Девушка из торта - Татьяна Кошкина

Позвонить? Она не придет.

Впервые в жизни хочется плюнуть на всё: статус, деньги и бизнес. Бросить то, что с таким трудом заработал, ради одной женщины.

“Матвей, ты сходишь с ума!” – хлопнул сам себя по лбу и, чтобы случайно не позвонить абоненту “Лариса Антипова”, вызвал совсем другого человека.

– Медведь, привет! Вылечишь душу усталого путника нефильтрованным?

– Скорее закушу путником. Но завтра, – громогласное из трубки.

– Сегодня не могу.

– Проблемы? – мгновенно напрягся. Ромка влипал редко, но если влипал то так, что мы потом втроем разгребали полгода.

– Ага, целых две. Мама и балет, – устало выдохнул Медведев.

– О, Олимпия Васильевна собственной персоной? Держись. Балет в оперном? Буфет с коньяком на втором этаже за портретом бывшего директора.

– Ты еще схему нарисуй, – обреченно хмыкнул Роман.

– По запаху найдешь. Если выживешь, жду завтра в баре в семь.

Вырубил вызов и, наконец, перестал сдерживать смех. Медведи на балете! Умора! Роман Медведев – последний человек, которого я могу представить в балете или опере. В цирке вот самое то, но его дражайшая маман, великая ценительница театра и других интеллектуальных развлечений, каждый раз откалывала новые фортели, стремясь привить двухметровому лбу любовь к искусству. Теперь, значит, балет.

Лариса

Три недели спустя

– Всё, сушите весла, – вошла в студию и, как подкошенная, рухнула на диванчик.

Только что меня красиво и витиевато послал с кредитом последний банк. Недвижимость в центре слишком дорогая, а студия с трудом потянет выплаты.

Несколько раз я пробовала поговорить с Сергеем, но все бесполезно. Он отказывается снижать цену, даже в счет наших бывших отношений, и не хочет слышать о рассрочке.

– Лар, может, мы все как-то скинемся? – ляпнула Дина, но под моим снисходительным взглядом тут же прикусила язычок.

Скинуться мы сейчас можем разве что с моста, коллективно и из большой любви к искусству. А денег у нас все равно не хватит, сегодня-завтра Сергей выставит помещение на торги.

Жужжание телефона и вместо мечты о чуде только новое предчувствие беды.

– Ну, как прошло? – обеспокоенная Лиза на том конце.

– Да никак. Дохлый номер. Буду искать новое место. Радуйся, подрабатывать на твоих танцульках стану в два раза чаще.

– Хреново, но я как раз о подработке. У меня восточница слилась, а завтра на вечер заказ денежный. Станцуй, а? Плачу по двойному тарифу.

Настроение было совершенно не танцевальное. Куда я сейчас такая разбитая поеду? Вот только деньги нужны, как ни крути. Лиза об этом прекрасно знает и последние недели регулярно подкидывает работу.

Понятно, что накопить не выйдет, но на первый месяц съема и переезд есть.

За эти недели рука ни раз тянулась набрать Матвею или спросить о нем у моей новой постоянной клиентки Ани. Но зачем? Попросить помощи? Сама сказала не вмешиваться, да и Власов пропал. Я решила для себя, что подумал и… передумал. Значит, и звонить ему нет смысла.

В конце концов, где влюбленность, а где миллионы и нефтяные вышки?

Старая дружба и любовь – мусор. Деньги намного важнее. Не так ли, Сергей и Матвей?

– Что за мероприятие? – устало выдохнула.

– Мальчишник. Выйдешь красиво из торта, станцуешь и домой.

– Ты издеваешься? – встала с диванчика и быстро ушла в свой кабинет. – Я и толпа пьяных мужчин в одной комнате? Нет, Лиз, на это не я подписывалась.

– Никакого интима. Место солидное, вип-зал элитного ресторана. Специально просят приличную девушку, чтобы не пыталась на жениха вешаться. Просто красиво станцуешь и всё.

– Хорошо, – сомнения не отпускали. Ага, приличную девушку, на мальчишник. Ха-ха три раза. – Ты как на счет вечером в бар?

– Зальем печаль? – рассмеялась Лиза. – Окей, в наш? Как всегда?

– Ага. Я Асю после занятия с мелочью подхвачу, у нее сегодня как раз одна группа до восьми, и приедем.

Завершила вызов, села за стол и принялась рассеянно перебирать скопившиеся на нем бумаги: документы для банков, распечатки законов и залов, которые сдаются в аренду. Делала все это на автопилоте.

Потом плюнула, прикинула, что второй зал сейчас свободен и достала из шкафа подарок Матвея.

Матвей

Аэропорт гудел тысячей голосов и каждый из них бил по моей черепушке, заставляя морщиться от боли. Показатели прежние: здоровый сон не больше трех часов в сутки. Мои синяки под глазами вдохновили Аньку на карикатуру в виде лохматой панды в очках и хороший втык по скайпу.

Но ничего не поделать, ЧП в одном из отелей, пришлось сорваться и разгребать последствия. Три недели в никуда. Чудом не поувольнял половину сотрудников на местах, нас Lozovsky comp. итак теснит на рынке, а они еще косячат.

Не успел сесть в такси, как зазвонил телефон.

– Матвей Васильевич, вы просили сразу сообщить. Владелец помещения в центре, которым вы интересовались, выставил его на продажу. На сайте недвижимости оно пока на проверке, но у меня там друг модер, я попросил свистнуть как-что.

“Значит, не справилась,” – выдохнул и помассировал висок пальцем. Не помогло, в голове как будто поселился дятел, противный и назойливый. В такие моменты начинаешь скучать по тараканам, они хотя бы танцуют и веселятся на полную катушку, а не задалбывают.

– Хорошо, свяжись с ними. Прогни по цене немного и забирай, но сразу. Можешь никуда не ездить, помещение я уже видел, оно мне подходит. Сделку проводим максимально быстро. Никаких конкурентов быть не должно, ты меня понял? Завтра утром доложишь.

– Ок, все сделаю.

– Жду звонка.

Отключился первым.

Домой и спать, хотя бы пытаться спать. Успеть проскочить до того, как Василиса узнает, что я вернулся и снова начнет полировать мозг свадьбой.

***

– Матвей!

Стоило открыть дверь квартиры, как Василиса, вырядившаяся в мою рубашку, вскочила с дивана и рванула ко мне. Повисла, как обезьянка, едва успел поймать.

– Что ты здесь делаешь? – коротко поцеловал и отпустил девушку.

Не проскочил. Очередная попытка поспать с треском провалилась.

– Я соскучилась, любимый, – тут же снова прижалась, обхватив руками шею. – Мы за три недели даже не поговорили нормально ни разу. До тебя не дозвониться.

– У нас там перебои с оборудованием, ни интернета, ни связи толком. Ты же знаешь, – второй раз попытался отцепить от себя дражайшую невестушку.

– Мог бы мне по телефону позвонить, – наигранно надула пухлые губки, накрашенные розовым блеском с ароматом клубники, и повела плечиками.