Во власти соблазна - Патриция Грассо

– Так и быть, вы можете переночевать в спальне сестер. Но только одну ночь. Я запру дверь в свою комнату, и дайте мне обещание, что на рассвете вы уйдете.

– Обещаю. – Степан подмигнул ей. – Должен ли я сказать «чтоб я сдох»?

Фэнси фыркнула.

– Это не обязательно.

Степан услышал стук в дверь.

– О, прибыли мои слуги.

Улыбаясь, он пошел по коридору к холлу. Его недотрога хочет его, но боится воспарить к вершинам любви. Учитывая печальную историю ее матери, князь не мог осуждать Фэнси за сдержанность.

Даже на него повлияли события детства. Недостаток родительского внимания и грустная история его матери окрасили все поступки Степана, когда он повзрослел. Именно поэтому он так любил детей своих братьев и никогда не помышлял о том, чтобы использовать женщину в эгоистических целях как игрушку.

Его певчая птичка уверена, что он всего лишь богатый распутник. Он и в самом деле не беден, к тому же аристократ, не обделенный внешностью. Это правда, но богатство и красота не превратили его в распутника. Хотя, положа руку на сердце, он, конечно, не святой.

Степан распахнул дверь, впуская своих людей. В холл втиснулись Боунс, Феликс и Борис, оставив Гарри караулить карету князя. Каждый держал в руках несколько больших тарелок с крышками.

– Вот по этому коридору в кухню, – велел Степан. – Из нее можно пройти в столовую. – И вернулся в гостиную. – Будем ужинать?

Фэнси встала с дивана. Рука об руку они вышли через застекленную дверь в столовую.

Решив сесть во главе стола, Степан посадил Фэнси по правую руку от себя и тут же понял, что символичность этого жеста не ускользнула от девушки.

Она посмотрела на стул во главе стола, а потом на Степана:

– Это не мое место!

Его избраннице придется преодолеть свое стремление руководить. В семье должен быть один хозяин, и этим хозяином будет он.

От этой мысли князь даже вздрогнул. Он что, и в самом деле думает жениться на ней?

Степан улыбнулся Фэнси своей самой обворожительной улыбкой.

– Наверняка вы не откажете гостю в праве самому выбрать себе место?

Фэнси еще раз взглянула на свой прежний стул, поколебалась и осталась сидеть справа.

Степан сел во главе стола. Отношения определенно развиваются.

В столовую вошли Феликс и Борис и подали обед – нежнейший бифштекс под беарнским соусом и спаржу. Вслед за обоими русскими вошел Боунс с бутылкой охлажденного шампанского и двумя хрустальными фужерами.

Прежде чем выйти, внушительного вида русские кивнули и улыбнулись Фэнси в знак приветствия. Боунс задержался, чтобы открыть и разлить по фужерам искрящееся вино.

Степан поднял свой бокал:

– За самую дивную певчую птичку, какую когда-либо слышала Англия.

Фэнси прикоснулась своим фужером к его, глотнула шампанского и хихикнула:

– Пузырьки щекочут нос и горло.

Некоторое время они ели и пили в уютном молчании, но в конце концов, как и думал Степан, разговор коснулся ее семьи.

– Интересно, как чувствуют себя мои сестры на Парк-лейн? – сказала Фэнси. – Как по-вашему, они будут по мне скучать?

– Уверен, они думают о вас уже сейчас. – Степан снова наполнил ее фужер. – А я сочувствую герцогине – она может и не пережить нашествия ваших сестер.

– Блейз начала бунтовать против власти. – Фиалковые глаза Фэнси зажглись обезоруживающей улыбкой. – Но вы же не думаете всерьез, что герцогиня отправит их обратно ко мне?

Степан покачал головой.

– Рудольф упоминал, что перспектива взять на воспитание ваших сестер и вас очень обрадовала и взволновала герцогиню. Вы знаете, что она вырастила трех племянниц?

– А своих детей у нее нет?

– Нет. Хотя герцог Инверари не первый ее муж.

Фэнси отрезала небольшой кусочек бифштекса и стала его медленно жевать. Потом взяла в руки фужер с шампанским и посмотрела на князя.

Степан поманил ее пальцем, заставив наклониться вперед, и сам подался к девушке. Он легко прикоснулся к ее губам и лизнул языком уголок рта Фэнси.

Она отпрянула и сильно покраснела.

– Что?..

– Обожаю беарнский соус, – протянул Степан, – а у вас к губам прилипла капля. Знаете, что еще мне так нравится в вас, помимо невинности и бесчеловечной честности? Ваша пылкость. Светские леди в большинстве своем холодны, как рыбы, а вы взрываетесь от страсти, как вулкан.

Фэнси посмотрела прямо в его темные глаза.

– Надеюсь, завтра в ваших планах стоят, наконец, «поиски работы»?

– Только вы можете обидеть мужчину, сделавшего вам комплимент.

– А как отозвалась бы на ваши комплименты леди из высшего общества?

– Юная леди начала бы трепетать ресницами. Вот так. – Степан изобразил сказанное, и смех Фэнси заполнил столовую. – Потом она бы подняла повыше подбородок, чтобы продемонстрировать мне свою лебединую шею на случай, если я вдруг окажусь вампиром. А замужние леди и вдовы совершенно случайно задели бы грудью мою руку.

– До чего отвратительное поведение!

– Я с вами полностью согласен.

Фэнси расслабленно откинулась на спинку стула, глядя на остатки ужина на тарелке.

– Я, пожалуй, могла бы привыкнуть, чтобы повара готовили, а слуги убирали со стола.

– Вам стоит только попросить, и ваше желание исполнится. – Степан улыбнулся, увидев сомнение на ее лице. – Кстати, завтра вечером Рудольф ждет нас на бал.

– Нас? – Фэнси изогнула черную как смоль бровь.

– Не прикидывайтесь.

– Мне нечего надеть.

– Эту проблему решить очень легко. Мадам Жанетт доставит вам в гримерку еще одно платье вместе со всем необходимым.

– Мне не рады в ваших кругах. – Фэнси посмотрела на кружевные французские занавески, с которыми играл вечерний ветерок. Она не могла заставить себя пойти туда, где ее не хотели видеть. Слишком унизительно, если ее не будут там замечать.

Князь молчал, и любопытство взяло верх. Девушка перевела взгляд на него.

– Я вам рад в своих кругах. – Степан широко повел рукой. – Мои братья и их жены тоже рады вам. Герцог и герцогиня Инверари вам рады. Племянницы герцогини и их мужья. Мой кузен… Вам мало?

– Я поняла. – Фэнси не могла сопротивляться его логике и – впервые в жизни – достойно приняла свое поражение. – Купите мне ярко-розовое платье, и если можно – никаких оборочек и прочих украшений.

– Вы уже отдаете распоряжения, как настоящая принцесса. – Степан встал и показал на гостиную, спросив: – Идемте?