Опасные игры - Дженис Спрингер

– Спасибо, что пришел, Джон. Честно говоря, я по тебе скучала.

Джон сделал попытку улыбнуться, но улыбка у него вышла печальной.

– И тебе спасибо, Марти. Ты потрясающе готовишь.

Джон взял шляпу и пальто из рук Марти и, когда уже собрался выходить, повернулся к ней и посмотрел на нее долгим задумчивым взглядом.

– И все же, Марти, несмотря на то, что ты не принимаешь ничьих советов, позволь мне все-таки кое-что порекомендовать тебе. Я старше, и у меня побольше жизненного опыта, поэтому я прошу тебя: не будь такой непреклонной. Иногда нужно быть снисходительной, иначе потом может оказаться, что ты опоздала сделать шаг навстречу человеку, который тебя искренне любит. Поверь мне, можно простить и более серьезный проступок ради собственного счастья.

Марти открыла дверь и чуть не наступила на букет, лежащий у ее двери.

Опять Рой. Пытается вымолить прощение.

Рой на этот раз поступил хитро. Зная, что Марти все равно отправит посыльного вместе с цветами куда подальше, он решил просто положить букет под дверь.

– Цветы можно и выбросить, – произнесла Марти, разглядывая букет.

Одиннадцать красных роз. Жаль, если пропадут.

Марти вздохнула и, не в силах побороть искушение, подняла цветы, вернулась в квартиру и поставила букет в вазу.

Каков негодяй, подумала она, теперь у него будет лишний повод для примирения! Я ведь приняла его цветы.

В дверь позвонили. У Марти не было сомнений в том, кто к ней пожаловал.

– Ну и что ты здесь забыл? – спросила она Роя, который действительно стоял на пороге. – Мне просто стало жаль выбрасывать такой красивый букет, но это вовсе не значит, что я приняла твои извинения.

– Можно войти? – вместо ответа осведомился Рой.

Марти посторонилась, пропустив его в прихожую.

– Долго мне еще перед тобой извиняться, Марти?

Она задохнулась от ярости.

– А ты считаешь, извиняться не за что?!

– Я считаю, что уже достаточно каялся перед тобой в том, чего не совершал. Я объяснял тебе, что это просто недоразумение, но ты не хочешь ничего слышать.

– Тогда что же ты до сих пор пытаешься вымолить прощение?

– Послушай, Марти, я люблю тебя, но и у меня может иссякнуть терпение!

– Ах, вот как? – Марти сложила руки на груди. – Рой Холби никогда в своей жизни не добивался женщины? Они всегда вешались тебе на шею сами, как и Сара?

– Никто мне никогда не вешался на шею! – взорвался Рой. – Сколько можно говорить одно и то же?

– А то, что я видела собственными глазами, – обман зрения?

– Все, Марти, я устал. Ни у одного мужчины не хватит терпения на тебя! Удивляюсь, как это Мартин встречался с тобой полтора года!

– Мартин не изменял мне!

– Я тоже никогда тебе не изменял!

– Достаточно. – Марти сбавила тон. – Уходи.

– Я уйду, – зло ответил Рой. – Но учти, что это последний раз, когда я сделал шаг навстречу! Ты перегибаешь палку!

– Скатертью дорога! – пожелала Марти, открывая дверь. – Было приятно с тобой пообщаться.

Рой вышел и почти бегом спустился по лестнице. Марти кинулась в комнату с твердым намерением все-таки выбросить букет, но, как только снова увидела прекрасные цветы, решимость ее иссякла. Она вспомнила, сколько прогнала посыльных и сколько раз Рой звонил ей, пытаясь помириться. Еще вчера Марти сказала Джону, что единственное, чего она хочет, так это чтобы Рой навсегда оставил ее в покое.

И вот она добилась своего. А счастлива ли она?

– Я никогда в жизни его не прощу! – кричала Марти. – И я не понимаю, почему ты его оправдываешь!

Рут виновато взглянула на Марти. В руках она теребила записку от Роя, но не решалась передать ее подруге.

– Послушай, но ведь он все объяснил тебе. Это было всего лишь недоразумение.

– Недоразумение?! – вскричала Марти. – Хорошенькое дело! Он так обнимал Сару, что у той ребра хрустели!

Рут подавила усмешку.

– По-моему, ты слегка преувеличиваешь.

– Недоразумение! – продолжала возмущаться Марти. – Да, исключительно благодаря случайности Сара оказалась в его объятиях!

– Марти, но ведь он никогда в жизни даже не смотрел в сторону Сары, ты же сама мне об этом не раз говорила.

– И что с того? Может быть, у него внезапно проснулся к ней интерес.

– Такого не бывает.

– Еще как бывает!

Чарли, сидевший в углу комнаты в обнимку с плюшевым медведем, наблюдал за разворачивающейся у него на глазах картиной ревности с раскрытым ртом, явно наслаждаясь представлением, которое устроили ему мама и Марти.

Марти заметила это и кивнула Рут.

– Мне кажется, Чарли можно прогуляться в соседнюю комнату.

– Ах да.

Рут подошла к сыну и попыталась взять его на руки, однако мальчик с такой силой схватился за трубу центрального отопления, что оторвать его можно было только вместе с ней.

– Чарли, детка, позволь маме поговорить с Марти, – попробовала уговорить его Рут. – Иди пока на кухню. В холодильнике есть мороженое.

Однако даже обещание любимого лакомства не заставило Чарли разжать пальчики. Рут дернула его посильнее, и малыш завизжал.

– Несносный ребенок! – повысила голос Рут. – Я тебя в угол поставлю!

– Что это за бумажка? – вдруг спросила Марти.

Рут и не заметила, как записка Роя выскользнула из ладони. Она наклонилась, чтобы поднять записку, но Марти опередила ее. Рут попыталась выхватить записку из рук подруги, но Марти уже развернула ее.

– Это почерк Роя! – воскликнула Марти.

– Я пыталась тебе сказать… – Рут развела руками.

Марти метнула в нее гневный взгляд.

– Почему я обо всем узнаю последней? Что в ней?

– Прочитай и узнаешь. – Рут с деланным равнодушием пожала плечами.

– Даже не подумаю. – Марти отбросила записку так, будто та обожгла ей пальцы. – Не желаю больше ничего знать об этом негодяе!

– Ты же его любишь!

– Терпеть не могу!

– Кому ты врешь?

– Все! Тема закрыта.

Чарли наконец по собственному желанию отцепился от батареи, взял записку в ручонки и с самым лукавым видом посмотрел на Марти.

– Она тебе не нужна? – спросил он. Марти подозрительно покосилась на Чарли.

– Не нужна, – сказала она уже менее уверенно.

– Значит, она нужна мне, – сказал Чарли и, прежде чем его хоть кто-нибудь попытался остановить, сунул бумажку в рот.