Лекарство для любви - Марион Леннокс

Фил уложила Люси на диван и стала растирать ей ноги, чтобы кровообращение пришло в норму. А Адама послала за продуктами. Потом она приготовила для всех сэндвичи.

А Райли все не возвращался.

Дом был пустым и холодным без Райли. Это ощущение ни на минуту не покидало ее. Он просто обязан был сюда вернуться.

— Не могу поверить, что папа живет в таких условиях, — сказала Люси, когда ей стало легче. — Этот дом похож на сарай. Или он недавно сюда переехал?

— Райли прожил здесь шесть лет, — ответила Фил. — Но он же мужчина.

— Не согласен, я тоже мужчина, но не смог бы жить в таких условиях, — возразил Адам.

Ему тоже стало легче, может быть, потому, что Фил взяла часть заботы о Люси на себя. В двадцать лет не так-то просто ухаживать за возлюбленной на последней стадии беременности.

— Хорошо бы украсить дом твоего папы постерами, — предложила Эми и взяла с тарелки уже третий сэндвич. — Когда я лежала в больнице, Фил позвонила в один крутой магазин, где продаются постеры. И уже через полчаса вся палата была ими увешана, Медсестры говорили, что в этом магазине огромный выбор.

— Но у меня совсем нет денег, — грустно призналась Люси. — Мама отправила меня сюда, не дав ни копейки. У Адама тоже денег нет. Но украсить этот дом постерами было бы здорово.

А Фил подумала, что вот для нее и нашлось дело. Она не могла просто сидеть и ждать возвращения Райли.

— Прекрасная идея, — одобрила Фил. — Если вы сами выберете для него постеры, я их оплачу.

— Правда? — удивленно воскликнула Люси.

— Мне тоже этот дом кажется каким-то мрачным. Как насчет постеров на тему серфинга? Твой папа просто помешан на этом виде спорта.

— Мой папа занимается серфингом? — изумилась Люси. — Здорово.

Неужели Маргарет ничего никогда не рассказывала Люси о Райли? Сердце Фил болезненно сжалось, ей было безмерно жаль их всех. И ее решимость связать крепкими узами этих людей окрепла. Семья. Да ведь у них и интересы общие. Люси и Райли одинаково интересует серфинг.

— Ну, тогда давайте наведаемся в этот магазин, — решила Фил.

— А можно купим постеры еще и с лыжниками. Эти два вида спорта в чем-то схожи, — предложила Люси. — Мне кажется, папа из тех мужчин, кто любит лыжный спорт.

Фил мысленно с ней согласилась. Райли любит экстрим. Ходить по краю. И к тому же он всегда один.

Она вспомнила, как он спускался с вертолета по веревке, рискуя жизнью, чтобы спасти ее.

А потом была прекрасная ночь. Он помог ей избавиться от ночных кошмаров. Хотел ли он продолжения?

Но ведь она сама предупредила его, что продолжения не последует.

С Фил творилось что-то странное. Она и сама не понимала, что именно.

Но вдруг почувствовала, что у той ночи будет продолжение.

Все утро Райли писал отчет. Это была обычная рутинная работа, которая всегда возникает, когда находят жертв несчастных случаев. Потом поехал в больницу: произошла автокатастрофа и пострадавших доставили к ним. Когда он наконец освободился и вернулся домой, не узнал свое одинокое холостяцкое жилище.

Дом был наполнен людьми.

Эми сидела в кресле и укачивала ребенка. Люси лежала на диване, положив ноги на колени Адама. Райли заметил, что ее живот еще больше увеличился. Ребенок спустился ниже и вот-вот появится на свет.

О боже!

И конечно же Фил. Она сидела за обеденным столом и что-то строчила на швейной машинке. Пол вокруг был усеян обрезками ткани.

Она выглядела… взволнованной?

Их взгляды встретились. Фил смотрела на него взволнованно и вместе с тем вызывающе. Так, будто она совершила какой-то поступок, в правильности которого не была до конца уверена.

В чем же дело?

Он обвел взглядом комнату. Как же здесь все изменилось за время его отсутствия!

Стены были увешаны постерами. На одних было изображено море — во всех видах и ракурсах: спокойное в безветренный солнечный день и бурное, опасное, с видами пляжа и дельфинами, выскакивающими из воды с каким-то победным видом. Другие постеры, поменьше, изображали все, что связано с лыжами: снег, горы и солнце. Серфинг и горнолыжный спорт.

Райли задержал дыхание и медленно выдохнул воздух, словно хотел его распробовать, узнать новый вкус.

Он покинул этот дом сегодня в четыре утра. Сейчас наступил полдень, и дом совершенно преобразился.

И дело не ограничилось одними постерами. Повсюду лежали диванные подушки, на кроватях появились покрывала, а на окнах шторы — голубовато-золотистые, они висели на карнизах с деревянными кольцами.

Откуда все это?

— Фил купила швейную машинку, — сообщила Эми и возбужденно затараторила: — Мы заказали в магазине тканей материю, карнизы и кольца. Адам прибил гардины. Фил все время шила, пока мы с Люси вешали постеры. Адам советовал, как лучше их развесить. Люси говорит, что он хочет стать художником. А Фил научила меня шить шторы. Это очень просто. Она говорит, что я смогу забрать эту швейную машинку, чтобы шить ребенку одежду. Кроме того, она отдаст мне оставшийся материал, когда я поеду домой. Вам понравилось, скажите, понравилось?

Они все в ожидании уставились на него.

Райли долго молчал, слишком сложно было разобраться в своих чувствах.

С одной стороны, ему все это понравилось. Его жилище теперь стало настоящим домом, именно таким, который соответствовал его характеру. Постеры на стенах были яркими и в то же время успокаивали. Солнечный свет на них радовал глаз и создавал приподнятое настроение. И его любимый серфинг смотрел со стен его дома. Серфинг и лыжи — настоящий храм для мужчины.

Райли по очереди оглядел всех собравшихся в комнате. На лицах Люси и Адама застыло выражение хрупкой надежды на то, что они все сделали правильно. Эми сидела с сияющим и немного гордым видом. А Фил…

Фил выглядела… немного неуверенно и обеспокоенно.

Он подумал, что именно она была инициатором всех этих преобразований.

Фил подарила ему настоящий дом.

Но в этом и заключались сомнения Райли. Хотел ли он иметь настоящий дом — дом, которого у него никогда не было?

Он все время куда-то переезжал и потому старался никогда не обустраивать свое жилище, не иметь дорогих сердцу вещей, не пускать корни, не привыкать.

Так было всегда, с самого детства. С матерью они постоянно куда-то переезжали. Каждые полгода Райли ждала встреча с новым отчимом и соответственно новый виток страданий. А когда Райли вырос, он старался жить так, чтобы в любой момент сняться с места и уехать. Здесь он прожил целых шесть лет, но этот дом не стал для него чем-то большим, чем очередное временное жилье.

Но теперь разве он сможет куда-то уехать? Не сможет. Он в ответе за Эми, Люси и Адама и просто не имеет права их бросить.