Честный обм(а)ен - Лила Каттен

Проспали мы долго, и на обед не осталось времени вообще.

Заехали за подарками для Миши и купили всякого для самой Лины и Антона.

Подъехали к белокаменному дому, который стоял на возвышенности, как и многие в этой местности. По размерам он был просто огромным. Видимо деятельность супругов не менее прибыльная, чем у Марка.

Их район находится под охраной. Именно в данном квадрате расположены всего четыре дома. Но люди охраняют и по периметру.

«Как серьезно!»

Стоило открыться входной двери, как мы с ней вдвоем запищали обнимаясь.

Марк обнял Лину, и мы прошли внутрь.

Как же было красиво. Все в мягких, бежевых и белых тонах. Так нежно и приятно глазу.

– А Тоха где? Опять к кровати привязан что ли?

Смотрю на него распахнув глаза. А Лина вдруг стала смеяться.

– Перестань Марк. Это было только раз, – поворачивается ко мне и поясняет. – Он однажды приехал к нам, а мы играли с мужем.

– Играли они. Говори тогда, где главный мужик в этом доме.

– В бассейне они оба. Вы вообще, как тут оказались?

Проходим на кухню чтобы разложить продукты, и я рассказываю подробности нашего путешествия, пока мужчины на улице.

Когда с решением о готовке было покончено Лина вдруг замерла и посмотрев мне в глаза сказала:

– Я давно не видела его таким София. Очень давно. Я знала его до Иря, и смогла узнать после. Он стал черствым, а такое счастье, как улыбки и смех доставались лишь моему сыну. Даже со мной он стал другим. А сейчас… Спасибо тебе.

Я не знала, как мне поступить с ее словами, но единственное, что я почувствовала, помимо какой-то боли в груди, это щемящую нежность в сердце к моему любимому мужчине.

– Ты вернула моего друга к жизни.

Сделала шаг и обняла меня, так крепко вцепившись, что я потерялась просто.

Марку очень повезло с такими друзьями.

– Мы есть хотим, а они слезы льют.

Услышали мы мужской бас со стороны гостиной.

– А вам лишь бы пожрать. Имейте совесть, мы столько времени не виделись.

– Сколько, – ржет Антон, – две недели?

– Вот на кого можно не готовить Соф. Марк, а ты тоже хочешь что-то сказать против?

Он смотрел на меня интересным взглядом, не знаю даже, как описать, но от него веяло таким теплом, что тело покрывалось мурашками.

– Я молчу. Но, есть все-таки мы очень хотим. Проснулись и сразу к вам.

– Это чем вы занимались всю ночь? – сказала она, толкнув меня локтем.

– Да-да мне тоже интересно, – заявил ее муж, уставившись на нас всех.

Марк засмеялся, и они вновь направились к бассейну, где плескался Миша, подготавливать оборудование для гриля.

Трапеза вышла более чем шикарной. Многое, мы приготовить так и не смогли, поэтому заказали салаты из ресторана.

Где-то в девять вечера, когда сын Лины был уложен мы приняли решение выйти и прогуляться по городу. Это они тут живут, а для меня страна казалось более чем удивительной.

Няня приехала быстро и в десять мы уже сидели в диско-кафе по-испански. Мое выражение, но иначе не назовешь. Здесь кружили парочки танцуя латину. Мы с Линой уговаривали наших мужчин, но в итоге выходили танцевать вместе.

Медленные танцы мы проводили уже в объятиях любимых.

Марк двигался очень красиво и вел в танце, как и в жизни, впрочем.

Мне нравилось быть слабой в его сильных мужских руках. Тело горело и плавилось, хотя он просто иногда гладил мою кожу сквозь ткань моего платья.

Кругом слышалась испанская речь, а я кайфовала от этого вечера. Ловила себя на мысли, что все не просто будет хорошо… все уже так…

Расходились мы за полночь договорившись, в субботу вновь встретиться уже сразу тут.

К назначенной дате, Марк стал более задумчивым. Иногда я ловила его в замершем состоянии. Не трогала его, и он сидел так очень долго. Наш отпуск продолжался уже почти десять дней, поэтому была уверена, что дело в работе.

– Может вернемся домой? – спросила его, когда он снова превратился в статую.

Обняла со спины, крепко прижимаясь к сильному телу.

Перетянул меня к себе на колени и поцеловал в шею.

– Уже отдохнула? Или я тебе надоел?

– Конечно нет, на оба вопроса. Просто мне кажется, что ты где-то далеко мыслями. Не хочу тебя отвлекать от дел.

Засмеялся мне в плечо упираясь.

– Меня ничто и никогда не отвлекает от дел поверь. Если я работаю, то занимаюсь только работой.

– Тогда ладно. Завтра все в силе? Мало ли Лина или Антон заняты будут.

– В силе. Я пойду прогуляюсь.

Снова этот тон и взгляд. Что-то происходит. И мне это не нравится…

Я тоже решила выйти прогуляться на пляж. Сегодня буду загорать и купаться, но не в бассейне.

Я плавала, лежала на песке, снова плавала и так по кругу.

Не знаю, сколько времени я провела под солнцем, но то, что я забыла шляпу и воду, сказалось уже скоро. Но мне так не хотелось уходить отсюда, что я решила остаться до победного.

К обеду я тоже не пришла. Меня все вдруг стало раздражать, потом это чувство сменилось апатией, грустью. Пожирала себя мыслями и никак не могла справиться с ощущением опасности. Что-то грядет.

Марк меня не искал видимо. Хотя я и телефон с собой даже не взяла. Солнце парило так сильно, что стало невозможно жарко. Во рту так пересохло, что уже не могла терпеть.

Встала и направилась к вилле, но видимо моя упрямая натура все-таки оказалась неправа. Я почувствовала себя плохо, голова закружилась и все поплыло перед глазами. Меня замутило, а тело вдруг стало ватным. Шаг, еще одни, единственная мысль – добраться до дверей…

Провал…

«Девочка моя, ну же, давай… София…», – первое что я услышала, как под водой.

Приоткрываю глаза и вижу взволнованное лицо Марка, рядом лицо еще какого-то мужика, а еще потолок нашей виллы.

Захотелось дотронуться до него и успокоить, но в руке видимо торчала иголка. Так как она затекла и мне явно мешало что-то.

– Я хочу пить, Марк, – прохрипела.

Горло закололо так, словно я наглоталась песка.

– Сейчас, малышка.

Прибегает со стаканом и трубочкой. Отпиваю немного и вновь падаю на подушку.

– Что случилось? Я не дошла, да?

Он каменеет, потом злится, потом смотрит с жалостью и все это со скоростью три секунды на эмоцию.

– Ты перегрелась на солнце, и врач сказал обезвоживание. Почему так долго была на пляже? – он хотел