Нарисую себе сына - Елена Саринова

— Угу… Дахи, руку от уха.

— Послушай, а с такими глазами, как у меня? — бряканье сбоку оповестило, что Сусанна прикончила очередную чашечку кофе. Однако «небесный знаток» с определеньем повременил:

— С такими?.. Зелеными?

— Да?..

— Ах, ты, собачье отродье! Пакостник мелкий! — в следующий миг нам всем стало не до имен. Мальчик же и вовсе суматошно зашарил по сторонам:

— Ой-ёй-ёй… Вот теперь мне… теперь мне…

— Дахи! — сутулый мужик в расстегнутом настежь жилете, только что ноздрями огонь не метал. — Ты где, пакостник, носишься? Я тебя три часа назад за углем посылал? А это… — и шумно захватал воздух ртом. — А это…

— Мессир Бот, я нечаянно его намочил. По дороге, — Дахи, подхватив корзину с камней, так с ней и застыл. Мужик медленно опустил взгляд ниже. Я испуганно выдохнула:

— Мама моя.

Очередная, мутно-серая капля шлепнулась в натекшую через прутья лужу.

— Ой-ёй-ёй… А-а-а!

— Ах, ты, собачье отродье! Мелкий бес! Догоню — зашибу!.. А, ну, стоять!..

Яков через несколько долгих секунд первым открыл рот:

— Нет, не догонит… — и, проводив глазами до угла развевающийся жилет, повернулся к столу. — Монна Зоя, нарисовать-то хоть успели?

— Угу. Почти… Не нравится мне это место. И мужик этот не нравится. И…

— Яков, пропуск я получил. Снимаемся сразу с закатом. Мне оно тоже не нравится… А что здесь только что было?

— Понял, капитан. Хе-х, сейчас расскажу…

Рассказ капитану занял ровно дорогу до местной траттории «Фортуна». Снаружи и внутри отделанной с претензией на столичный, местами облезлый, шик. Хотя, если б меня спросили, то я бы с радостью побрякала ложкой у себя в корабельной каюте. По возобновленной в последние дни традиции. Здесь же свободных столов на одну, очень принципиальную персону…

— Проходите, как раз для вас специально приберегли. Последний. Сегодня у нас, как всегда, — здесь вообще, когда люди работают?

Зато здесь явно любили отдохнуть. С размахом, который Люса называет: «Сбросились золотыми зубами на бутыль». И если «Фортуна» — лучшее на острове заведение, то какие тогда «отдыхающие» в остальных?.. Впрочем, нескольких я по дороге уже встречала. Пролетали на бреющем.

— А тут мало что изменилось, — вот бы позавидовать ей: что на капитанском мостике, что в незнакомом тесном гвалте, везде — королева. — Зоя, не дрефь.

— В смысле, «не дрейфуй»?

— И это тоже, — почти враз приземлились мы с Сусанной друг напротив друга.

— Да, заведения свои Шорох держит, — хмыкнул в той же манере капитан, поддергивая рукава рубахи с правого моего бока.

Яков же, шлепнувшись наискосок, от сравнительного анализа воздержался. Лишь по сторонам с прищуром посмотрел… И чуть заметно качнул начальству головой. Вот, значит, как?

— А часто здесь драки бывают? — и кто ж меня за язык-то волочит, «Ангела» такого?

— Чуть реже, чем в остальных подобных местах, — и даже головы в мою сторону не повернул.

— Монна Зоя, да все нормально будет. О, а вот и камбузный оглашён[26]!

— Ваше меню, пожалуйста.

— Хе-х.

Считай, поговорили…

Хотя, дальше дело пошло плодотворней. Когда потертые картонки на столе сменились настоящей едой. И не так уж в «Фортуне» и скверно. И даже не душно, а, скорее, наоборот. Вот только… Ага… Пожилой худощавый маг, облокотившийся на стойку, встретил мой озадаченный взгляд довольной ухмылкой. И, качнув кружкой, ретировался вон.

