Мы не твои. Том2 - Элен Блио

Нет уж, Воробушек.

На этот раз не прощу!

И ты никуда не выходишь!

Глава 29

«Я выхожу замуж, прости» …

Прости…

Я забыла, что Слава сказал Ильясу, что он мой муж, забыла, что сама говорила то же самое.

Я замужем. У меня все хорошо. У меня семья.

На самом деле все это так и есть. Почти.

У меня все хорошо. У меня семья. Но я не замужем.

Сказать «да» оказалось слишком сложно.

Тогда, чуть больше трех лет назад, когда Слава предлагает в первый раз.

Мне вот-вот рожать. И он готов взять на себя ответственность и за меня, и за моего малыша. И я знаю, что он будет любить нас, и сделает все, чтобы мы были счастливы.

Вот только… он сильно ранен, так же, как и я ушиблен чувствами к другому человеку.

К человеку, который эти чувства растоптал, перешагнул через них, даже не оглянувшись.

Я вижу все это и прекрасно понимаю как ему плохо. Сама прошла через такую же мясорубку любви.

Когда переживаешь всё это хочется кричать – не любите никого! Не совершайте этой глупости! Забудьте это красивое слово. Оно не принесет вам ничего кроме разодранной в кровь души.

Потом вроде бы становится проще. Но ты уже знаешь, как бывает больно. Поэтому стараешься держать свое сердце за семью замками.

Возможно, у кого-то это не так. Проще. Легче.

А может, у них просто не по-настоящему?

- Надя, если ты выйдешь за меня, я сделаю все, чтобы мы были счастливы.

Слава повторяет это как мантру, раз за разом.

А я раз за разом говорю ему – нет.

И Кира, как ни странно, меня поддерживает. Не потому, что не хочет, чтобы её сын женился на беременной от другого девушке.

- Воробушек ты мой, Воробушек… Если бы все было по-другому, я бы счастлива была, что вы вместе, но…Вы оба пожалеете потом.

Я это знаю.

А Слава почему-то упорно продолжает добиваться меня.

А я…я ненавижу эту его Яну. Никогда не думала, что могу вот так возненавидеть незнакомого и чужого мне человека! Я даже Алису так не ненавидела как её! Хочется найти эту дрянь и все ей высказать!

Да и вообще… Порой думаю, лучше бы она взаправду умерла.

Нельзя так думать, особенно беременной, но я думаю.

Мне жаль Славу, потому что я вижу, как он страдает и знаю, как он страдает. Сама все это пережила.

Мне хочется сказать ему, что будет легче, но у меня другой опыт. Легче не становится, по крайней мере пока.

- Надь, подумай еще раз. Если ты… - он качает головой, - если ты думаешь, что я буду настаивать на… на интимных отношениях, то…

- Слав, я…

- Я не буду, пока ты сама не захочешь, правда! Что?

Он смотрит на меня, и я вижу, как меняется его лицо, наверное, потому, что моё в этот момент тоже меняется. Просто я чувствую, как по моим ногам течет. Во мне словно пузырь лопнул.

- Ой… Я…

- Я вижу, давай в машину, быстро.

Он везет меня в роддом. У меня есть договоренность с доктором – это Кира настояла. Врач – ее знакомый, он и его супруга клиенты её салонов красоты.

Доктор приезжает практически одновременно в нами, меня готовят, делают контрольное УЗИ, ставят КТГ.

После аварии, полученных травм доктора боялись, что у меня возникнут проблемы в родах, но врач-гинеколог, которая меня наблюдала, была уверена, что все пройдет хорошо и я спокойно смогу родить малыша сама.

Я вроде бы готова, но все равно страшновато, хотя сильной боли не чувствую. Может быть еще не время.

Я стараюсь ходить по палате, когда снимают прибор с КТГ, сердцебиение у моего мальчика в порядке, я надеюсь, что все будет хорошо. Даже не так – я верю, что все будет прекрасно. Иначе и быть не может.

Просто… слишком много уже у меня и моего неродившегося малыша было потрясений. Мы заслужили чтобы все было хорошо!

Неожиданно для меня в палату заходит Слава. Я в шоке. Честно говоря, не ожидала его увидеть. Но почему-то это приятный шок. С ним мне точно не будет страшно.

- Прости, я подумал, что смогу помочь, если что.

- Да, хорошо.

- Можно мне остаться?

- Да. Пока да. Потом… не знаю, - силюсь улыбнуться, потому что схватка накатывает, с каждым разом они все болезненнее, но пока даже удивительно, что все терпимо.

- Как ты?

- Как видишь. Все хорошо.

- Хорошо. Ты бледная, и глаза у тебя такие…

- Какие? – усмехаюсь, представляя, о чем он.

- Немножко дикие.

Это точно.

Если бы до родов кто-то сказал мне, что я спокойно отнесусь к присутствию постороннего, по сути, человека, я бы недоумевала, и протестовала.

Но со Славой мне неожиданно хорошо. Он помогает, просто тем, что он рядом. Внушает надежду, что в случае чего – поможет, решит все вопросы.

Мы вместе нарезаем круги по небольшой палате. Он массирует мне поясницу. Он напоминает, как надо дышать.

Боль не становится сильнее, просто чаще накатывают схватки, и в какой-то момент я чувствую, что меня распирает внизу, словно мой малыш уже совсем у порога.

Отправляю Славу за акушеркой.

Он выходит. Я остаюсь одна. Кладу руку на живот. Мой малыш. Мой маленький. Все будет хорошо! Скоро я его увижу, очень скоро!

Закрываю глаза, когда тело прорезает очередная, уже ощутимо болезненная схватка, и передо мной встает лицо Ильяса.

Я вижу его, без повязки на глазах. Но не такого надменно вальяжного, каким он был на той злополучной обложке.

Нормального. Доброго. Милого. Он смотрит на меня словно зная, что происходит.

- Все будет хорошо, малыш. Я люблю тебя, все будет хорошо.

Открываю глаза – это не Ильяс, это Слава, он стоит очень близко, обнимает меня, гладит по щеке.

Мне хорошо оттого, что он рядом.

Но в то же время я… я мучительно сильно хочу, чтобы это был другой.

Еще немного – и у меня на руках чудо.

Настоящее чудо.

- Как на папку похож, - улыбается акушерка, кивая на Славу, на ошарашенного, изумленного и счастливого Славу, смотрящего на меня и на моего сына.

Малыш почему-то реально похож на Славку, может потому, что у него светленькие волосы? А еще прямой небольшой носик, и пухлые губешки.

И он очень серьезный.