Адская Академия - Кейлет Рель

Я заметила багровые пятна от зубов на коленях, запястьях. Монстр уже попробовал грызть себя. Ему даже понравилось, но хватило ума не отрывать слишком большие куски. С безумной тварью нам не совладать.

Нереус шептал заклинание. Я догадывалась, что оно относилось к разряду старых, которыми он пользовался в своем мире. В Аду они могли не сработать, и все же попытаться стоило. Лучше так, чем махаться с монстром лопатой.

У Джесс от нервов пошли язычки пламени, подпаляя одежду. Я сжала ее руку в успокаивающем жесте. Кожа огневички обжигала, но я не разорвала прикосновения. Вскоре Джесс перестала гореть, взяв себя в руки.

Вурдалак снова посмотрел на нас. Он переместился по поляне, обходя нас по кругу. Его странные подпрыгивающие движения внушали ужас. Это существо было противоестественно по своей сути. Думаю, вурдалак и сам знал, какой страх вызывает у нас своей странной, дерганой походкой.

Мы медленно разворачивались, не прекращая наблюдать за ним. Я держала хламиду наготове. Нереус принялся шептать слова заклинания в два раза быстрее. А наши преподаватели все еще не появились.

Твари быстро надоело вытанцовывать вокруг нас. Она присела на землю по-лягушачьи, коленками вверх, опираясь на землю руками. По ее торсу прошла дрожь. С жутким хлюпающим звуком тварь облизнулась, размазав кровавую слюну по подбородку.

И прыгнула.

Я отпихнула Джесс в сторону, швыряя в тварь хламидой. Пока нежить остервенело рвала ткань, Нереус успел закончить заклинание.

Вспыхнула магия, и тут же погасла. Заклинание коротнуло из-за перегруженного энергией магического фона, но вурдалака задело. Дальше был черед Джесс. Огневичка выставила вперед пылающие ладони и закричала. Нас с Нереусом отбросило в стороны ударной волной. Вурдалак с хрустом влетел в дуб.

Теперь поляна горела, а воздух переполнял едкий дым. Пахло серой, палеными волосами и гнилью.

— Джесс, бегом! — рявкнула я.

Вовремя. Опомнившись, огневичка отскочила подальше. В следующее мгновение на ее месте приземлилась подпаленная тварь.

С вурдалака лоскутами слезала кожа, торчали изломанные кости, но он был жив. Я почувствовала облегчение. Больше он ничем не напоминал знакомую нам гномку. Просто нежить, мечтающая нас сожрать.

— Мира, осторожней!

Коса врезалась в сухое изломанное тело вурдалака. Ее лезвие прошло сквозь ребра, с чавканьем высунувшись с другой стороны. Древко треснуло в моих руках. Тварь отскочила в сторону, утянув за собой застрявшую часть косы. Я шлепнулась на землю и попыталась отползти. Вурдалак был слишком близко ко мне. Он взвыл и посмотрел на меня.

Нереус закричал. Джесс полыхнула огнем. Вурдалак прыгнул на меня.

Я понимала, что не смогу увернуться и беспомощно выставила руки вперед. Мир взорвался тысячью радужных осколков.

Глава 31

Говорят, в последние мгновения перед смертью перед глазами человека проносится вся его жизнь. Я лишь успела почувствовать запах цитрусовых и подумать о лимонном чизкейке, с которого начались все мои злоключения.

И всё закончилось.

Не для меня, конечно. Вурдалак осыпался пеплом, запорошив моё лицо. Пока я отплевывалась от этой гадости, дым на поляне немного рассеялся, и ко мне подбежали Джесс и Нереус.

— Эй, ты как? — сказал некромант, тормоша меня руками.

Я настолько выпала из реальности, что даже не сопротивлялась. Меня несколько раз покрутили в разные стороны, чтобы удостовериться в целости и сохранности бренного попаданческого тельца. Парочка царапин от вурдалака грозила тяжелой лихорадкой и отравлением, а в худшем случае могла превратить жертву в подобное неживое существо.

И я сегодня оказалась самой везучей. Тварь, способная порвать меня на части, так и не дотянулась до моего тельца. Даже удивительно, что моя хлипкая коса, развалившаяся при первом же ударе, смогла задержать вурдалака на целых несколько секунд.

Меня резко дернуло вверх. Земля ушла из-под ног, а ворот свитера резанул по горлу. Я нелепо дрыгнула ногами, пытаясь пнуть неизвестного соперника. Меня развернули. Адамар Вейд держал меня за шиворот и буравил злым взглядом.

— Адептка Волкова, — обманчиво спокойно произнес он, — будьте любезны объяснить, что здесь происходит.

Где-то в высоте хлопнуло, бахнуло, порывом ветра закачало деревья. Слева от меня вспыхнул радужный свет портала, из которого выскочила магистр Берск с мечом наперевес. Сцена выглядело комично. Трое адептов, изгвазданных в грязи и копоти, Адамар Вейд, трясущий меня, как нашкодившего котенка, и старушка с двуручником и в бигуди. Зилия Берск походила на пенсионерку — божий одуванчик — выбиравшую подарок на новый год внуку и малость переборщившую с реалистичным мечом.

— Что здесь происходит? — взревел ректор.

Я не знала, как он появился за моей спиной, но если сложить два и два, лорд Стараг прилетел на своих двоих. На крыльях, в общем. Видать, чешуйчатая версия у него все же была.

— Джессамин Тассел, — властно указала на мою соседку магистр Берск. — Кратко. Внятно.

— Ялина умерла, — сказала Джесс. — Мы искали умертвие, а нашли следы крови и перстень. Пока думали, как поступить, на нас напала Ялина. Она превратилась в вурдалака.

— Это невозможно, — ответил ректор. — В Академии адептам ничего не угрожает. Никакие монстры Ада не проберутся сквозь барьер.

— У нее на горле были следы, — просипела я, болтаясь в воздухе. — Монстры не душат людей.

— Кого? — нахмурился Адамар.

Я напрягла остатки своего здравомыслия и поправилась:

— Вурдалаков. Упырей. В общем, ее убил кто-то из разумных.

— Сначала убил, а потом она стала монстром, — поправил Нереус. — Вурдалаки перед нежизнью испытали сильный шок и боль. Очевидно, девушка стала жертвой.

— А затем жертвами чуть не стали мы, — безумно захихикала я. — Круговорот смертей в природе.

— Мира! — возмутились Джесс и Нереус.

Лорд Вейд разжал пальцы, и я мешком рухнула к его ногам, продолжая посмеиваться. Меня трясло от пережитого, но разум упорно отказывался рыдать или выражать ужас и скорбь каким-нибудь более привычным способом. Я почти хохотала.

В голове не укладывалось произошедшее. Я вчера шла через парк, а в глубине леса убивали мою одногруппницу. Может, маньяк схватил ее, пока она возвращалась в общагу. Может, мы с ней разминулись на пару минут.

И вот я сижу на почерневший от огня земле и смеюсь, а ее изуродованное и искореженное тело лежит в метре от меня. И смотрит. Не осуждающе. Ялине просто любопытно, как так вышло.

Мой истерический смех оборвался на судорожном всхлипе. Я умолкла.

Все смотрели на меня со смесью страха и отвращения. Я и выглядела как сумасшедшая, и вела себя соответствующе. Может, в остальных мирах расы не страдали от нервных срывов.

— Простите, — сказала я. — Мне кажется, это какой-то