Любовь вне правил - Джей Крауновер

— Я хочу поговорить с Шоу.

Она поджала губы и перекрыла дверной проем своим миниатюрным телом.

— Ты, кажется, сын Марго и Дейла?

— Ну да, один из сыновей.

Мы не дружили, разумеется, и она явственно давала это понять.

— Что тебе нужно от моей дочери?

— Это личное. Мы минутку поговорим, и я ее отпущу.

— Ты врываешься на семейный праздник. Шоу здесь со своим молодым человеком, вряд ли она захочет видеть тебя.

Я закатил глаза. Ее мать пыталась мной манипулировать, якобы ставя меня перед непреложным фактом, но я был не настолько глуп.

— Дейвенпорт — маньяк, а не «молодой человек». Позовите Шоу, слышите?

Я видел, что моя грубость уже начинает ее всерьез бесить.

— Откуда тебе вообще знать, что происходит в личной жизни моей дочери? Ты всегда был просто случайным увлечением, и все понимают, что вы с ней друг другу не подходите. Пора уже бросить детские игры.

— Послушайте, мадам, то, что происходит между мной и Шоу — абсолютно не ваше дело, и я вас уверяю, это не игра. Я не постесняюсь устроить скандал, если придется, но что-то мне подсказывает, что вы не захотите вводить ваших гостей в курс дела. Так? — уточнил я, приподняв проколотую бровь.

По-моему, она уже собиралась пригрозить, что позвонит в полицию или позовет мужа, но не успела, потому что тяжелую дверь кто-то распахнул рывком, и я увидел бледное личико Шоу.

— Рул? Ты что здесь делаешь?

Она уложила волосы в какую-то сложную тугую, до боли, прическу, на ней были жемчужное ожерелье, — прямо как в девятнадцатом веке, — и розовый свитер, мягкий и теплый на вид, а еще просторные кремовые брюки и розовые шпильки, которые наверняка стоили, как моя машина. Передо мной стояла совсем не та Шоу, которую я привык голой валять по постели, и я чуть не ушел без единого слова. Но ее широко раскрытые глаза были полны грусти, и в моей груди что-то начало пульсировать. Плевать я хотел, что мать не сводила с меня орлиного взгляда — я схватил Шоу за руку, притянул к себе, взял за щеки, пристально посмотрел в глаза и произнес:

— Прости.

Она положила руки поверх моих ладоней и удивленно моргнула.

— Что?

— Я вчера вечером послал тебе сообщение. Весь вечер звонил, ты не отвечала. Прости. Прости, что оттолкнул тебя, что вел себя как идиот. Прости, что я не знаю, как правильно поступить. Короче, просто прости.

— У меня телефон сломался.

— Что? — и тут я рассмеялся.

Мне хотелось поцеловать Шоу, подхватить на руки и унести куда-нибудь далеко-далеко…

— Я швырнула мобильник о стену, потому что Эйден написала, что в пятницу вечером ты ушел домой с какой-то девушкой.

— Блин. Я тебе новый куплю.

Она закрыла глаза и стиснула мои руки.

— Ты правда ушел с ней домой?

— Нет. Мы только поцеловались. Да, да, я идиот. Но я сразу понял, что неправ, и перестал. Клянусь, если мы с тобой помиримся, я больше никогда так не буду. Я все еще пытаюсь понять, как нам быть, Шоу. Жаль, что именно тебе приходится страдать, пока я учусь.

— Ты выгнал меня, Рул, отвернулся. Я никогда так не мучилась…

— Знаю, Каспер, я знаю, но только не уходи сейчас, ладно?

— Ты приехал сюда, чтобы извиниться?

Я кивнул.

— Надо же нам помириться.

Шоу криво улыбнулась.

— Для начала, понять бы, как не рассориться.

Я подавил внезапный прилив эмоций и крепко обнял девушку. Никогда раньше я не испытывал такого ощущения — словно вернулся домой после долгого отсутствия. Ласково поцеловав Шоу за ухом, я прошептал:

— Кстати, твоя мать меня ненавидит. Честное слово, ненавидит.

Шоу запустила руки в задние карманы моих штанов и привстала на цыпочки, чтобы дотянуться губами до моего подбородка.

— Это нормально, меня она тоже ненавидит. А зачем ты сбрил волосы? Тебе идет, очень, но мне так нравился твой ирокез.

Я осторожно провел рукой по бритому черепу.

— Не знаю… просто захотелось сменить имидж.

Шоу вдруг посерьезнела и вложила свои руки в мои.

— Теперь ты гораздо больше похож на Реми.

— Шоу, попрощайся со своим другом и иди в дом. У нас гости. Ты ведешь себя неприлично.

Она взглянула на мать через плечо и сжала мою руку сильнее.

— Я не пойду без Рула.

О Боже, снова Шоу встряла между мной и очередным рассерженным родителем.

— Да ладно, ничего страшного. Раз уж мы помирились, я тебя перехвачу, когда поедешь обратно в Денвер. А пока просто подожду.

— Нет.

— Шоу, — голос матери был хлестким, как щелчок кнута. — Довольно. Перестань сию секунду. Пусть едет куда хочет, а ты ступай в дом. Хватит уже драматических сцен.

— Нет, я останусь с ним. Раз ты позволяешь Гейбу лапать меня за столом, значит, я пойду к гостям с Рулом, чтобы он не распускался.

— Шоу, здесь он совершенно неуместен.

Опять осуждение, приговор. Эта дама явно не сомневалась: раз я живу по собственному усмотрению и на свой лад, значит, не гожусь для этой девушки. Я прижал Шоу к себе и ответил мрачным взглядом. Пускай Реми и защищал Шоу, давая ей приют, зато я по натуре был бойцом, и эта мымра за последние годы попортила мне уже достаточно крови.

— Допустим. Но именно со мной Шоу провела день рождения, именно со мной ей хорошо, и именно я готов защищать ее от того дерьма, которое вы ей упорно подсовываете. Я охотно взял бы Шоу с собой и свалил отсюда подальше, но вряд ли вы захотите объяснять Дейвенпортам, почему она так спешно уехала. Поэтому, может быть, раз в жизни вы заткнетесь и позволите своей дочери сделать то, что она хочет?

— Шоу?.. — теперь в голосе матери звучало искреннее смущение.

— Я пойду вместе с Рулом. Если ты не желаешь впускать его в дом, то уеду. Я вообще зря приехала. Мне надоело, что мной пользуются как пешкой, как вещью. Я тебе высказала свое мнение о Гейбе, а ты отказываешься слушать.

— Но вы же идеальная пара.

— Да, только я люблю Рула, — Шоу ткнула пальцем в мою сторону.

— Он открыто признал, что изменил тебе всего лишь вчера. Ну и какие отношения, скажи на милость, между вами могут быть? По-твоему, отец согласится платить за колледж, если узнает про это?

Шоу пожала плечами, и я положил руку ей на бедро, удерживая рядом с собой.

— Мне до смерти надоело об этом беспокоиться. В конце концов, я сама должна разбираться со своими делами. Рул не идеален, я тоже. Если я захочу его простить, ты ничего здесь не поделаешь.