Спелая ягода - Ольга Лазорева

– Что ты, Оль! – рассмеялся парень. – Это я!

– Ник? – недоверчиво спросила я, вглядываясь в его лицо.

Тут только я поняла, что на его лбу чернеет бандана. Она плотно обхватывала волосы. Может, поэтому я не узнала его с первого взгляда.

– А ты ждала кого-то другого? – настороженно поинтересовался Ник, подходя почти вплотную. – Долго же вы изволите гулять, мадам! – добавил он тоном сварливого ревнивого мужа. – Заждался просто!

– Послушай, – хмуро проговорила я, – тебя никто не просил ждать. И вообще, какого черта ты тут делаешь?!

– Говорю же, тебя жду! – тихо сказал он, придвигаясь и обнимая меня рукой за талию. – У меня байк за кустами. Поехали, покатаемся по ночной Москве. Тебе понравится, вот увидишь!

Ник наклонился и начал меня целовать. Я немного выпила в ресторане, к тому же устала. Может, поэтому не стала сопротивляться. Его губы касались меня так нежно, пальцы скользили по спине, по шее. Его запах кружил голову. Я закрыла глаза и позволила ему делать все, что захочет. Ник легко подхватил меня на руки и понес. Я прижалась к нему, обняв за шею. Он бережно опустил меня на сиденье мотоцикла.

– Но я никуда не поеду с тобой, – тихо проговорила я. – Во-первых, все это не укладывается ни в какие рамки! Во-вторых, если ты не заметил, то я в вечернем платье.

– Заметил! – прошептал он. – И оно тебе необычайно идет. Ты прелесть! И так элегантна! Я с ума схожу, когда вижу по-настоящему элегантную женщину. Но сейчас в основном унисекс, и трудно понять, парень это или девушка.

– Отпусти меня, – жалобно попросила я и слезла с мотоцикла. – Зачем я тебе? Ведь у тебя есть девушка. Что ты меня преследуешь? Мне сорок лет, а ты должен быть рядом с ровесницей.

– Почему это? – удивился Ник. – Кто придумал эти правила? А если мне по жизни нравятся женщины старше?

– Ну не настолько же! – возразила я и пошла к подъезду.

Ник двинулся за мной. Возле двери он схватил меня за руку и резко повернул к себе. Фонарь освещал нас сверху. Я увидела его глаза, длинные тени от ресниц, падающие на щеки, пушок на щеках и над верхней губой, пружинки кудряшек, выбивающиеся из-под банданы, и вдруг поняла, что меня неудержимо тянет к этому парню.

«Спокойно! – сказала я сама себе. – Это просто гормоны. К тому же я давно живу без секса».

– Сколько лет твоей девушке? – спросила я, отодвигаясь от него. – И, кстати, ты же всегда должен быть дома после 23!

– Она сейчас на даче, – после паузы нехотя проговорил он.

Его лицо стало грустным. Потом Ник наклонил ветку сирени и сорвал пышную цветущую гроздь. Он протянул ее мне. Я машинально взяла и тут же понюхала. Сирень пахла оглушительно. У меня даже началась головная боль. Правда, она тут же прошла. Ник смотрел на меня, не отрываясь. Я молча открыла дверь подъезда.

– Спокойной ночи, котенок, – тихо сказал он мне вслед.

И сказал так нежно, что у меня сильно забилось сердце. Но я зашла в подъезд, не оглядываясь и ничего не отвечая.

Дома я первым делом отправилась в ванную. Долго стояла под душем, прислушиваясь к себе. Тело странно ныло, губы горели. Внутри меня что-то просыпалось, что-то давно забытое и очень приятное. Я улыбалась, мягко поглаживая себя под струями и чувствуя, как уходит усталость и появляется легкость.

Если подойти к понятию «любовь» с разных позиций, то каждый объясняет ее по-своему, опираясь на полученные путем исследований знания и накопленный опыт. Биологи объясняют возникновение этого чувства с точки зрения животных инстинктов. Биохимики считают, что любовь всего лишь воздействие биологически активных веществ на организм, а точнее – притяжение половозрелых особей друг к другу для продолжения рода посредством феромонов, вызывающих возбуждение и воздействующих на гормональном уровне. Сексологи же со своей стороны видят в людях лишь взаимозаменяемых и весьма технологичных партнеров, вступающих в половой контакт по самым различным причинам. Оккультные науки и религиозные направления тоже по-своему объясняют это чувство. По их мнению, любовь – какая-то высшая субстанция, объединяющая и заполняющая влюбленных. И в принципе все желающие могут объяснить чувство любви со своей колокольни, согласно своим национальным особенностям, местным традициям, социальному укладу, накопленному опыту, охарактеризовать его и даже привести статистическую подборку. Но к единому мнению до сих пор прийти не удается, так как все объяснения базируются на узкоспециальных, противоречащих друг другу знаниях.

Если говорить о любви на уровне инстинктов, то первым делом речь идет не о феромонах, подстегивающих зов пола, а о личном букете запахов, присущем только этому индивидууму. Благодаря этому букету другой человек способен с первого раза определить, насколько генетически близок ему этот объект. Переход от влюбленности к любви равен времени нейтрализации личностного иммунитета. Именно благодаря нейтрализации чужие до последнего момента личности становятся ближе самых родных. В основе влюбленности – зов пола (sex appeal), от которого произошло русское прилагательное сексапильный. Длительное сексуальное воздержание и алкоголь способны на короткое время физически сблизить партнеров, но для личностного сближения этого недостаточно. В отличие от спонтанного полового акта и платонической любви с первого взгляда настоящая любовь основывается на душевной и физической близости. Говоря об инстинктивном притяжении партнеров и любви, нельзя забывать, что задача инстинктов – отнюдь не в достижении длительного моногамного союза, даже наоборот. Ведь в целях продолжения своего вида инстинкты толкают самцов оплодотворить как можно больше генетически подходящих самок, а самок – зачать от разных отборных самцов.

Инстинктивное притяжение двоих можно назвать любовью лишь с оговорками. Ведь любовь – это взаимное чувство душевно и физически близких людей, личностей, а для такого сближения нужны годы.

Через неделю Ириска закончила ходить на занятия по ликвидации сексуальной безграмотности. Она позвонила мне и радостно сообщила, что хочет пройти практический курс и попробовать себя в разных ролях.

– Зачем это тебе? – настороженно поинтересовалась я. – Ты и так уже секс-бомба.

– Ролевые игры кажутся мне необходимыми, – ответила она, – конечно, в разумных пределах. А тут есть возможность проникнуть в клуб «Свист». Нора пообещала мне помочь.

– В качестве кого? – испугалась я.

– Не буду по телефону, – хихикнула Ириска. – Тебя тоже приглашают. Поедешь?

– Даже не знаю.

– И знать нечего! Сегодня в восемь вечера, Оля. И никаких возражений! – строго сказала она.

Услышав такой не свойственный для нее металл в голосе, я улыбнулась и согласилась. Мы встретились в семь в метро. Ириска была крайне перевозбуждена. Я смотрела на нее в недоумении. Но она выглядела отлично и явно похудела. В лице появилась одухотворенность и какая-то мечтательность.

– А ты здорово выглядишь, – заметила я.