Любая мечта сбывается - Дебби Макомбер

– Спасибо.  – Голос у нее потеплел от благодарности.

– Я буду снова тебя высматривать,  – сказала я, а потом вспомнила ее слова.  – Ну, вдруг ты до тех пор не найдешь себе квартиру.

– Ага,  – сказала она, уже улыбаясь. Взяв у меня второй сэндвич и носки для подруги, она направилась к своей палатке, стоявшей под автострадой.

Меня удивляло, что живущие на улице редко считали себя пропащими, и Ирэн была отличным тому примером. Они считали свою ситуацию временной, переходным периодом, когда нужно делать все возможное, добиваясь лучшего. Почти все, с кем я беседовала, утверждали, что совсем скоро у них появится постоянное жилье.

Если бы я не встретила Дрю в тот день, я запросто могла бы оказаться в одном из таких лагерей. Хотя бы за это, за указанный мне путь, я всегда буду ему благодарна. Он дал мне возможность попасть в «Центр надежды», и мне не пришлось жить на улице, но если бы вдруг пришлось, мое отношение к происходящему было бы таким же, как у всех бездомных. Я считала бы, что у меня всего лишь временные неприятности, которые закончатся, как только я встану на ноги.

В одиннадцать часов у нас была назначена встреча с группой из другого фургона возле недавно установленного палаточного городка. Я знала, что именно там чаще всего бывают Ричард и Чак.

И, конечно же, как только наш фургон появился, оказалось, что оба уже меня ждут. Второй фургон пока не приехал, но вскоре должен был прибыть.

Когда я выбралась из фургона, Ричард поприветствовал меня и сказал:

– Мы пустили слух, что вы вот-вот покажетесь.

Его слова подтверждали люди, уже выстроившиеся в очередь за едой, водой и одеждой. Вода в бутылках всегда пользовалась наибольшим спросом, потому что в палаточных городках не бывает водопровода.

– Если хочешь, можем устроить тебе экскурсию по лагерю,  – предложил Чак.

Волонтеры никогда не входили в лагеря бездомных в одиночку. Мы всегда отправлялись с кем-то. Со временем я узнала, что вся наша работа строится на отношениях с людьми. Нас рады были видеть, и это не имело отношения к тому, что мы приносили.

– Конечно, с удовольствием,  – сказала я другу Ричарда.

Он обычно прятался за Ричарда. Я уже выяснила, что Чак был предельно немногословен.

Лилли Палмер тоже пошла со мной в лагерь, а Ричард и Чак сопровождали нас, как телохранители. Мы то и дело останавливались, чтобы поговорить с тем или иным бездомным. Ричард подзывал к нам людей, знакомил нас.

Как только мы развернулись обратно к улице, я увидела, что прибыл второй фургон, но нам некогда было даже поздороваться с новыми волонтерами. Мы с Лилли были очень заняты, раздавая сэндвичи и горячий шоколад. Когда мы закончили с этим, я раздала также салфетки и нанесла лосьон на обмороженные руки тех, кто этого пожелал.

А затем я почувствовала, что за моей спиной кто-то стоит. Оглянувшись, я увидела, что это Дрю. Встреча была настолько неожиданной, что я едва не уронила флакон с лосьоном. Он положил руки мне на плечи, подался вперед и прошептал мне на ухо:

– На этот раз мы поговорим, и ты меня не прогонишь.

Я попыталась вырваться, выскользнуть из его объятий.

– На всякий случай сообщу,  – продолжил он,  – что даме, с которой я обедал в прошлую субботу, недавно исполнилось восемьдесят пять лет.

У меня так резко отвисла челюсть, что я едва ее не вывихнула.

Пальцы ног начало покалывать, и вовсе не от холода. У меня закружилась голова, словно давление вдруг критически упало. Только тогда я осознала, что чувствую на самом деле – огромное облегчение. Я убедила себя в том, что любое его объяснение не заставит меня передумать. И меня привело в ярость то, что я тут же преисполнилась надеждой, и то, с какой готовностью я приняла объяснение Дрю.

– Я сказал Лилли Палмер, что отвезу тебя домой, так что жди меня.

– В этом нет необходимости,  – возразила я, пытаясь оставаться сильной. Я не собиралась позволять мужчинам определять, как я буду жить и что делать.

В его глазах тут же отразилась боль.

– Пожалуйста.

Я заколебалась, не зная, что делать. Сильной я была всю неделю – сильной и несчастной. Судя по его умоляющему взгляду, ему было не лучше, чем мне.

– Ладно,  – согласилась я, не зная, правильно ли поступаю. Он тут же с облегчением вздохнул.

– Спасибо.

Нам больше не удалось поговорить до тех пор, пока фургоны не вернулись к комплексу евангелистской миссии. Было уже за полночь, а моя утренняя смена в кафе начиналась рано. Если бы мне повезло, я могла бы поспать еще часа четыре или чуть меньше. Но не важно. Мне нужно было увидеть Дрю, поговорить с ним, разъяснить все наши недоразумения.

Я нашла его на парковке. Только мы, двое из всех волонтеров, еще не уехали отсюда. Он стоял у своей машины и ждал, когда я присоединюсь к нему.

Когда я оказалась в салоне, мы оба, похоже, могли только смотреть друг на друга. Прошедшая неделя показалась мне самой длинной в жизни. Даже длиннее первых семи дней в тюрьме. Я оставалась сильной, но мое сердце болело от осознания того, что я никогда не смогу стать частью его жизни. Я и не понимала, как важен Дрю стал для меня.

Несколько минут спустя я ощутила его холодные ладони на своем лице и поняла, что он, как и я, отдал кому-то свои перчатки. Не успела я собраться с мыслями, как он потянулся к моим губам, словно не мог больше ждать ни секунды.

Я фантазировала о том, каково будет ощутить поцелуй Дрю, что я буду чувствовать, если это когда-нибудь случится. И все равно я оказалась совершенно не готова к силе, страсти и нежности этого поцелуя. Его губы были такими же холодными, как и руки, но как только они коснулись моих, я почувствовала, что тепло наполняет меня, как вода пересохшую губку. Его прикосновение. Его поцелуй. Все в нем было прекрасно.

Я раскрыла губы ему навстречу, и он тихо застонал, целуя меня крепче. Мне хотелось быть ближе, хотелось обнять его, и я обхватила его за талию. Меня окутывали, словно уютный кокон, новые удивительные чувства.

Прервав поцелуй, он прижал мою голову к своей груди, упираясь мне в затылок подбородком.

– Нам, наверное, стоило вначале поговорить,  – прошептал он,  – но если бы мне еще хоть секунду пришлось ждать поцелуя, я бы, наверное, сошел с ума.

А я поняла, что не могу выговорить ни слова. Меня поразило то, как сильно я хотела этого поцелуя и как много он для меня значил.

Дрю потерся подбородком о мою макушку. Свою шапку я отдала бездомным еще в середине сегодняшней ночи. Дрю, по всей видимости, тоже.

– Так ты встречаешься с престарелой женщиной? – спросила я.

И затылком почувствовала, как Дрю улыбается мне в волосы.

– Да, но тем не менее я готов на все, лишь бы провести вечер с тобой.