Плеймейкер - Пайпер Лоусон

Когда я приезжаю, он приглашает меня войти. На столе в фойе стоит загадочная черная коробка, которая выглядит так, будто в ней может поместиться шар для боулинга.

— Что это? — спрашиваю я, ставя пончики на стол рядом с коробкой.

Он оглядывается из-за спинки дивана.

— Агент доставил это из Лос-Анджелеса.

— Можно посмотреть? — я подношу коробку к дивану, где он сидит в серых трениках и ничего больше, смотря очередной баскетбольный матч.

Клэй открывает замок и открывает крышку.

Внутри — прозрачная стеклянная коробочка, в которой лежит кольцо размером с часы.

Десятки, а может, и сотни рубинов и бриллиантов сверкают на нас.

— Боже, — шепчу я.

Он бесцеремонно снимает стекло и протягивает кольцо. Боковые стороны золотые, усыпанные еще большим количеством камней.

— Это твое имя в бриллиантах, — говорю я, проводя пальцем по буквам У-Э-Й-Д.

— Ага. Только шептать не надо.

— Точно, — я смеюсь. — Эта штука огромная.

— Как я и говорил. Хорошо подходит для того, чтобы закладывать или ломать гипсокартон, — его губы подергиваются.

— Может, ты положишь его на полку и не будешь делать ни того, ни другого. По крайней мере, на время.

— Может быть, — соглашается он, и его улыбка исчезает, когда он кладет его обратно в коробку и переставляет коробку на кофейный столик.

— Как ты себя чувствуешь после объявления всех звезд? — спрашиваю я.

— Отлично. Серьезно, — продолжает он, заметив мое выражение лица. — Все не так, как в прошлом году. Я не на грани. Но, может, это и к лучшему, что я останусь здесь и пройду реабилитацию.

— Я принесла тебе пончики, но чемпионское кольцо как бы затмевает их.

— Не согласен. Но у меня тоже есть кое-что для тебя.

Он тянется к своему телефону на столе и набирает несколько клавиш, прежде чем протянуть его.

На экране появляется что-то похожее на билет.

Два билета. Один на его имя и один на мое.

Мои брови сходятся вместе.

— Аруба?

— Подумал, что мы можем провести там выходные. Мы могли бы поплавать. Поесть ананасов. К тому же, я слышал, что песок полезен для реабилитации.

— Ананас, — повторяю я.

Клэй поднимает меня и усаживает к себе на колени. В одной руке я сжимаю телефон, в другой — его татуированное плечо.

Я удивлена и скептически отношусь к тому, что он не стал еще больше расстраиваться из-за этого. Но трудно сосредоточиться, когда он выглядит таким сексуальным и решительным.

— Мы должны поговорить об этом, — пытаюсь я снова. — О всех звездах.

Он откидывает голову назад и держит меня в поле зрения, опустив руки.

— Это отстой, что меня не выбрали, — вот оно. — Но… я уже много раз играл с этими ребятами. Еще одно признание не должно определять мою карьеру.

— Похоже, это говорит твой психотерапевт.

Клэй поднимает плечо.

— Если я собираюсь платить ему, то это может быть вполне оправдано.

— Ты это серьезно?

— Может, я и выпустил пару крепких словечек, — признает он, морщась в уголках глаз. — Но моя жизнь — это не только баскетбол. И хотя во время сезона все мое внимание сосредоточено на соревнованиях, я должен сохранять какую-то часть себя для всего, что происходит не на площадке. Было бы здорово для разнообразия стать нормальным.

— Нормальным? — повторила я, переплетая пальцы на его шее.

— Я слышал, что нормальные люди пакуют шорты и бегут на пляж, чтобы в последнюю минуту отправиться в зимний отпуск за витамином D.

Я заинтригована. Не могу вспомнить, когда в последний раз так делала, и не могу представить, чтобы Клэй когда-нибудь делал перерыв в середине сезона.

— Еще кое-что, — он выкручивается из-под меня и направляется в коридор, возвращаясь через минуту с одной рукой за спиной, а в другой держа две огромные фиолетовые ласты. — Помнишь их?

Мой рот открывается.

— Из твоего гардероба в Лос-Анджелесе!

Я беру у него одну и переворачиваю ее.

— Не могу поверить, что ты их помнишь. Они были бы идеальны, чтобы взять их с собой.

— За исключением того, что эти подойдут для обеих твоих ног, — он вынимает другую руку из-за спины. В ней лежат две маленькие розовые ласты. — Эти — твои.

Я так тронута.

— Они мне нравятся.

— Да? — он хмыкает с надеждой.

Клэй опускается на диван, притягивая меня к своему мускулистому телу. Я перекладываюсь к нему на колени, чтобы устроиться поудобнее, и вознаграждена тем, что чувствую, как он твердеет на моих глазах.

Проклятье. Я бы отдала свой последний доллар, чтобы прокатиться с этим мужчиной.

— Витамин D, да? — поддразниваю я.

— Ммм, — его медленная ухмылка порочна. — Ты собираешься промоделировать для меня?

— Я не взяла с собой купальник.

Он тянется к моей рубашке, стягивает ее через голову, затем проводит пальцами по нижней части моей груди.

— Он тебе и не нужен.

25

КЛЭЙ

— Это куча дерьма, — голос тренера хриплый, но он не скрывает своего отвращения.

— Интересно, учитывая, что мне пришлось провести сотни часов на реабилитации, когда я повредил колено.

Тренер откладывает легкую гантель и отмахивается от меня. Мы вместе в спортзале, тренируемся для нас обоих, но в основном для него.

— Тело настолько сильное, насколько это возможно, — ворчит он, когда мы останавливаемся, чтобы попить воды.

— Когда ты будешь выжимать два по двадцать, тогда и поговорим, — я тянусь за своим напитком.

— Тебе не обязательно каждый раз ходить со мной, — говорит он.

Я наклоняю голову.

— Слышал, ты не всегда появляешься, когда я в разъездах.

— Тодд — грязный стукач, — он смотрит через всю комнату на сорокалетнего заведующего терапией в реабилитационном центре.

Как будто услышав, что мы говорим о нем, Тодд пересекает комнату с айпадом в руке.

— Как дела сегодня, тренер?

— Отлично. Несколько недель назад был как новенький.

После нескольких месяцев, проведенных в больнице, с аппаратами, поддерживающими его жизнь, он стал слабее, чем хотел бы признать.

— Да, хорошо, что вы продолжаете наращивать силу и расширять диапазон движений. Вы можете коснуться пальцев ног?

— Я что, похож на чертову балерину?

Я кашляю и киваю проходящей мимо женщине с зажатым в руках планшетом.

— Я допущен? — спрашивает Тодд.

— Для чего?

— Чтобы вернуться к работе. Я нужен команде. Запасной парень справлялся, но он не годился на роль главного тренера.

Мы с Тоддом обмениваемся взглядами. Я киваю в знак того, что согласен.

— Новый парень держится молодцом. Если не верите, приходите посмотреть на тренировку.

— Харлан не хочет говорить о том, что я вернусь на работу, но я не могу вечно сидеть в стороне. Ты ему нравишься.