Прекрасный яд - Мишель Бриддок

— Да. — Она продолжает заплетать мне волосы. — Верно.

Я глубоко вдыхаю.

— Знаешь, ты можешь поговорить со мной в любое время. О своей матери, может быть, об отце? О чем хочешь.

На несколько мгновений между нами воцаряется молчание.

— Может, поговорим о чем-нибудь менее депрессивном? — Она выдавливает из себя тихий смешок, когда я поворачиваю голову, возвращая натянутую улыбку.

— Конечно. — Зачем раздувать огонь там, где он не нужен. Так же, как в случае с Эстель. Ненавижу лезть в дела, которые меня не касаются. Никогда не стану одной из таких людей.

— Итак… Эзра.

Его имя звучит так, будто я только что получила пулю. Чувственную, прекрасную, мучительную пулю… но все же пулю.

— А что насчет него? — С каких это пор мой голос стал таким писклявым?

Я почти чувствую, как Милли ухмыляется у меня за спиной.

— Он тебе нравится, правда?

Я подумываю отрицать это; сказать ей, что все это, должно быть, у нее в голове, но это сделало бы меня самой большой гребаной лгуньей в мире.

— Уф! — Я бью ладонью по лицу, которое, почти уверена, приобретает довольно непривлекательный оттенок розового. — Да, он мне действительно нравится, но он… он такой раздражающий. Его так трудно понять.

— А ты ему нравишься? — Спрашивает она, заплетая одну косу и вытягивая тонкие пряди из моих волос, чтобы начать следующую.

— Думаю, что да. То есть… Я надеюсь, что да. Просто в одну минуту он отталкивает меня, а в следующую… он уже весь во мне.

Я жду реакции Милли. Мне кажется, что я уже рассказала слишком много, но мне отчаянно нужно с кем-нибудь поговорить обо всей этой запутанной ситуации, в которой я оказалась.

Милли не отвечает. Я начинаю задаваться вопросом, не обидела ли я ее или что-то в этом роде. Я поворачиваюсь к ней лицом, прежде чем она успевает закончить заплетать.

— Тебя интересует Эзра? — Мне нужно спросить. Этот вопрос уже долгое время не дает мне покоя.

Я ожидаю увидеть румянец, смущенную реакцию, что угодно, только не то, с чем столкнусь, когда Милли заливается смехом. Я поджимаю губы в замешательстве.

— Боже, нет. — Она продолжает подвывать от смеха.

— Ладно, ладно, Господи, он не так уж плохо выглядит. — Хихикаю я.

Кажется, ревность во мне внезапно переросла в защитную реакцию.

Смех Милли затихает.

— Нет, конечно, нет, — улыбается она. — Просто я вроде как неравнодушна к кое-кому другому.

Мои глаза расширяются от ее признания. Я поворачиваюсь всем телом и сажусь перед ней, скрестив ноги.

— Боже мой, к кому?

Милли смеется.

— К Калебу… Калебу Фоксу.

Я делаю паузу, пытаясь вспомнить, кого она имеет в виду.

— Калеб? Друг Эзры? — В моей памяти промелькнули воспоминания, и я вспомнила красивого парня с озорной ухмылкой. Выбритые темно-русые волосы и глаза цвета нефрита.

Милли улыбается, кивая головой. Теперь на ее щеках появился тот оттенок румянца, который я ожидала.

— Боже мой, я бы никогда не догадалась. Я, конечно, встречалась с этим парнем всего один раз… мельком, но он так хорош собой. Тебе стоит попробовать, девочка.

Улыбка Милли слегка померкла, когда она опустила глаза, переплетая пальцы.

— Сейчас уже слишком поздно для этого, к тому же я не думаю, что он вообще знает, что я здесь.

— Милли, ты великолепна, этот мужчина был бы безумцем, если бы упустил такой шанс с кем-то вроде тебя. Ты обязательно должна сказать ему о своих чувствах. Никогда не поздно.

Милли словно просветлела, и я понадеялась, что она прислушается к моему совету и начнет действовать. Калеб был симпатичным, конечно, я ничего о нем не знала, но не могло же все быть так запущено, как с Эзрой, так что какой вред в том, чтобы пойти на это?

Вечер, проведенный с Милли, был именно тем, что мне было нужно. Мы смеялись, болтали, серьезно подшучивали друг над другом.

Я пошутила по поводу увлечения Милли озером, спросив ее, проводила ли она там сегодня время, уже зная, каким будет ее ответ. Она была до мозга костей любительницей отдыха на природе. А я в любой день предпочту домашний уют.

Она рассмеялась, сказав мне обычное:

— Если ты когда-нибудь не сможешь меня найти, я буду на озере. — Я закатила глаза, и мы продолжали смеяться и шутить до самого раннего утра.

Мы могли быть полярными противоположностями, но одно можно было сказать наверняка: благодаря Милли Найтчерч стал лучше.

Глава 18

Эзра

Чертова вечеринка в честь Хэллоуина? Неужели мой отец совсем спятил?

Привлечение такого внимания к Найтчерч было последним, что мне было нужно, и все могло закончиться очень, очень плохо.

Открыв дверь в свою комнату, я столкнулся с ухмылкой Калеба, который лежал на моей кровати, скрестив ноги в своих грязных ботинках и очищая зубы ножом.

— Убирайся нахуй с моей кровати, животное. — Хмурюсь я.

Из его груди вырывается громоподобный смех, когда он вскакивает со старинной кровати из черного дерева.

— Что тебя так взбесило? — Спрашивает он. На его лице все еще написано глупое, самодовольное выражение. Я сотру этот гребаный взгляд в любую минуту.

— Ты, кладущий эти вещи, покрытые дерьмом, на мою кровать.

Калеб поджимает губы, сдерживая улыбку, и опускает взгляд на свои грязные ботинки.

— Ты уверен, что это все, а не что-то связанное с хорошенькой брюнеткой, с которой я видел тебя разговаривающим на днях?

В голове проносятся воспоминания о моем языке в киске Беннетт и ее стонах подо мной в конюшне. Мой член упирается в молнию джинсов, умоляя освободиться.

Калеб ухмыляется, словно уже все понял.

Беннетт Кин слишком хороша для меня. Я не заслуживаю такой чистой женщины, как она. Все, что я сделаю, — это запятнаю ее. Уничтожу ее своими тенями. Этой постоянной борьбой внутри меня.

— Сидар-Кросс снова имеет на нас зуб, дочь священника пропала, и угадай, кто подозреваемый номер один?

— Ривер Оуквелл пропала? — Калеб хмурит брови, будто он о чем-то думает.

— Да, и это, блять, никак не связано с нами, но ты же знаешь, что из себя представляют эти старые ублюдки в городке.

Калеб кивает.

— Так что, видимо, мы устраиваем гребаную вечеринку, чтобы подружиться с теми же, кто с радостью сжег бы нас на костре.

Калеб усмехается.

— Андреас Сильваро согласился на вечеринку в честь дня открытых дверей? — Калеб смотрит в недоумении.

— Похоже на то. — Я и сам с трудом могу в это поверить. — Пошли, — я указываю через плечо, — нам нужно поработать.

Подняв ковер и открыв пыльную дверь ловушки, мы оба