Расправить крылья - Елена Левашова

— Я в этом не уверен. Они могут на время залечь на дно.

— Егор Вадимович, следствие не будет тянуть кота за хвост. — Утверждает Алексей. — Мы посадим Лунева и его подельников, как только для этого будет достаточно оснований.

— Вы хотите сказать, что мне не нужно менять образ жизни: нанимать охрану, прятать близких?

— Нет.

— Алексей, я готов сняться с торгов и послать к чертовой матери госзаказ и Лунева, но у них на счету мои деньги. Я не хочу их дарить ворам и мошенникам. Но и победа такой ценой мне не нужна!

— И не придется. Ваше предприятие проиграет, и деньги вернутся на счет.

Мне бы такую уверенность, как у Алексея!

— Что бы ни случилось, я напишу заявление в антимонопольную службу, как обманутый участник тендера, имеющий на руках веские доказательства.

*** 

Порой мы выбираем то, что хотим прямо сейчас — не всегда лучшее и полезное для нас. Следуем импульсу, загадывая не самое красивое, нужное, а для кого-то и вовсе смешное. И прямо сейчас я хочу увидеть Лизу… Знаю, это опасно и неосмотрительно, но пульсирующее внутри желание отказывается следовать разумным доводам. Последнее время мы обменивались чопорными сообщениями, больше похожими на общение английских аристократов, а я так хочу ее увидеть… Словно не видел тысячу лет…

— Лиза, привет. А где ты сейчас? — голос звучит на удивление бодро.

— Привет, Егор, — недоуменно отвечает она. — Я на работе, рисую эскизы для выставки. Если честно, я зашиваюсь, ты что-то хотел?

«Смотреть на тебя, тонуть в расплавленной древесной смоле твоих глаз, вдыхать аромат твоих густых волос и… обнимать. Целовать твои губы…»

— Увидеть тебя. Говори адрес. — Озвучиваю вслух.

Наверное, большинство мужчин такие, как я. Мы боимся открыть свое сердце, коснуться нежной женской щеки и поныть всласть. Довериться женщине или показать свою слабость. Боимся стать уязвимыми, жалкими, зависимыми. Хорохоримся, пытаемся казаться героями, не понимая — истинное счастье — знать, что ты нужен, такой, как есть — сильный, надежный, неуверенный и слабый. Разный.

У Лизы уютный шоурум на проспекте Шолохова — Grape fasion. Я ведь тысячу раз проезжал мимо! А говорят чудес не бывает... Но потом я вспоминаю, как судьба познакомила нас, за тысячи километров отсюда, и сомнения отступают.

— Привет. — Касаюсь нежной, порозовевшей щеки Лизы, не обращая внимания на любопытные взгляды продавщиц.

— Здравствуй.

— У тебя… мило. Стильно, выдержанно, это просто…

— Спасибо, Егор. Последнее время мне приходится часто выслушивать похвалу моему вкусу от… разных людей. — Смущается Лиза и краснеет еще больше. От ее реакции в душе расползается сладкое, как кондитерский крем, удовлетворение. Кажется, она замечает мою довольную улыбочку и опускает глаза, не в силах выдержать лапающий, бессовестный взгляд.

— Лиза, я хочу познакомить тебя со своей семьей — мамой и дочерью. Тебя и Данила. Надеюсь, ты не против?

— Нет.

— Отлично. Завтра заеду за тобой в семь.

А теперь ее очередь улыбаться, а моя — таять от ее счастливой улыбки…‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