Три грации - Тони Молхо

— Тетя Джуди приехала! — восторженно взвизгнул чертенок и сломя голову бросился к молодой женщине, широко раскинувшей руки для радостных объятий.

Вертлявый чертенок, разбежавшись, с силой пушечного ядра прыгнул ей на руки и, несомненно, сбил бы с ног, если бы ловкий белобрысый парень, извернувшись, не поймал его, как баскетбольный мяч, и с ловкостью профессионального спортсмена не перекинул бы себе на плечи.

— Пусти, дядя Бен! Я хочу к Джуди! — отчаянно извивался бесенок, бешено колотя руками и ногами по широким, все выдерживающим плечам.

Бен осторожно перехватил верткое тельце и подержал несколько мгновений на отлете, как несут младенца, собирающегося сделать пи-пи:

— Тетю Джуди нельзя сейчас трогать! Видишь, она, как матрешка, — может рассыпаться!

Чертенок притих и внимательно поглядел на круглый живот молодой женщины:

— Подумаешь! У мамы такой же, но она играет со мной! — Он сердито надул пухлые темные губки, тряхнул сотней африканских косичек, торчащих во все стороны, обидевшись, сполз с широких плеч и степенно зашагал к входной двери.

— Мои дорогие! Как я рада видеть вас! Бен, вы просто молодец! — Моложавая, сияющая от радости крестная-фея показалась в дверях пряничного домика. — Господи, Джуди! Ты чудесно выглядишь! Как ты себя чувствуешь, дорогая? — Непрерывно воркуя, пожилая дама ввела гостей в дом, где они тут же попали в объятия бывшего мамелюка и его одалиски — очаровательной, располневшей и пышущей радостью жизни. Смуглый черноглазый чертенок вертелся под ногами.

— Ого, ребята! Вы не теряете зря времени! — Бен пожал длинную мускулистую руку Итамара и с удовольствием расцеловался с прелестной кругленькой Ясмин. — Обогнали нас!

— Ничего, скоро догоните! — Итамар ласково пожал руки смущенной Джуди. — Как вы похорошели! Ишь, какой замечательный! — Он с удовольствием поглядел на выпирающий живот.

— Я сегодня же начну делать проект о беременных! — громогласно провозгласил генерал Н*, возникая в дверях кухни. Чресла его были перепоясаны передником, заляпанным мукой и томатным соусом. — Посмотри, как они прекрасны! В жизни не видел более красивых женщин! Разумеется, кроме тебя, дорогая, — Он склонился над ухоженной ручкой и тут же, сорвав с себя передник, помчался в кабинет — за камерой.

Как он изменился! — думала Джуди, усаживаясь за накрытый стол. Пушистый кошачий хвост уменьшился до размеров элегантного тупея, вместо застиранной футболки и вздувшихся пузырями джинсов — ультрасовременный спортивный костюм! И куда девалось брюхо?! Он строен и подтянут, как звездные обладатели «Оскаров»! Вот это да!.. И Рейчел — помолодела лет на тридцать, энергичная, деятельная!.. Ну и ну!

— У нас сегодня большой праздник, — деловито, как на совещаниях, произнесла содиректор и торжественно водрузила на стол пышный торт с воткнутыми тремя свечками. — Маленькой Рахели сегодня три года, это большое и важное событие! Иди сюда, разбойница!

Лукавый чертенок, сверкнув белками глаз, застенчиво подошел к горящим свечам.

— Задумай желание, а потом задуй свечи! — наставительно произнесла хозяйка пряничного домика. — Ну? Задумала? Только не говори! Закрой глаза и дуй!

Чудовищная линза фотокамеры, отливающая фиолетовым неземным цветом, была наведена на прыгающие огоньки, и магический процесс задувания волшебных свечей был запечатлен во всех подробностях на радость имениннице.

— А теперь — подарок! — воскликнула крестная-фея, и, как по мановению волшебной палочки, на ковре возникла сверкающая блестками и бантами коробка — размерами гораздо больше, чем сама виновница торжества.

Замирая от волнения, девочка потянула за шелковую тесемку. Громадный замок, увенчанный шпилями и башенками, с висячим мостом и трубадурами на мощных стенах вырос рядом с онемевшим от восхищения бесенком. Окошки замка были открыты, и в них виднелись маленькие фигурки слуг, пажей, рыцарей и прекрасных дам, а в светлице самой высокой башни спала принцесса.

Очарованная девочка, глубоко вздохнув от переполнявшего ее чувства, тут же влезла внутрь замка, в шестиугольный внутренний дворик, и, забыв обо всем на свете, усердно занялась устройством королевского дворца.

— Живи в сказке! — наклонилась над девочкой крестная-фея и простерла над юной головкой благословляющую длань. — Пусть вся твоя жизнь будет сказкой!

— Аминь! — буркнул сосредоточенный Н* — он не отрывался от своей пушки. — Как странно! — Он вдруг отвлекся от объектива и недоуменно осмотрел камеру, словно видел ее в первый раз.

— Что? — Всезнающая улыбка не сходила с лица мудрой феи. — Что-то не так?

— Чертовщина какая-то! — Ошарашенный Н* даже не знал, как объясниться: — Я смотрю в камеру, а вижу совсем не то, что есть на самом деле! Я… Я даже не могу это объяснить словами!.. Вы просто засмеете меня! Спятил старый дурак на старости лет!.. Я направляю камеру на маленькую Рахель, а вижу крошку Ясмин, играющую в кукольном домике. Джуди принцессой спит в высокой башне, и — посмотри! — вон бесстрашный рыцарь Бен спешивается с коня, чтобы, преодолев все препятствия, поцеловать и разбудить ее! А ты, дорогая, по-моему, восседаешь на троне и… тебе не кажется, что смуглый паж удивительно похож на Итамара? Погляди сама!.. Этого не может быть!

— Именно это и есть настоящая правда, — мудро улыбнулась бывшая Грация Доброты. — Мы все живем в сказке, а то, что мы видим глазами, — лишь временное, бутафория. Ты же знаешь, камера снимает только действительность, она не может ничего выдумать! Ты помнишь, как сфотографировал трех грациозных вакханок в Баниасе?

— Верно! — Лицо фотографа прояснилось. — Такими вы, милые дамы, и являетесь на самом деле! Глянь, какие плутовки!.. И оставайтесь ими всегда! Именно такими мы любим вас!