Ветер с Востока. Лгунья - Галя Шенец

— Осторожнее, — закричал Асман и, надавив легонько на плечи, заставил опять лечь, а потом расстегнул спальник.

Нис бросило в пот, ей стало так жарко, что кожа стала влажной, она постаралась поскорее выбраться наружу. Видя, что с девушкой что-то происходит, Асман сам стянул с неё широкую футболку, обнажая тело.

— Ты вся мокрая, Нис. Твоё тело горячее. Ты так волнуешься?

— Асман, аль Бейн — это тот мужик, которому мой отчим собирался отдать меня. Сестра призналась, что он на самом деле и не собирался на мне жениться, типа хотел присвоить меня в качестве любовницы.

Пока говорила, Нис начало трясти.

— Так значит, то, что ты рассказывали — правда? Успокойся, Нис, — уже грубо, понимая, что нужно остановить надвигающуюся истерику, приказал Асман. — Он ничего не сможет тебе сделать. Забудь. Я уже тебе сказал, что ты моя.

Асман запустил пальцы в волосы Нис и начал нежно массировать кожу, другой рукой, он провёл по щеке, а потом по дрожащим губам.

— Тебе страшно, но я с тобой. Не беспокойся, у меня хватит сил справиться с аль Бейном.

— Правда? — глаза девушки смотрели в его глаза очень серьёзно.

Ничего не ответив, Асман начал целовать эти так чувственно приоткрытые губы. Не выдержав испытание нежностью, держа Нис за затылок, усилил напор, вторгаясь в её рот и подчиняя Нис своему неистовому желанию. Поцелуй был страстным, жарким и таким, что у Нис после него губы горели огнём. Асман даже хмыкнул:

— Прости, перестарался.

А Нис неожиданно, забыв свои страхи, рассмеялась:

— У меня после твоего поцелуя губы, как сейчас говорят, как у уточки. Кто-то ставит инъекции, чтобы добиться такого результата, а у меня свои, натуральные.

— Если захочешь, ты у меня всегда с такими будешь ходить.

— Ну уж нет. Глаз тогда не видно.

Они ещё немного подождали пока кожа Нис окончательно обсохнет, и она так и не надев футболку, легла, нежась от прикосновения тёплой ткани к обнажённой коже и очень быстро уснула.

Утром их ждал сюрприз. За ночь плёнка, покрывающая тело стала совсем белой и по ней поползли паутинкой мелкие трещины. Асман заволновался, ему бы очень хотелось понимать, как это будет происходить, неизвестность изводила, но внешне он оставался абсолютно спокоен. Дождался пока Нис сама увидит трещины, а потом напомнил, что так и должно быть.

— Послушай, Асман, — вдруг почти выкрикнула Нис. — Я вспомнила, я вспомнила. Там в Эмиратах была тоже знахарка, которая и накладывала на меня странные прозрачные листья. Она тогда сказала, что когда покров потрескается, то он начнёт слазить и это будет очень больно.

— А ты помнишь, что нужно было делать?

— Она сказала, что если кожа будет влажная, то всё пройдёт не так болезненно.

— Значит, будем купаться чаще. Как понимаю, осталось немного, процесс начался.

В этот день они почти не разговаривали. Асман между купаниями, поливал обнажённую Нис, сидящую на берегу из котелка, а потом валялся с ней рядом, разглядывая и млея от удовольствия, что эта красивая девочка его. За день так ничего и не изменилось, зато ночь стала бессонной. Им удалось поспать всего два часа, когда Нис неожиданно громко закричала. Девушка начала метаться в спальнике ещё не доконца проснувшись.

— Помоги мне, Асман. Ас-маааааааа-н.

Асман тут же, расстегнув мешок, схватил Нис, пытаясь успокоить. Решил, что ей приснился кошмар, но Нис начала отчаянно вырываться.

— Бооооо-льноооооо, Асман. По-мо-ги. Боооооо-льнооооооо.

Понимая, что скорее всего началось то, о чём говорила знахарка, Асман не раздумывая схватил Нис на руки и понёс к озеру. Вместе с ней, крепко прижимая к себе, уже не боясь ничего повредить, Асман окунулся в воду. Вода была холодной, но Нис вдруг облегчённо выдохнула.

— Спасибо, Асман, — зашептала девушка. — Уже не так больно. Что это?

— Нис, нужно потерпеть. Значит скоро всё будет хорошо.

— Это безумно больно.

Как только кожа согревалась и начинала подсыхать, сразу же возвращалась боль. Асман несколько раз заносил Нис в воду, но она после этих купаний так замёрзла, что у неё зуб на зуб не попадал от холода, а боль только нарастала.

— Лучше бы это случилось днём, — ворчал Асман.

Он намочил свою футболку и лёгкие штаны, натянул их на Нис, а потом, завернул её в тёплое одеяло и прижал к себе, укачивая на руках, как маленького ребёнка. Потихоньку боль отступила и Нис так и уснула в этом влажном, но тёплом коконе. Асман выдохнул, надеясь, что кризис миновал и теперь такой обжигающей боли больше не будет. Он был рад, что в этот момент они оказались на озере и рядом была чистейшая вода.

Уложив Нис, он так и уснул, не выпуская её из рук. Утром видел, какая уставшая проснулась девушка и какая обессиленная.

— У меня как будто вся энергия ушла на эту боль.

— Главное, ты пережила её. Хорошая моя, давай посмотрим, что с твоей кожей.

Когда Нис кивнула, Асман осторожно развернул всё ещё влажное одеяло и снял с Нис футболку. Тело девушки было покрыто тонкой плёнкой, напоминающей облезающую кожу, обгоревшего на солнце человека. Края, там, где раньше были трещины, задрались, а кое-где вообще свисали рваными лохмотьями. Асман один из таких тихонько потянул и он легко поддался, слезая и открывая взору мужчины ровную гладкую кожу девушки.

— Щикотно, — хихикнула Нис. — Продолжай, так приятно.

Нежные мужские касания и снимаемая с тела искусственная кожа возбуждали в Нис совсем другое желание. Она обернулась и посмотрела на мужчину, в её глазах он прочитал всё от удавольствия до признания. Теперь он, не опасаясь навредить, жадно целовал девичьи плечи, шепча:

— Ещё немного, совсем немного и ты будешь моей.

В озере Асман не сдержался и впервые прижал к своему возбуждённому телу дрожащую Нис. Не давая ей время на раздумья, жадно целовал, лаская руками. Он вынес Нис на берег, а потом, не обтирая, уложил на спальные мешки.

— Хочу тебя, девочка. Сейчас скажи мне «нет» и я остановлюсь. Но я знаю, что твоё желание не меньше моего, ты сгораешь от