Моя дорогая Кэролайн - Адель Эшуорт

Она тихо засмеялась и сказала:

— Я уверена, что те же слова по-французски звучат романтично.

— Едва ли.

— Поговори со мной по-французски, — тихо попросила Кэролайн.

Брент покачал головой, и она провела пальцами по его волосам.

— Ты не можешь вспомнить ни одного романтичного слова?

— Я помню много романтичных слов, — похвастался он, уткнувшись носом в ее шею.

— Ну пожалуйста, Брент!

Он поцеловал ее в щеку, приподнял голову и перекатился на бок, чтобы не давить на нее всем телом.

— Английский — мой родной язык, Кэролайн. Французский — это работа.

— Но…

Брент приник к ее губам. Его лицо стало задумчивым.

— Слова такие же, только звучат приятнее. Но смысл — это главное. — Он провел по ее губам кончиками пальцев.

— Значит, ты никогда не говорил по-французски с другими женщинами?

Он внимательно посмотрел на нее.

— Тебе действительно интересно?

Она кивнула и обхватила его руками за шею, будто для того, чтобы он не сбежал.

Он вздохнул и поцеловал ее в кончик носа.

— Я разговаривал по-французски с мамой Розалин, потому что других языков она не знает. Однако я не общался с ней, пока мы занимались сексом. Да и вообще, нам особенно не о чем было говорить. — Он приложил ладонь к ее щеке. — К тому же мы проводили в постели не больше пятнадцати минут. Раз уж ты так любопытна, моя дорогая Кэролайн, позволь мне сказать, что, кроме нее, у меня было только две.

Она тупо уставилась на него.

— Что — только две?

Он смущенно усмехнулся и понизил голос:

— Только две другие дамы.

Ее глаза удивленно округлились.

— Но ты же мужчина.

— Ну и что? — засмеялся он.

Она еще крепче обняла шею Брента и пробежала пальцами по его волосам.

— Ничего. Просто мужчины склонны к постельным развлечениям. Это поддерживает их мужественность. Сегодня я поняла, какое это сильное удовольствие. Неужели мужчина твоего возраста, неженатый, мог не иметь никаких желаний?

— Для меня на первом месте была моя работа, Кэролайн. На протяжении нескольких лет я посвящал ей почти все свое время. К тому же, если честно, женщины были для меня чем-то второстепенным. Потом во Франции я встретил маму Розалин… впрочем, о ней тебе все уже известно.

— Понятно, — сказала она с улыбкой, убрав волосы с его щеки. — А две другие дамы?

Он усмехнулся:

— Что именно ты хочешь узнать? Кэролайн заглянула ему в глаза.

— Кто они?

Он обхватил рукой ее грудь. Она затрепетала. Нежно поигрывая ее соском, Брент тихо ответил:

— Первая была дочерью горничной моей матери.

Кэролайн смотрела на него во все глаза, и он опять усмехнулся;

— Ей было девятнадцать, а мне семнадцать. Как-то в дождливый день она соблазнила меня в конюшне. Все было очень неуклюже, но она знала, что делает. Мы умудрились заняться этим восемь раз за два дня, и нас никто не поймал, а потом она уехала из поместья… надо думать, на поиски других мужчин. Больше я ее не видел.

— Восемь раз? — изумилась она. — Ты делал это восемь раз за два дня?

— Мне было семнадцать лет, Кэролайн, — объяснил он. В ее глазах светилось острое любопытство.

— А сейчас ты можешь делать это так же часто? Он начал медленно поглаживать ее ногу своей.

— Не знаю, но можно попробовать, малышка.

Ее мысли вернулись к более насущным вопросам.

— А что, если она от тебя забеременела? — Нет.

— Откуда ты знаешь? Брент нежно сжал ее сосок.

— Если бы это было так, ее мать потребовала бы компенсации от моей семьи.

Она нагнулась и нежно поцеловала его в губы. Он ответил на поцелуй, стиснув ее в объятиях.

— А кто была третья? — прошептала она.

— Третья была ты, — без колебаний ответил он. Кэролайн улыбнулась:

— Значит, ты никогда не спал с красавицей Полин Синклер?

Он быстро лег на нее, погрузив пальцы в роскошные локоны.

— Кто тебе сказал, что она была красавицей? Кэролайн решила не уклоняться от правды:

— Недда.

Брент тихо засмеялся:

— Ты расспрашивала мою экономку о моих бывших связях?

Она зажмурилась и покачала головой:

— Конечно, нет. Я просто спросила, почему ты на ней не женился, если, по словам Недды, она была образцом светскости и красоты.

— Я не захотел на ней жениться после того, как застал ее в конюшне с другим мужчиной. — Он хохотнул. — Кажется, это второе после спальни место для занятий любовью.

Она потрясенно уставилась на него.

— Ты застал ее в конюшне с мужчиной?

— С раздвинутыми ногами и задранной юбкой. Сердце Кэролайн наполнилось сочувствием.

— А Недда сказа, что Полин не захотела выходить за тебя замуж из-за Розалин, — тихо произнесла она.

Он провел по ее щеке костяшками пальцев.

— Я не стал порочить ее перед людьми. Зачем было губить ей жизнь?

Кэролайн приложила руки к его щекам.

— Я восхищаюсь тобой, Брент, — прошептала она, — и горжусь тем, что я твоя жена.

Он долго смотрел на нее, потом нагнулся и поцеловал в губы.

— Я опять хочу тебя, Кэролайн, — произнес он хриплым от волнения голосом.

— Я тоже тебя хочу, — призналась она, прижавшись к нему всем телом. — Но у меня есть одно условие.

Брент поднял голову и посмотрел на нее.

— Я боюсь спрашивать какое.

Ее лицо вновь расплылось в улыбке.

— Откуда у тебя теплица? Он заметно расслабился.

— Она была маминой.

— Твоя мама занималась ботаникой? — удивилась Кэролайн.

— Пыталась. — Он накрыл ее грудь ладонью. — Но ей не хватало твоего таланта.

Ей было приятно это слышать.

— Я могу распоряжаться этой теплицей? — робко спросила она, не смея заглянуть в его глаза.

Вместо ответа он нагнул голову и обхватил губами ее сосок. Кэролайн обмякла и поплыла по волнам волшебных ощущений.

Слова оказались ненужными.

Брент проснулся среди ночи и резко сел на постели. Сердце его отчаянно колотилось, все тело было в поту, а мысли кружились. Он пытался усмирить внезапный страх.

Была глубокая ночь. Огонь в камине давно погас, и в комнате стало холодно. Он провел дрожащей рукой по лбу, вспоминая события прошлого вечера. Внезапно лунный свет проник в комнату.