Неподходящая девчонка - Юлия Николаевна Николаева

Бар «Слон» с виду напоминает какое-то логово. Низкие потолки, два полутемных зала, один забит столиками, во втором танцпол, сейчас пустующий, и напротив, в углу, барная стойка. Чувствую себя не в своей тарелке. Зачем я сюда вообще пришла? А если этот парень даже не появится? Просто пошутил надо мной, а я повелась. Может, и лучше, если так. Однозначно, все происходящее не для меня. Стою в углу у стены, наблюдая за активно пьющими людьми, и уже решаю уйти, как рядом со мной появляется рослая фигура. Я узнаю его сразу, под насмешливым взглядом смущаюсь еще больше. Готова просто слиться со стеной позади себя.

– Привет, ангелочек, – улыбается он.

– Меня зовут Наташа, – отвечаю на это.

– Что будешь пить?

– Сок.

– Может, что покрепче?

– Я не пью алкогольные напитки.

– Ну понятно, – усмешка становится шире. – Тогда потанцуем?

– Нет, – трясу головой. Вот к этому я точно не готова ни за какие деньги. Он посмеивается.

– А ты зачем сюда пришла вообще, ангелочек?

Молчу. Потому что дура.

– Я пойду, пожалуй, – говорю ему, но он удерживает меня за руку.

– Я тебя подвезу, ангелочек.

Мы идем сквозь толпу к выходу. Его останавливает какой-то парень, что-то говорит на ухо, тот отвечает. Я топчусь на месте – моя рука крепко сжата его, и мне просто некуда деться. Ситуация выглядит абсурдной.

Наконец мы выходим, он ведет меня к черному гладкому «БМВ», я против воли восхищенно замираю, когда тот подмигивает нам фарами после снятия с сигнализации.

– Садись, ангелочек, – кивает парень, я неуверенно залезаю в кожаный салон, осматриваюсь с тем же восхищением, которое не ускользает от его внимания.

– Любишь дорогие тачки? – спрашивает с усмешкой, заводя двигатель. Я смущаюсь.

– Никогда не видела такую. Красивая, – отвечаю на это. – Отвезите меня по адресу…

– Я знаю твой адрес, ангелочек, – улыбается он.

– Я Наташа. А вы даже не представились.

– Игорь.

– Откуда вы знаете мой адрес?

– Оттуда же, откуда телефон. Я же сказал, что мы будем дружить.

– Это вряд ли.

Он ничего не отвечает, мы выезжаем с парковки, когда навстречу нам выскакивает двое парней. Игорь резко тормозит, чертыхаясь.

– Кто это? – пугаюсь я.

– Не переживай, я сейчас.

Он выходит, подходит к парням, они о чем-то говорят, а я смотрю, ощущая напряжение, царящее между ними. Отчего-то кажется, добром это все не кончится. И правда, в следующий момент один из парней бьет Игоря кулаком в лицо, я вскрикиваю, прикрывая рот. Что делать-то? Но в следующий момент Игорь ловко ударяет одному, а потом и второму. Я только слежу за происходящим широко раскрытыми глазами. Когда решаюсь выпрыгнуть из машины и бежать, Игорь успевает растолкать парней в стороны и вернуться в машину.

Быстро трогается с места, я смотрю на него ошарашено.

– Что это было? – спрашиваю наконец.

– Так, не поделили кое-что.

Он беспечно отмахивается, выезжая на главную дорогу. Некоторое время мы едем молча, все, о чем я мечтаю, поскорее оказаться дома и навсегда забыть о глупости, которую сотворила. Неподалеку от моего адреса Игорь вдруг сворачивает и тормозит во дворе.

– Ты чего? – смотрю на него испуганно. Он поворачивается ко мне, улыбается. Губа с левой стороны опухла. Игорь тянется к моему ремню, отстегивает, тот со свистом уезжает. А через мгновенье парень подхватывает меня и усаживает на себя, вдавливая поясницей в руль.

– Ты что? Ты… Ты что? – беспомощно упираюсь руками в его плечи.

– Хочу украсть у ангелочка один поцелуй, – улыбается он. – Который излечит мое искалеченное лицо.

Против воли фыркаю на эти слова, а он кладет руку мне на шею, надавливает, заставляя наклониться, и начинает целовать.

Я теряюсь под его напором, не хочу его целовать и не могу противостоять. Это какая-то дурманящая голову смесь: вседозволенность, наглость, что-то такое сильное, мужское в нем подавляет здравый смысл. Поцелуй становится глубже, Игорь вдавливает меня в свое тело, и я четко чувствую его желание. Это так странно… У нас с Данькой никогда такого не было: такой спонтанности, страсти, какого-то безумства. Мы целуемся во дворе в машине. Я и парень, которого я совсем не знаю. Он только что подрался с кем-то. И вообще он очень мутный тип.

Все это разгоняет по крови адреналин. Хорошая девочка Ната, послушная умница, мамина и папина дочка, обалдевая от собственной смелости, рушит границы, выстраиваемые годами.

– Достаточно, – отрываюсь я, тяжело дыша. Смотрю в темные насмешливые глаза. Красавцем его, конечно, не назвать. Но что-то такое в нем есть, что тянет магнитом.

– По-моему, ты не прочь продолжить, – улыбается он, голос тихий, хрипловатый. – Я так точно.

– Нет, – говорю поспешно. – Нет, я не хочу.

Он делает движение бедрами, а я громко и слишком тяжело выдыхаю, жмурясь. Цепляюсь за его плечи, сжимая его ноги своими бедрами. Так вот как это бывает – сильное возбуждение?

– Ладно, ангелочек, – улыбается он, – нет, так нет. Завтра встретимся.

Он не спрашивает, констатирует факт. А я не отвечаю, понимая, что да, мы встретимся.

– Точно не хочешь остаться у меня? – спрашивает Костя, я только отрицательно качаю головой, натягиваю босоножки.

– Твоя квартира к этому не готова.

Он вопросительно вздергивает бровь.

– Это что значит?

– Это значит, что у тебя самая настоящая холостяцкая берлога, – улыбаюсь, выходя за дверь, Костя закрывает ее, глядя на меня. – И она как бы намекает, что мне стоит убраться отсюда хотя бы на время.

– Ты очень странная, мышонок, тебе говорили? – Костя улыбается в ответ.

– Бывало.

Мы вместе заходим в лифт.

– Может, все же вызвать такси? – спрашивает меня. Я качаю головой.