Чудовищная правда - К. А. Найт

Она шепчет, прежде чем обработать рану и подойти ко мне.

— Как быстро?

Талия и раньше задавала вопросы об исцелении, но увидеть его в действии — это нечто иное.

— Зависит от раны, но с такой? Шрам исчезнет завтра. Хорошее лечение — я подмигиваю ей, отчего она краснеет — отдых и еда ускоряет заживление. Однажды мне почти оторвало руку, и она зажила за четыре цикла, — объясняю я, и Талия кивает. Я вижу, как в ее глазах загораются интерес и вопросы.

Прижимая Талию к себе, целую ее в макушку, потому что она просто чертовски очаровательна.

— Ты можешь спрашивать, — подбадриваю, и Талия чуть ли не подпрыгивает заваливая вопросами. Я отвечаю на все, что могу, наблюдая за тем, как она принимает информацию и запоминает.

Так же, как и я

Пока Талия говорит, я просто смотрю. Она великолепна.

В ее грозовых глазах светится возбуждение, которое заводит меня, а ее блестящий мозг возбуждает меня как ничто другое.

Спустя время Талия, вздохнув, прислонилась ко мне, опустошенная вопросами.

— Я понимаю, почему ты солгал, но никогда больше так не делай. Никогда. — Она сужает глаза, и я не могу не усмехнуться.

— Кто бы мог подумать, что я когда-нибудь испугаюсь крошечного человечка? — поддразниваю я.

Вздохнув, она шлепает меня по груди.

— И не забывай об этом.

Я смеюсь вместе с Талией, когда шум за спиной заставляет меня повернуться и увидеть посыльного, и я мгновенно трезвею.

— Они согласились встретиться, — сообщает он мне. — Нейтральная площадка, держите, — гонец протягивает записку.

— Это заняло много времени, — хмуро замечаю я.

— Простите, на нейтральной территории были Дарклинги, и я подождал пока они уйдут, не желая, чтобы сообщение перехватили.

— Дарклинги… Они никогда не вылезают из своих нор. Что они задумали? — бормочу я.

— Не знаю, но ничего хорошего. — Он колеблется, смотрит на Талию, потом снова на меня. — Они… Они выглядели так, будто собирались для чего-то… чего-то большого.

Потирая голову, я отправляю гонца отдыхать. Еще одно беспокойство. Дарклинги никогда не приносят ничего хорошего, но сейчас мне не до них. Вместо этого я смотрю на сообщение и вздыхаю, понимая, что нам нужно собираться и уходить, если мы хотим прибыть вовремя.

— Пойдем, Талли, пора встретиться с подругой.

Пришло время прощаться и уходить от лучшего, что когда-либо случалось со мной.

ГЛАВА 23

ТАЛИЯ

Встреча состоится в бывшем небольшом парке недалеко от территории Катона. Тем не менее, нам нужно собрать несколько воинов, что занимает время, а затем пробраться через город. Катон настаивает, чтобы нести меня, и когда монстры начинают бежать, я понимаю, почему. Они, по крайней мере, в два раза быстрее меня, и на то, что заняло бы у меня час, уходит минут тридцать.

Луна уже высоко в небе, когда мы останавливаемся недалеко от места встречи. Я поворачиваюсь, чтобы спросить Катона, почему, а он прижимает палец к моим губам и наклоняется.

— Я только что послал воина проверить местность и убедиться, что здесь нет ловушек или чего-нибудь еще. Никогда не знаешь. Когда все будет чисто, он предупредит нас, и мы войдем, но мне нужно, чтобы ты пообещала держаться позади меня, пока я не разрешу, что бы ты ни увидела, хорошо? — Он отстраняется и смотрит на меня очень серьезно. — Пожалуйста, Талли.

Вот что заставило меня пообещать. Мое сердце бьется так быстро, что мне становится плохо от мысли, что Ария близко. Часть меня испытывает облегчение, зная, что с ней все в порядке, но другая половинка грустит, что это, вероятно, будет прощанием между мной и Катоном. Он стал значить для меня очень много, даже если я не могу понять, как и почему.

Когда воин Катона возвращается, мы проходим через здание, за которым прятались. Они взбираются по лестнице огромными прыжками, отчего я закрываю глаза, и, оказавшись на крыше, смотрю вниз, на парк. На траве лежит большой красный чужак, его глаза закрыты, а рот шевелится, когда он разговаривает с… Арией!

Я хочу закричать, но тут мы начинаем перепрыгивать через край здания. Я почти кричу, но успеваю проглотить крик, как только мы приземляемся. Катон смягчает удар, а его воины разбегаются, встречая других красных чудовищ. Они большие и явно воины, судя по их шрамам и оружию, но они не так уж сильно отличаются от людей Катона.

Однако я не трачу время на их анализ, потому что смотрю на Арию. Я выскальзываю из объятий Катона, и он касается моего затылка, успокаивая и напоминая о своем обещании. Ария впивается в меня взглядом так же, как и я в нее, и замечаю, что она не ранена.

Ария выглядит прекрасно, как будто ей здесь хорошо. Ее кожа сияет, глаза яркие, волосы убраны в косу, а одежда… Она выглядит как один из воинов, почти как тот, кто подхватил ее на руки. Я напрягаюсь, но она лишь ухмыляется.

Монстр здоровенный ублюдок, больше Катона, весь в шрамах, и оружия на нем пристегнуто больше, чем я могу сосчитать.

— Акуджи, — шепчет Катон, и я киваю, с тревогой наблюдая за Арией. Акуджи выпрямляется, и я отступаю назад, внезапно испугавшись его внушительного вида. Конечно, Катон ловит меня и укрывает в своих объятиях, и я смягчаюсь, как и подобает слабачке. Ария неожиданно ухмыляется, и я, не в силах сдержаться, улыбаюсь в ответ.

Облегчение внутри меня настолько велико, что я чуть не плачу, а руки так и чешутся обнять Арию, что ей, наверное, не понравится. Я едва слышу слова, которыми обмениваются Катон и Акуджи, не сводя с нее глаз. Ария, очевидно, следит за происходящим, потому что шлепает своего монстра, затем происходит еще один обмен словами, после чего Акуджи внезапно выглядит готовым напасть на Катона, и я чуть не вскрикиваю. Катон, похоже, не беспокоится, поглаживая каждый сантиметр кожи, чтобы успокоить меня, и я заставляю себя вернуться к разговору.

— Я не хотел обидеть, — урчит Катон, и все мое тело загорается, вспоминая, как он урчал у меня между ног.

Ария скользит перед Акуджи, ругает его, как ребенка, а потом смотрит на меня. В ее глазах что-то блеснуло, а подбородок поднялся с вызывающим выражением.

— К черту все, — бормочет она и, используя свою впечатляющую скорость и мускулы, ускользает от Акуджи. Я делаю то же самое с Катоном, который с рычанием бежит за мной, когда я встречаю ее на полпути. Мы обнимаемся, она крепко прижимает меня к