— И в этом плане тоже… ничего не изменилось, — проводил его глазами до двери капитан. — Чужеродная магия?

— Угу. Я сразу от входа почуяла, а потом… будто, щека правая все время чесалась. Видимо, он наблюдал. Вы его знаете?

— Портовый маг. Здесь — просто подработка.

— Так это он воздух «остужает»? Ну, надо же. Очень полезно при…

— Ну, наконец-то, вы помирились! Вито, подай, пожалуйста, соль!

— Пожалуйста, Сусанна.

И оба вспомнили про свои остывающие тарелки. Пока меня снова не отвлекли. Причем, совсем неожиданно:

— К-хы! Монна, прошу прощения. Это — вам, — разносчик держал перед собой подвявшую лилию с таким видом, будто крестный ход с ней совершал. Или цветок вот-вот разлетится. По частям, — Сказали, почтут за честь.

— Кто сказал? — уставилась я на эту композицию. Парень выразительно скосился в дальний угол. Я попыталась «маршрут» отследить. — Мама моя.

— Та-ак.

— Капитан, сэр, позвольте мне? Монна Зоя, кивните туда же.

— Угу-у… — лысый здоровяк в расшитом камзоле, воодушевленно оскалился… Я струхнула уже всерьез. — А что это вообще такое? И…

— И цветочек этот — в вазу на нашем столе воткните. Остальное — позже… Вот же, молодец.

Дальний угол боцмана явно не поддержал:

— У-у-у… — и что-то там про «не фарт».

— Совершенно дикое место. Зоя, это — такой «питейный» обычай. Взамен…

— Ухаживанию, — красноречиво скривился Яков.

— Ты цветок приняла, но в волосы или декольте не воткнула. На нормальном человеческом языке: «Спасибо за предложение, однако, в постель я с тобой не потащусь».

— Ну, надо же, как лаконично! И немому подойдет.

— Я извиняюсь, но, в жизни всякое бывает, монна Зоя.

— Просто, наш боцман так со своей женой познакомился, — качнулся ко мне капитан. — Потому что по-другому… стеснялся.

— И до койки мы тогда не дошли.

— Да что ты?!.. А-ха-ха-ха-ха!

— Ой, Яков, вы меня извините. Я ведь не знала.

— Да ладно, монна Зоя, — скосился тот на хохочущую во весь рот Сусанну.

Вот и опять, считай, пообщались…

Зато по слабо освещенной улице шли уже молча. Правда, был еще один диалог, на самом пороге «Фортуны» но, не со мной. Капитан нос к носу столкнулся со здешним владельцем «заведений». Высоким широколицым Шорохом. Толи имя, толи стиль жизни? Но, уточнять уже не хотелось — впечатлений хватило.

Однако судьба моя, обильная на «раздачу страстей», посчитала иначе, вильнув обратным путем мимо ярко расцвеченной площадки. Первым чувством было: пол острова — тут. Такой ор стоял над притихшим портом. Но, набитые на мостках людские тылы, перевесившиеся через низкую огорожу, перекрывали собой всю полноценность картины.

— Это — что? О чем кричат? Я не разберу, — и на всякий случай, подхватила боцмана под локоть.

Тот прищурился на яркий свет. Потом зло сплюнул:

— Еще одно местное барахло.

— Какое… «барахло»?

— Яков, прибавьте шаг. Мы и так уже запоздали.

— Тише! — меня словно молнией от макушки прожгло. И я даже рот открыла. — Тише. Что они кричат?.. Вот, опять… Дахи… мама моя!

— Зоя!

Да кто ж теперь остановит?..

К краю площадки я кое-как протолкалась локтями. Прижав к груди сумку и потеряв часть шпилек. И, чтобы обратно не отнесло, намертво вцепилась в забор. А потом распахнула глаза… Местное барахло. Вот оно как. И, действительно, Дахи. Мальчик стоял на маленькой