А может по-соседски? - Ксана М

Терренс кивнул, а я опустила глаза в чашку. Пальцы непроизвольно сжали керамику. Между нами вновь повисла тишина. Неловкая ли ― не знаю. Но определенно странная.

Нет. Всё―таки неловкая.

Раздавшийся звонок мобильного спас нас обоих от ещё большей неловкости. Ну или только меня. В любом случае ― спасибо тебе, звонок!

– Да, я понял. Сейчас подойдем.

Терренс закончил разговор, а затем посмотрел на меня:

– Аварийная служба уже здесь.

Его слова стали и приговором и спасением одновременно.

Но размышлять об этом я не стала.

Кивнув, соскочила со стула.

– Отлично, пойдем.

Мы вышли как раз в тот момент, когда распахнулись двери лифта. Один из мужчин ― тот, что был помладше ― оглядел меня с нескрываемым любопытством. Признаюсь, в мужской одежде, с мокрыми волосами, стискивающая в пальцах блестящие туфли на охренительно высоком каблуке, я выглядела крайне занятно.

Не каждый день такую картину увидишь.

– Это вы звонили?

– Да, спасибо, что так быстро приехали. ― Выступил вперед Терренс, а затем провел мужчин по коридору. ― Глупая ситуация. Моя соседка где―то потеряла ключи. А запасных нет.

– Весьма… эксцентричный цвет. ― Усмехнулся тот, что был постарше, а затем взглянул на меня.

– Сосед подарил к рождеству после того, как к чертям вышиб мою старую дверь. ― Облокотившись о стену, ответила я. И что удивительно, без тени злости или недовольства.

– Что ж вы эту―то тогда не вышибли? ― Спросил мужчина, открывая свой чемодан.

– Руки были заняты. ― Улыбнулся Терренс, и я едва не задохнулась от негодования.

Вот же Жук! Ну зачем нужно было это говорить!

Мужчины были весьма не глупы, учитывая, как они после этого на меня посмотрели, как вновь оглядели с ног до головы и как при этом весело покачали головами. Да и нужно было быть полными идиотами, чтобы сложить два и два и не получить четыре.

Ох, Терренс, ты труп.

Пока мужчины возились с замком и о чем―то параллельно болтали с Хардингом, я молча разгребала почту. Мобильник почти сел, о чем постоянно меня оповещал. И, пока не сел окончательно, я решила сделать несколько важных заметок.

Итак, нужно было:

Написать Холли (моей квартирной хозяйке), сообщить о новой двери и извиниться за старую.

Сделать ей дубликат ключей.

Сделать ещё один дубликат и отнести его нашему смотрителю ― мистеру Блэкли, чтобы избежать подобных нелепиц в будущем.

Приготовиться к рабочему дню, а именно: постирать и погладить вещи. И главное ― придумать, как завтра утром я буду смотреть в глаза Элиоту. И как буду себя с ним вести…

Остановилась, перестав печатать.

Вот в этом и состояла вся сложность.

Я просто не знала, как.

Действительно, как вести себя с человеком, который вроде как твой начальник? Но который, в то же время проявляет к тебе совсем нерабочий интерес. Ужин ведь считается за нерабочий интерес, верно? К тому же, Элиот нравился мне. Правда, нравился. Но он видел нашу перепалку с Джорджем, а затем поцелуй с Терренсом. И что он подумал? Что взял на работу чокнутую неврастеничку с синдромом «в любой непонятной ситуации целуй малознакомого мужика из клуба»?

– Дура, Саманта, какая же ты дура…

– Занимаешься самобичеванием? ― Шепот у уха вынудил вздрогнуть.

Я едва айфон из рук не выронила, ей Богу.

Быстро нажала кнопку блокировки, чтобы Терренс случайно не увидел последний пункт.

Надеюсь, он не увидел.

– С чего ты взял? ― Убрала мобильный в карман спортивок и непонимающе моргнула.

– С того, что просто так себя дурой не называют, ― вновь шепнул он, облокачиваясь о стену рядом со мной, ― стыдно за вчерашнее? Не знаешь, как после этого смотреть в глаза Элиоту Кэмпбеллу?

Да как он…

– Ты что, хренов ясновидящий?

Ну а что? Смысл увиливать?

– Я мужчина, Барнс, ― довольно ответил он, ― и я всегда знаю, когда женщина думает о мужчине. У вас на лице такая огромная табличка с именем появляется. Её ничем не скроешь.

– Очень смешно. ― Нахмурилась я, вынуждая Терренса весело рассмеяться.

– Да не переживай ты так. Если нужно будет, я с ним поговорю. Скажу, что всё это было инсценировкой ― не более. Хотя, что―то подсказывает мне, что этого не понадобится. Он уже у тебя на крючке.

– Считаешь? ― Моргнула, поднимая заинтересованный взгляд на Терренса.

– То, как он смотрел на тебя вчера ― это не просто так, Барнс. Ты нравишься ему. И нравишься серьезно.

Невольно прикусила губу, пытаясь осознать всё, что сказал Хардинг. Я доверяла ему в этом смысле. Да и причины лгать мне у него не было. К тому же… при всем моём нежелании сближаться с ним, я всё―таки не была клинической дурой, и понимала, что в действительности Терренс был не так уж и плох, как я всегда думала.

– Было бы странно, если бы ты вдруг пришел к нему объясняться. ― Заметила я. ― Как бы это выглядело? Будто бы я растрепала тебе о том, как сильно он мне нравится, и как сильно я хочу сходить с ним на обещанный ужин? ― Усмехнулась, качнув головой. ― Пора прекращать выставлять себя идиоткой.

– Он пригласил тебя на ужин?

Кивнула.

– Элиот въехал мне в зад. А затем позвал на ужин в качестве извинения.

– Въехал в зад? ― Улыбнулся Терренс. ― Это сейчас так называется?

Отвесив Хардингу смачный шлепок, вынудила его улыбнуться лишь шире.

– Его хонда въехала в моего Жука! Пошлый ты человек.

– Конечно, я понял. ― Усмехнулся Терренс, и как ни странно, я не ощутила привычной злости. Совсем. Никакой. ― И, значит… после этого он позвал тебя на примирительный ужин?

– Да. А на следующий день я пришла на собеседование в его компанию.

– Я думал, такое только в фильмах бывает. ― Заметил он, сложив на груди руки.

– Иногда мне кажется, что моя жизнь тянет, по меньшей мере, на драматический бестселлер. ― Призналась, делая долгий успокаивающий выдох. Не знаю, зачем вообще это ляпнула?

– Готово! ― Прервали наш разговор мужчины, и я даже не поняла, расстроилась или наоборот, почувствовала облегчение. ― Вот ключи от нового замка. И вторые, на всякий случай. Оставьте их у соседа, чтобы в случае повторной утери не пришлось вызывать нас.