Измена. Второй шанс на любовь - Виктория Русских

Надо будет провести серьезную работу над ошибками и проанализировать причинно-следственную связь наших с Максом отношений. Вот прямо сесть за стол с бумагой и ручкой и все по пунктам детально прошерстить – все мои слова и поступки и последующие за ними слова и поступки Макса. Всю нисходящую кривую, закончившуюся разводом.

За размышлениями я незаметно погружаюсь в сон и сладко и крепко сплю довольно продолжительное время.

Просыпаюсь от звонка в дверь. Не сразу соображаю, день сейчас или ночь. Смотрю на часы – уже девять вечера. Надо же, я проспала весь день?! Вспоминаю, что как раз в это время после прогулки по Красной площади родители обещали быть у меня. Это они!

Вскакиваю с кровати и бегу в прихожую открывать дверь.

Глава 15

В прихожую шумно вваливаются папа и мама, обвешанные чемоданами, сумками и пакетами, и заполняют собой все пространство. Родители пахнут морем, солнцем, домашними животными, огородом, самолетом и родным домом одновременно.

– Доча, привет! – мама бросает сумки с пакетами на пол, расцеловывает меня и обнимает. – Заждалась нас, наверное? А мы пока погуляли по центру – Красная площадь наше всё, потом перекусить зашли, потом по дороге к тебе в пробках стояли часа два. Ой, ну и пробки в Москве! Как вы тут живете?

– Привет, мама! – целую и обнимаю маму.

– Ой, дай я на тебя хоть посмотрю-то, сто лет не виделись… – мама вертит меня в разные стороны и осматривает цепким взглядом с головы до пят.

– Ты волосы что ль покрасила? Вроде светлее была.

– Не, мам, такой же цвет, как и всегда, – протестую я.

– А бледная-то какая, хоспади, как смерть моя, – ужасается мама. – Поедешь с нами обратно отдыхать, загорать и купаться!

– Не, мам, я не могу…

– Никаких не могу. А ты вроде поправилась? Пашка, посмотри-ка? Щечки появились! Слава богу, хоть потолстела немного! – радуется мама.

– Да ты что, мама! Какие щечки! – оскорбляюсь я. – Не толстела я!

Папа опускает чемоданы и выдирает меня из маминых объятий.

– Дай ты мне с дочерью обняться! Вот вцепилась! Катька, привет! – крепко обнимает меня, тискает и смачно расцеловывает в обе щеки.

– Привет, папуля! Скажи, что я не поправилась? И щек у меня нет!

– Нормально все! Не слушай мать! – смеется папа и выпускает меня из рук.

– Это как это – не слушай мать?! Ты мне тут поговори! – понарошку возмущается мама. – Ой, а это что за перец?

Указывает на пришедшего в прихожую встречать гостей Феликса и хватает его на руки.

– Это мой кот Феликс, – представляю я кота. – Крайне своеобразный кот, очень породистый и голубых кровей.

– А усищи-то, а усищи! Как у таракана! – хохочет папа и треплет Феликса за мохнатые щеки. – Знатный кот, сразу видно – с характером и голубыми кровями!

– Точно! – гладит кота мама. – Пашка, смотри, на нашу Зинку как похож, только в два раза больше. Правда? Ну ты, Катька, откормила кота. Кот-бегемот целый!

Феликс, обалдевший от такого обращения, с громким мяуканьем вырывается из маминых рук и убегает в комнату.

– Папа, снимай ботинки и прячь в шкаф, а то Феликс может в них написать, если ты ему не понравишься, – предупреждаю я.

– Ух ты, ничего себе! А я сразу приметил – с характером котяра!

Папа снимает ботинки и прячет в шкаф.

– Мама, папа, раздевайтесь. Вот, тапочки, – достаю гостевые тапочки. – И проходите…

Родители раздеваются, берут сумки и пакеты и идут в кухню-гостиную.

– Доча, мы чемоданы попозже разберем. Мы тут тебе корзину клубники привезли, с утра с грядки сняли. Перекладывай в блюдо и мой.

Папа достает из сумки корзину с клубникой и ставит на стол.

– Вот спасибо! А я думаю, чем так вкусно пахнет? – радуюсь я любимым ягодам как маленькая, нахожу блюдо, выкладываю на него клубнику и мою под струей воды.

– Мы тебе еще соленья и варенья всякие привезли, – говорит мама.

– Ну зачем тащили? Я же их не ем! – протестую я.

– И зря! Надо есть! Еще курочек молодых – отец зарубил накануне. Грибочков маринованных, картошечки этого урожая, зелени, корнеплодов… Паш, выкладывай! – командует мама и заглядывает в холодильник.

Папа выгружает из сумок и пакетов банки и свертки.

– Ой, доча, а чем ты питаешься-то? – рассматривает мама полупустые полки холодильника.

– А вот, сырниками. Лариска сегодня была в гостях – напекла, – показываю я на остатки сырников на тарелке.

– Хорошо, что хоть Лариска к тебе иногда заезжает, не дает умереть с голоду. Ну ничего, сейчас я нам такого супца с курочкой наварю! Картошечки нажарим и с солеными грибочками поедим!

Мама уверенно открывает кухонный шкафчик и достает самую большую кастрюлю. Я усаживаюсь за стол и ем клубнику. Папа заставляет все свободные полки в кухонном гарнитуре банками с соленьями и вареньями.

Мама незаметно, как ей кажется, проходится указательным пальцем по всем близ находящимся от нее поверхностям на предмет пыли. Ну что ж, я так и знала. Еле сдерживаю улыбку и готовлюсь услышать уже знакомую песню.

– Э-э-эх! – смотрит на меня с упреком мама и показывает мне указательный палец с признаками обнаруженной пыли. – Что же ты, Катя, за женщина такая, вся в пылищи заросла? Недаром с тобой муж развелся!

– Мам, да ладно тебе! Это разве пыль? – хохочу я, оправдываться и краснеть мне что-то не хочется, наверное, совсем взрослая стала. – И ты прекрасно знаешь, что это я с мужем развелась, а не он со мной! – продолжаю есть клубнику.

– Мать, да оставь ты ребенка в покое, хватит строить ее! – добродушно похихикивает папа, закончивший разбор сумок, открывает воду и шумно моет руки с мылом. – Да хоть в паутине пускай зарастет, ее жизнь!

– Пап, спасибо за поддержку! Садись клубнику есть.

– Да тебе, Пашка, хоть потоп! Тебе всегда