?

– Авария.

Блейк уткнулась мне в грудь.

– Его сбил пьяный водитель. Все очень банально. Когда я говорю об этом, начинаю беситься, но, как только я стала носить его одежду, то почувствовала себя защищенной, как будто за невидимым щитом.

– Не хочу тебя расстраивать, сладкие щечки, но эти шлепанцы никак нельзя назвать невидимыми.

Мне в лицо прилетела подушка.

– Эй! – воскликнул я, когда она попыталась выбраться из моих объятий и удрать. – Нет-нет, не надо.

Я снова обхватил ее и, уронив обратно на диван, крепко придавил собой.

– Перестань! – Девушка брыкалась и покатывалась со смеху. – Если я не захочу здесь остаться, ты не сможешь меня удержать!

Я наклонился к ней и лизнул в щеку.

– Извини, конечно, но то, что я лизнул, принадлежит только мне.

Блейк вдруг перестала смеяться.

– Правда, что ли?

Я сделал серьезное лицо и кивнул.

– Это же главное правило в детском саду. Ты что, пропустила это занятие?

– Наверное, да.

Я кивнул.

– Там еще про пожарную безопасность рассказывали.

Блейк обхватила мою голову руками и притянула к себе. Мы чуть не столкнулись лбами. Она смотрела на мои губы. Вдруг стало невероятно сложно дышать. А потом девушка очень медленно повернула руками мою голову и лизнула щеку.

Я ощутил это каждой клеточкой. И с удовольствием бы почувствовал это снова.

Я закрыл глаза.

– Помнишь, я просил тебя не пытаться заигрывать со мной?

– Я все так же следую твоим правилам.

– Иногда, – я погладил ее по щеке, – я сам ненавижу эти правила.

Она сглотнула.

– Я тоже.

Не знаю, кто оказался первым, я или она, но наши рты вдруг слились. А еще я гладил ее тело и покрывал сумасшедшими поцелуями, а она оплела меня ногами и прижалась ко мне всем телом.

Это был рай.

И это был ад.

Со стоном мы сползли с дивана на пол, перекатываясь по мягкому ковру.

Ее поцелуи не были невинными. Они были страстными и голодными. И отвечая ей, я понимал, что это именно та единственная девушка на свете, которую я хочу целовать даже больше, чем соблазнить.

Губы Блейк были чертовски потрясающими на вкус, и оторваться от них, даже для того, чтобы ее раздеть, было бы преступлением.

Наши языки будто слились в единое целое. Пальцы Блейк запутались в моих волосах, а моя рука опустилась к ее груди. Девушка сбросила шлепанцы так резко, что один из них чуть не упал мне на голову.

– Полегче, тигрица, – прошептал я, на секунду оторвавшись от нее.

Блейк засмеялась и буквально впилась в мои губы, так что мы чуть не стукнулись зубами, когда я так же яростно ответил ей. Мысль о том, что я совершаю ошибку, взревела в голове, как сирена пожарной тревоги, но я попросту забил на нее – мне так давно хотелось больше. Ее горячие, влажные губы манили меня, требовали еще поцелуев, сводили с ума, подводя к самому краю.

Входная дверь открылась. Наши губы разомкнулись, но мы не отпускали друг друга.

Я знал, что времени нам не хватит.

– Ого.

Лекс пытался оценить увиденное.

– Либо он накачал тебя наркотиками, либо…

– Я ее тренирую, – быстро сказал я и переглянулся с Блейк. – Мы готовимся к первому свиданию с Дэвидом. Парень так быстро проходит все стадии, что вряд ли они будут просто сидеть и смотреть кино.

Блейк напряглась всем телом и отвела глаза в сторону, а Лекс выдавил из себя улыбку.

– Ага. Понял.

Оттолкнув меня, Блейк поднялась и схватила телефон и сумку.

– Спасибо, Иэн.

– Блейк…

– Нет, правда. – Она смотрела на меня, пытаясь изобразить фальшивый энтузиазм. Мне стало не по себе. – Я, эм-м-м, напишу тебе завтра, когда мы с ним договоримся о времени и месте.

Черт. Я же не собирался отпускать ее ни на какое свидание!

Дверь грохнула.

Я вздрогнул.