Сбежать от зверя. Прощение - Анна Григорьевна Владимирова

я испытывала облегчение, что она не полезет больше в нашу жизнь. Но почему же она так рисковала, стараясь нас спасти? Что ей с этого? Отдать мужчину другой только потому, что ведьмы для оборотней табу? Уж Катя точно что-нибудь придумала бы. Но, выходит, она и правда не метила на мое место. Просто вмешалась, просто вытащила нас обоих из практически непреодолимых обстоятельств… Но что-то же ей должно было двигать? Она должна либо очень сильно любить Тахира, либо… что-то еще.

– Марин…

– А сейчас я тебя не почувствовала, – подняла я голову.

Тахир устремил на меня внимательный взгляд, беря за руку и помогая подняться, а я скользнула к нему и обняла, прижавшись к его груди. Где-то на границе сознания мелькнула мысль, что оказаться той самой, кому Тахир отдал сердце, для меня кажется невозможным.

Он переждал мой порыв, осторожно прижимая к себе.

– И о чем вы говорили? – поинтересовался напряженно.

Вряд ли он видел. Скорее снова сложил одному ему видимые подсказки и пришел к правильному выводу.

– Запах? – принялась гадать я.

– Только твой.

– Видел?

– Нет, – нетерпеливо отвечал он. – Марин, что сказала Катя?

– Что это она свела Стерегова с тобой в больнице. Чтобы вы не поубивали друг друга где-то вдалеке от города…

Он вздохнул, расслабленно запуская пальцы в мои волосы. И до меня дошло:

– …Ты знал.

– Понял, да.

– А ту инъекцию, о которой ты говорил, тебе сделала тоже Катя?

– Да, – нехотя признался он.

Я напряженно вздохнула и отстранилась.

– Пошли отсюда, – взяла его за руку. – У нас же прежние планы?

– Конечно, – сжал он мою ладонь. – Я все забрал. Только моего портрета там нет.

– Он у Стерегова.

Я почувствовала, как дрогнули пальцы Тахира. Но он не стал развивать тему. По пути к машине я рассказала про предложение Кати о врачах.

– А сама она что же? – поинтересовался он.

– Сказала, что устала, – демонстративно нахохлилась я, но тут же поддалась любопытству. – А оборотни правда не могут быть с ведьмами?

– Вы с Катей и об этом успели поговорить? – Он завел машину. – Каждый оборотень сам решает.

– И что он решает?

Я с удобством устроилась в кресле, пережидая всплеск своей ревности. Уже даже не Катя меня беспокоила, а будто нечто неопределенное. Глупость, конечно, но необычно.

– Я бы не жил с ведьмой.

– А если бы Катя не была ведьмой?

– Я долго не знал, что она ведьма. Но все равно с ней не жил, – терпеливо отвечал он, даже будто наслаждаясь.

– Почему, Тахир? – Мне вдруг стало жизненно важно понять. И я задала главный вопрос. – Она же умница-красавица.

– Тебя я встретил раньше, – держался он непринужденно. – И мне стало все равно, кто там еще умница и красавица. Марина, я верный. Я же говорил.

– Да? – захлопала я глазами. Про его верность почему-то было приятно слушать хоть по десять раз на дню.

– Я думал, это у меня память отшибло.

– Я тоже верная, Тахир, – серьезно парировала я. – Но у тебя доверия ко мне сразу не возникло.

– Не у меня. У зверя, – нахмурился он.

– Это очень удобно, конечно, все сваливать на зверя, – усмехнулась я. – Но я не смогу его поставить в угол, а вот тебя – да.

– Ты права, – смутился он.

– Я – верная. Ты понял?

– Понял, – покладисто принял он.

– И зверю своему передай.

– Он тоже понял.

И губы моего мужчины вдруг расплылись в довольном хищном оскале. Будь я прежней, закричала бы. Но сейчас только удивленно моргнула:

– Вижу. Поехали сначала пообедаем куда-нибудь? Я проголодалась.

Жить с оборотнем в городе казалось вполне возможным. По крайней мере, сегодня все выглядело именно так. Я наслаждалась всем без исключения: Тахиром рядом, вкусной едой в уютном кафе, толпами людей и звуками обычной жизни. Ходить с Тахиром по магазинам оказалось тоже довольно просто. Единственное, к чему все еще сложно было привыкнуть – к его пристальному вниманию.

– Нам что-то грозит? – потребовала я, когда он вошел в примерочную взглянуть на комплект белья.

Ответил он не сразу. А когда положил руки на мои бедра и хищно усмехнулся мне в зеркало, я шлепнула его по пальцам:

– Лапы прочь. Я вопрос задала.

– Нет, – прорычал он утробно мне в затылок и вдруг коротко куснул в шею так, что у меня чуть не подкосились ноги. – Не грозит.

– Почему тогда ты такой нервный? – хрипло потребовала я, разворачиваясь к нему.

Будто бы оригинал был безопаснее отражения.

– Я не нервный. – И глаза его блеснули красным. – Я просто жду ребенка. Вокруг полно народу. Это нормально.

– Ну ты же никого не загрызешь? – прошептала я, усмехаясь.

– Так, чтобы ты заметила – нет, – пообещал он с усмешкой.

И черт его знает, пошутил он или нет. По крайней мере, когда мы вышли из торгового центра, никаких спасательных операций или эвакуаций еще не объявили. Тахир закинул пакеты в машину, и мы пошли по ближайшей аллее просто куда глаза глядят. Погода радовала – было тепло и безветренно. Но чашка горячего ягодного чая в стаканчике все равно казалась особенно вкусной.

– Ну как твой день? – поинтересовалась я: – На твоем счету еще остались деньги на ужин после сегодняшних трат?

– Я введу тебя в курс состояния наших счетов, – серьезно пообещал он. – На ужин осталось, да.

Я долго смотрела на его профиль, пока он вел меня вперед.

– Ты серьезно?

– А ты не хочешь? – глянул он на меня.

– Ну, это же твои счета. Я ведь… ну…

Его взгляд снова потемнел, хоть он и смотрел вперед.

– …А что ты думаешь вообще про нашу жизнь? – робко продолжила я. – Или… как это у вас происходит?

– Главное, что думаешь об этом ты.

Я почувствовала себя так, будто сдавала экзамены вот прямо сейчас. Тест на профпригодность. И, похоже, проваливала его с треском. Захотелось спросить про пересдачу.

– Я бы хотела тоже зарабатывать, – твердо заявила. – А не только за твой счет жить.

– Почему ты так боишься жить за мой счет? Я не временный работодатель, – осторожно заметил он.

– Ты знаешь, что такое самореализация?

– Знаю, – серьезно кивал он и правда пытаясь понять. – Я был женат на писателе.

– Ну вот, – сделала я вид, что он близок к разгадке, хотя сама ничего не понимала. – Но я не уверена, что смогу, как твоя жена, тоже добиться успеха.

– Ты можешь попробовать.

– Или получить другую профессию, – сменила я тему и тут же поинтересовалась: – Слушай, а… а с ребенком мы как будем?

– Марин, – притянул он меня к себе, утаскивая к дереву. – У нас первый свободный день. Не обязательно все решать