Счастье в 50. Драмы больше нет - Мара Евгеника

– Мотя, Тима. Мне нужно с вами поделиться важной для меня информацией... – начинаю осторожно, нервно перебирая пальцами край скатерти. – У нас с малышкой... появился друг. И я уверена на тысячу процентов, он вам понравится.

Тима и Мотя переглядываются. В их взгляде читается понимание, которого я не ожидала.

– Это про генерала, ма? – прямо спрашивает Тима, его голос звучит спокойно, но в глазах - настороженность.

Замираю, чувствуя, как ладони становятся влажными.

– Ты... Вы знаете? – сиплю, потому что у меня перехватило дыхание.

– Отец сказал, – хмурится Матвей.

Его губы сжимаю как всегда, если Мотя очень недоволен и раздражен.

– Наговорил кучу всякого. Но...

– Но… Мы не поверили, мамуль, – быстро добавляет Тима, улыбаясь.

Улыбка излучает столько тепла, что у меня перехватывает дыхание.

– Ма, мы же знаем, что ты у нас не такая.

Горло сжимает комок, глаза неожиданно наполняются слезами.

– Спасибо, сыночки.., – шепчу, с трудом сдерживая эмоции. – Назар действительно просто очень хороший человек, ставший мне другом. Военный, генерал. С его женой и ребенком случилась трагедия… Ну… И он просто помогает мне, потому что…

– Потому что ты у нас самая классная, мамуль! – улыбается Матвей, и в его голосе слышится та самая интонация, которая всегда успокаивала меня. – И если он тебе помогает, то мы только “за”.

В этот момент в гостинную заходит Назар, весь запорошенный снегом, с двумя пакетами продуктов в руках.

Смотрю на него и в моем мозгу пролетает очередное открытие, что я даже и не помню, чтобы Карпович приезжал домой с пакетами.

Боясь быть прочитанной, улыбаюсь Орлову.

Его щеки розовые от мороза, на плечах еще не растаяли снежинки.

– Муза, я принес.., – начинает он говорить и резко замолкает, заметив экран с сыновьями.

Генеральская осанка сразу же становится еще прямее, а взгляд - более собранным.

– Назар, познакомься, – улыбаюсь, чувствуя, как сердце бешено колотится. – Мои сыновья – Матвей и Тимофей.

Орлов кивает, его движения точные и выверенные, как и подобает военному.

– Здравствуйте. С наступающим, – коротко приветствует Назар моих ребят.

– И вас тоже, – отвечает Матвей, изучающе глядя на него через экран.

Вижу, как сын оценивающе осматривает Назара. – Мама говорит, вы ей помогаете. Мы рады. Спасибо вам!

– Не за что, – спокойно отвечает Назар, но в тоне его голосе я слышу искренность. – Ваша мама... Женщина – особенная.

Тима неожиданно по-детски улыбается: “О, мы знаем. Она у нас волшебница. Муза Прекрасная и Премудрая…

Неловкость момента разряжается общим смехом. После мы рассыпаемся в пожелания и договариваемся созвониться после праздников.

Только звонок заканчивается, в кухне воцаряется тишина.

Глава 41

Орлов молча берет нож и начинает резать огурцы для оливье, давая мне время прийти в себя.

По радио играет “Last Christmas”.

Вдруг Назар подходит ко мне сзади. Его руки осторожно обнимают меня за талию, тепло ладоней ощущается даже через ткань домашнего костюма.

– Потанцуем? – спрашивает он, и в его обычно строгом голосе звучат неожиданно теплые нотки.

Заливаюсь смехом, пытаясь сохранить равновесие с миской салата в руках: “С оливье в руках?”

– Почему нет? – парирует он, уже начав плавно раскачиваться в такт музыке. – Танец с оливье – очень романтичная история…

И мы перетаптываемся в так музыке по кухне, как два подростка на первом свидании.

Мне легко, хорошо... и одновременно страшно. Когда в последний раз я так беззаботно смеялась? Когда последний раз чувствовала себя такой... живой?

Мысли невольно возвращают меня в прошлое. В последние годы с Денисом...

Сейчас понимаю, что семейный праздник – Новый год – мы встречали, как деловые партнеры. Карпович приезжал под бой курантов. Несколько тостов за ушедший год. Звон бокалов за новый. Обмен формальными поздравлениями и подарками... И с пожеланиями доброй ночи каждый шел в свою спальню. Никаких объятий, никаких танцев, никакого тепла.

Наш танец прерывает резкий звонок видеодомофона. Иду открывать. Вижу Пётра Орлова.

Он весь запорошенный снегом, с бутылкой элитного шампанского и с несколькими коробками в руках.

– С наступающим, Муза и Назар, – широко улыбаясь, весело басит голосом старшего брата Петр. – Я ненадолго, просто поздравить!

– Спасибо! – принимаю подарки, чувствуя, как щеки горят от смущения.

– Ну как, генерал?

Петр хлопает брата по плечу, его голос звучит нарочито бодро.

– Готов к новым подвигам?

– Всегда, – улыбается Назар, но я замечаю во взгляд Орлова–старшего предостережение: “Осторожнее!”

Братья перебрасываются парой фраз о службе, о планах на январь.

Назар намеренно говорит о нейтральных вещах, но его взгляд постоянно возвращается ко мне, успокаивая меня.

Минут через двадцать Петр уезжает, оставив после себя легкий шлейф дорогого парфюма и приятные впечатления от его визита.

Без четверти двенадцать, я как раз расставляю последние тарелки на столе, мой телефон вибрирует.

На экране высвечивается имя, от которого у меня сжимается желудок: “Муж”.

Сердце тут же отзывается бешеным галопом. Бросаю взгляд на Назара, который как раз зажигает свечи на праздничном столе.

– Извини, мне нужно выйти, – выдыхаю, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Орлов просто кивает – понимающе. В его глазах читается только спокойная поддержка.

Выхожу на теплую террасу, делаю глубокий вдох и принимаю входящий:

– Денис…

– С Новым годом, – голос пока еще не бывшего мужа хриплый, будто он уже изрядно выпил.

Фоном слышны голоса, смех. Понимаю, что Карпович не один.

– Слушай, я хотел поделиться радостью. Ну, и тебя обрадовать...

Денис замолкает. В трубке слышно только его тяжелое дыхание.

– Что? – спрашиваю, ощущая холод и покалывания в подушечках пальцев, словно их ранят острые края ледышек.

– Я решил продать свою долю в бизнесе и всю недвижимость, что мне отойдёт по закону. Хочешь. Можешь купить…

– Почему продать, Денис? Может стоит переписать её на сыновей.., – спрашивая сразу же предлагаю самый разумный вариант.

Пока говорю, чувствую, что мой мир снова переворачивается с ног на голову.

– И куда ты собрался? – выдавливаю я из себя, цепляясь за мысль, что он просто пьяный.

– В Испанию. С Ириной…

– С Марией? Денис, ты, вероятно, перепутал.

– Нет. С Ириной. Это моя институтской любовь. Она просто уже вышла замуж за другого. Ну, я на тебе и женился…

– А как же Мар…

Хочу спросить про Марию, но