Забияка - Пола Льюис

— Возможно, придется сделать вынужденную посадку. Мы должны к ней подготовиться. Мартин, начнем с тебя, — сказал он.

Алекс считала, что Рис только пристегнет мальчика ремнем безопасности к креслу, но он принялся закутывать его в одеяла и спальные мешки, которые находились на борту. Теперь она поняла, что посадка грозит им большими неприятностями.

— Вот и пришла твоя очередь, Забияка.

Рис плотно завернул ее в одеяла, положил на сиденье подушки.

— Нет, возьми себе все остальное, — запротестовала она.

— Ты опять принимаешься за возражения? — строго сказал он. — Вижу, с тобой мне придется хлебнуть немало горя. Наверное, его хватит на всю оставшуюся жизнь.

Внезапно оба поняли, какой зловещий смысл прозвучал в его последней фразе. Рис выглядел обеспокоенным, но наклонился и поцеловал ее так, как целует мужчина, который предполагает, что делает это в последний раз.

— Любовь моя, — прошептал он. — О, Алекс, ты не представляешь, как бесконечно я люблю тебя.

Двигатели самолета зачихали, и машина дала сильный крен. Рис схватился за сиденье, но не попытался сесть. Алекс с ужасом взглянула в иллюминатор и вскрикнула.

— Смотри! Там огни. Вон там, слева. О, они приближаются.

— Я пойду и скажу им. Может быть, они их не заметили.

Рис заторопился, а самолет стал еще больше раскачиваться, видимо, идя на посадку. Он снижался, планируя. Двигатели молчали, горючее было израсходовано до капли. Алекс, не отрываясь, смотрела на огни, но они вдруг исчезли. О Боже! А что если она ошиблась? А что, если это была луна, и ее свет отражался от воды?

Самолет спускался все ниже. Рис попытался двинуться по проходу, но из-за толчка упал, стараясь прикрыть Алекс своим телом.

— Нет! Рис, ты не должен. Пожалуйста…

Но он сильно прижал ее к спинке сиденья.

Внезапно она увидела в салоне Тодда. Он точно таким же образом прикрыл Мартина.

Последовал ужасный удар, раздался жуткий грохот. Казалось, самолет стрижет верхушки деревьев, а их ветви, словно демоны, впиваются в фюзеляж. Свет потух, в салоне все перевернулось вверх дном. Сопровождаемая кошмарным скрежетом рвущегося металла, в салон ворвалась мощная струя холодного воздуха. Кто-то закричал от боли, а Алекс почувствовала, как дернулось тело Риса. Она обняла его, прижалась к нему, стараясь превратиться в ремень безопасности. Казалось, что они проваливаются в бездонную пропасть, а самолет разваливается на части.

И вдруг наступила тишина — звенящая, глубокая, показавшаяся намного страшнее ужасного грохота.

Протяжный стон нарушил молчание.

— Рис? — Еще не пришедшая в себя после аварии, Алекс испугалась за Риса. Ей почему-то показалось, что он погиб. Она почувствовала, что он зашевелился, услышала, как он замычал. Алекс с облегчением поняла, что это не он стонал от боли.

Он вскоре пришел в себя и, казалось, сразу же сообразил, что произошло.

— Мы должны немедленно выбираться, — хрипло сказал он.

— Кто-то ранен. Я слышала стон.

Самолет лежал на боку, наклонившись на то место, где еще недавно было крыло. Рис вскочил, пошел вдоль перевернутых кресел по направлению к двери. Повозился около нее и ударом ноги открыл. Алекс отстегнула ремни и встала на ноги, но сразу же присела от слабости. Рис подхватил ее и повлек за собой к открытой двери.

— Мартин! — воскликнула она. — Тодд!

— Я позабочусь о них, — сказал Рис. — Давай, быстрее. — Рис опустил ее на землю. — Быстро уходи от самолета, — приказал он. — Живей, живей, моя дорогая девочка.

— О, Рис! — застонала она от страха, понимая, что он опасается пожара. Она все же последовала его совету, уходя в черноту ночи, подальше от самолета. Она шла, раздвигая кусты и стараясь привыкнуть к темноте. Алекс подошла к дереву, опустилась около его могучего комля, не в состоянии двигаться дальше и скуля от страха. Но она заставила себя повернуться к самолету.

Алекс увидела белый фюзеляж, слабо освещенный лунным светом. С ее места мощная машина выглядела как красивое, но напившееся допьяна огромное животное.

— О Боже! — молилась она. — Только бы она не взорвалась, только бы не вспыхнул пожар.

Она увидела Риса, который выползал из дверей, оказывая кому-то помощь. По массивной фигуре спасаемого она определила, что это Тодд. Рис поставил его на землю. Тодд стоял, ухватившись за дверную перемычку. Затем Рис вынес на руках мальчика и передал его Тодду. Внезапно Алекс вскочила и побежала к ним, понимая, что Тодду будет трудно тащить ребенка на себе.

— Позвольте и я, — закричала она.

— Алекс! — голос Риса был напряженным, видимо, он боялся за нее.

— Я же должна помочь. А как с пилотом?

— Он жив. Я иду за ним.

Тодд и Алекс понесли Мартина, стараясь добраться до безопасного места. Тодд сильно прихрамывал, а его левая рука безжизненно висела вдоль тела. Когда они добрели до дерева и положили мальчика, Тодд пробормотал:

— Присмотри за ним, а я помогу Рису.

— Нет, тебе нельзя. Ты ранен. Пойду я.

Тодд попытался протестовать, но она уже ушла. Зрение у нее стало острее, она теперь обходила кусты. Рис был внутри самолета. Забравшись внутрь, Алекс отправилась на поиски. Рис был там, где раньше был кокпит, и старался освободить пилоту сломанные ноги. Когда он увидел ее, то только покачал головой, но через секунду произнес:

— Ах, Алекс!

Она улыбнулась.

— Вот так же я говорю и тебе.

Его глаза округлились от необычности момента, но затем он вернулся к пилоту.

— Ты сможешь освободить его ноги, если я приподниму вот эту металлическую штуковину?

— Постараюсь.

Бедный парень громко застонал, когда она дотронулась до его ног. Но кое-как с большой осторожностью они вызволили его из ловушки.

— У него сильное кровотечение, — сказала она, ощутив на ладонях кровь.

— Постарайся найти аптечку. Я вернусь в кокпит через минуту.

Алекс, царапая руки об искореженный металл, осмотрела все вокруг и отыскала аптечку. Слава Богу, там был бинт. Рис действовал сноровисто, останавливая кровотечение, накладывая на раны тугие повязки и шины на сломанные конечности.

— Ну вот, теперь все. Постараемся вынести его. Я возьмусь за плечи. Будь осторожна с ногами.

Они здорово намучились, пока вынесли парня наружу и кое-как дотащили до дерева. Мартин почти пришел в себя, его поддерживал отец.

— Я вернусь за аптечкой, — сказал Рис.

— Нет, Рис, не нужно, — с отчаянием в голосе сказала Алекс.

Он положил ей руку на плечо.

— Если самолет и взорвется, то это произойдет именно сейчас. Я вернусь через несколько минут.