Сломанная кукла - Лёка Лактысева

Вот и пригодились деньги, оставленные мне Плетневым. Сначала я не хотела их брать, подумывала при следующей встрече вернуть их Зиновию. Прямо в конверте, который он сунул под дверь, прежде чем уйти. Но мудрая соседка Катя меня остановила:

– Ты что, Тинка? Сильно гордая? Так у тебя не та ситуация, чтобы принцессу из себя корчить! Бери и считай, что это часть алиментов, которые задолжал тебе твой богатенький москвич за четыре с лишним года!

Эта мысль меня немного утешила. Я сказала себе, что и в самом деле, раз уж Зиновий претендует на то, чтобы называться отцом, то и от алиментов ему нечего отлынивать!

Подписала договор, забрала ключи и сообщила мужчине, который сдал мне квартиру, что вещи начну перевозить прямо сегодня. Он вызвался помочь поднять наверх самые тяжелые вещи. Отказываться я не стала. Правда, в этот день мне удалось перевезти только одежду и посуду.

Для перевозки мебели – к счастью, ее у меня было немного – пришлось искать машину и грузчиков. На это тоже ушла значительная сумма. Наверное, если бы не «подачка», оставленная Зиновием, мне пришлось бы сидеть на хлебе и воде в ожидании последних начислений от бухгалтерии комбината шелковых тканей. 

В субботу мы с Никитой приехали к Катерине на прощальный ужин. Дети, перекусив, умчались играть. Григорий, муж Кати, согласился присмотреть за ними. Мы с Катей остались вдвоем на общей кухне. 

– Что с работой, Тина? Так и не нашла? – поинтересовалась старшая подруга.

– Нет. Не представляю, что делать! Ну не устраиваться же как ты, оператором в какой-нибудь интернет-магазин! Это у тебя язык хорошо подвешен, умеешь ты с людьми разговаривать...

– А ты зато в компьютерах шаришь! У тебя вся общага свою технику чинила, да и программы ты всем ставила…

– А толку?

– Вот брала бы деньги за свои услуги – был бы толк! Кстати, а это мысль! – Катька хлопнула ладонями по столу, и я подпрыгнула на своем табурете и уставилась на нее круглыми глазами.

– Ты о чем? – поинтересовалась осторожно. Уж больно счастливая улыбка появилась на круглом лице Катерины. 

– Не тупи, мать! Ты. Компьютеры. Деньги. 

– Что?..

– Займись ремонтом и настройкой компьютеров на платной основе, вот что! Дай объявление в газетах, на сайтах городских. Ну, придется, конечно, мотаться по городу, зато сама себе хозяйка и какая-никакая копейка в дом! Все лучше, чем жить впроголодь на пособие от биржи!

– Погоди. Дай переварить. Никогда не думала…

– Так пора начинать думать, Тинка! Ты вроде неглупая деваха, но иногда тормозишь – просто ужас!

Ох! Вот уж и в самом деле – торможу!

Мне ведь сколько раз пытались деньги совать соседи, я всегда отказывалась. А если так подумать, то ремонт и настройка стоят не так уж дешево. Вот найду похожие объявления, позвоню, сориентируюсь по ценам. Сильно дорого брать не буду, выберу что-то среднее…

– Катька! Ты мега-мозг! – я вскочила, обняла соседку, чмокнула в щеку. – Это ж мне и в самом деле не нужно будет в кабинете или офисе от звонка до звонка сидеть! 

– А я о чем? – засмеялась Катерина. – Пошли, разрешу тебе еще разок моим ноутбуком воспользоваться!

Мы переместились в комнату соседей, включили Катькин компьютер, и вскоре я уже изучала цены на разные виды услуг и копировала нужную информацию себе на флешку. 

– Эх! Мне бы свой компьютер! – вздохнула мечтательно. – Или планшет…

– Вот как раз и заработаешь себе на то и на другое. Главное, не стесняйся, смело озвучивай цену за услуги! И поищи, может, недорогой нетбук из бывших в употреблении. Не обязательно же новый брать.

Уходя вечером от соседей, я чувствовала себя слегка пьяной – то ли от чая с бальзамом, то ли от ощущения, что в царстве тьмы вдруг засиял первый робкий лучик надежды.

Катькино предложение насчет работы оказалось на удивление удачным: первый звонок по поводу настройки компьютера поступил мне в тот же вечер. Звонила женщина. В трубке, помимо ее слов, слышались детские голоса. 

– Если вы хотите, чтобы я подъехала в воскресенье, а не в понедельник, мне придется взять с собой сына. Не с кем оставить, – предупредила я. 

– Приезжайте с сыном. У меня дети с утра дом на уши ставят, так что ваш малец не напакостит больше, чем мои собственные, – согласилась моя первая заказчица. 

После этого звонки стали поступать один за другим. С утра я закидывала сына в садик, до которого приходилось ехать добрых полчаса, а сама отправлялась мотаться по клиентам. После шести вечера заказы почти не брала: не хотелось рисковать и возить сына к незнакомым людям. 

Наша с Никитой жизнь явно налаживалась. Сын, правда, скучал по своим друзьям, оставшимся в общежитии, но тут уж я ничего поделать не могла. Все, что оставалось – это развлекать ребенка самой. Впрочем, это мне было не в тягость, а в радость. 

Пожалуй, я бы даже решила, что эти перемены к лучшему, если бы на горизонте не маячила угрюмая тень Плетнева, который обещал, что еще вернется, чтобы забрать моего Китенка. Я знала: рано или поздно он сдержит свое слово, и со страхом ждала этого часа.

И тем не менее, когда он наступил – это стало для меня неожиданностью.

– Алевтина, тут тебе повестка пришла. В суд тебя вызывают, – позвонила мне Катерина через пару недель после нашего с Никитой переезда. Я как раз стояла на остановке, ждала маршрутку. – И еще. Я тебе не говорила, но вас с Никитой тут спрашивали какие-то… сказали, что из службы социальной защиты. Я им соврала, что не знаю, где тебя искать. 

– Спасибо, Катюш. Я завтра заскочу за повесткой, – выдавила я, выслушав новости. – Похоже, добрался до меня Зиновий со своими юристами… как думаешь: может, не ходить мне в суд? Ну, вроде как не получала я повестки?

– Тут уж сама решай, Тина. Потянуть так какое-то время можно, наверное, но тогда твой москвич обозлится еще больше.

– Не мой он. Не мой! – возмутилась я.

– Не кричи. Жду завтра.

– Ага. заеду. 

Я простилась с Катериной и уселась прямо на влажную на скамью. Подставила лицо мокрым снежным хлопьям.  Они таяли и сбегали по щекам, будто слезинки. Но мои глаза оставались сухими. 

Я не стану плакать из-за тебя, Плетнев!