Мечтая о Венеции - Тревор А. Уильямс

Вернувшись домой, Пенни начала собирать вещи для путешествия в Венецию. Ее отвлек звонок мобильного телефона. Номер был незнакомым, но она нажала зеленую кнопку ответа.

– Алло…

– Это Пенни? – спросил женский голос, показавшийся ей очень знакомым.

– Да. А кто со мной говорит?

– Анджела Брукс-Уэбстер.

Пенни едва не выронила телефон. От приподнятого настроения не осталось и следа.

– Здравствуйте, миссис Брукс-Уэбстер. Я думала, вы где-то путешествуете.

Пенни изо всех сил старалась скрыть настороженность, охватившую ее от звонка мачехи Оливии.

– Я уеду через пару дней, но до этого мне захотелось поговорить с вами. Вы можете уделить мне немного времени днем или вечером?

Пенни была крайне удивлена. С ней, вне всякого сомнения, говорила мачеха Оливии, но голос звучал учтиво и почти по-дружески. Это было необычно, неожиданно и очень подозрительно. Пенни взглянула на часы. Почти половина третьего, а у нее сегодня вечерняя смена в «Джей-си».

– Вечером, к сожалению, не получится. Моя смена в кафе длится с четырех до десяти.

Может, это предотвратит встречу с женщиной, не вызывавшей у Пенни никаких симпатий? Увы, она ошиблась.

– Вы работаете в кафе на Пикадилли?

– Да. В «Джей-си».

– Вы не станете возражать, если я через полчаса подъеду к вам домой? Машина у Артура всегда наготове. Мы немного поговорим, а затем он отвезет вас на работу. Так что вы не опоздаете. Вас устраивает такой вариант?

Вежливые фразы насторожили Пенни. Вдруг это уловка? Вдруг неожиданное дружелюбие миссис Б-У имеет целью смягчить удар и разговор пойдет о ее увольнении? Тогда прощай, Венеция! Ей становилось все тревожнее. Все это было очень похоже на последний звонок Оуэна.

– Да, меня вполне устроит, – автоматически, стараясь убрать из голоса дрожь, ответила Пенни. – Вы знаете, где я живу?

– Оливия мне сказала, что вы снимаете комнату у Кэролайн. Это так?

Пенни ответила утвердительно. Миссис Б-У отключилась, оставив Пенни отупело смотреть на раскрытый чемодан. Ее надежды, ее мечты побывать в Венеции угрожали превратиться в прах. Из ступора Пенни выбила мысль, что через двадцать минут с небольшим сюда уже приедет миссис Б-У. Пенни помчалась вниз.

Кэролайн была на работе. Гостиная выглядела вполне опрятно, и все равно Пенни достала пылесос и быстро прошлась по полу и мебели, после чего расправила диванные подушки и убрала крошки с кофейного столика. «А в доме есть молоко и сахар?» – с испугом подумала она. Чай у них точно был. Бросившись на кухню, она проверила шкафчик и холодильник и, облегчением вздохнула. Она выбрала самые лучшие чашки и, хотя те недавно побывали в посудомоечной машине, снова их помыла. Все мысли только и были о грядущем разговоре. Чем же она могла навлечь на себя гнев миссис Б-У? Мачеху Оливии она не видела уже несколько недель.

Тревожные раздумья Пенни прервал звонок у двери. К этому времени ее напряжение достигло такой степени, что она едва не уронила чашки. Спешно поставив их на поднос, она вытерла руки и пошла открывать, приготовившись получить удар судьбы.

– Добрый день, миссис Брукс-Уэбстер. Пожалуйста, входите.

Миссис Б-У приветливо улыбалась. До сих пор, встречаясь с ней, эта женщина едва сдерживала неприязнь. Внезапная перемена еще более насторожила Пенни.

– Если вы не возражаете, – сказала миссис Б-У, все еще стоя на пороге. – Пока ехала, подумала: надо было пригласить вас куда-нибудь, а не сваливаться вам на голову. Хотите, съездим куда-нибудь и выпьем чая?

– Нет, спасибо. Прошу, проходите в дом.

Если ей сообщат об увольнении, пусть это будет не в публичном месте. Мало ли, вдруг она расплачется или, того хуже, влепит миссис Б-У пощечину?

Пенни провела мачеху Оливии в гостиную, а сама помчалась ставить чайник. Все это время она старательно подавляла волнение. Вернувшись в гостиную, Пенни села напротив миссис Б-У и изобразила подобие улыбки. Зато гостья улыбнулась по-настоящему:

– Пенни, я приехала поблагодарить вас.

– Поблагодарить? – переспросила Пенни, у которой едва не отпала челюсть.

– Да, поблагодарить, – продолжая улыбаться, ответила мачеха Оливии. – Вы помогли снять с моих плеч тяжелый груз. – Видя недоумение Пенни, миссис Б-У пояснила: – Вы ведь знаете, что я мачеха Оливии? И тем не менее у нас с ней всегда были очень доверительные отношения. После смерти мужа я очень тревожилась за нее. Только теперь, спустя месяцы, она начинает выбираться из глубокой депрессии, в которой находилась все это время. И в огромной степени это ваша заслуга, Пенни.

Миссис Б-У была не единственной, чьи плечи освободились от тяжелого груза. Все тревоги Пенни мгновенно улетучились. Ее сердце ликовало. Значит, ее не уволят и она отправится в Венецию! Чувствуя себя Золушкой, которой пришлась впору хрустальная туфелька, она искренне улыбнулась:

– Я очень рада, если сумела чем-то помочь Оливии. За это время я прониклась к ней большой симпатией и наряду с вами радуюсь тому, что она наконец-то вылезает из своей скорлупы… Знаете, этим утром мы ходили с ней по магазинам и говорили обо всем. Даже о молодых людях. Я услышала от нее очень важное признание. Она считает, что вскоре займет мое место, то есть свое настоящее место, и начнет общаться с людьми.

– Какая замечательная новость! – Лицо миссис Б-У стало серьезным. – Вы не представляете, до чего мне приятно это слышать. Пенни, я же не глупенькая и знаю, какой несносной и раздражительной была все это время. Представьте мое состояние, когда на Пасху я одновременно потеряла мужа и падчерицу. Роджер умер, Оливия ушла в себя. Я осталась одна, пытаясь удержаться на плаву, но это было невероятно трудно. Я практически ничего не знала о деятельности Фонда, созданного мужем, и вдруг оказалась в гуще событий, окруженная незнакомыми людьми. Они понимали, что я чуть ли не полный ноль во всем, что касается охраны окружающей среды. Меня это ужасало. И тогда, чтобы себя обезопасить, я начала воздвигать барьеры. Я чувствовала себя беззащитной и ужасно одинокой.

Чувствовалось, комок в горле мешает миссис Б-У говорить. Пенни видела слезы, блестевшие в уголках глаз. Забыв о былой враждебности к этой женщине, Пенни порывисто встала:

– По-моему, вам сейчас не помешает чашка крепкого чая. Я мигом.

Пенни удалилась на кухню, и, пока она заваривала чай, мачеха Оливии сумела взять себя в руки.

– Вам с сахаром и молоком?

– Достаточно молока. – Миссис Б-У попыталась улыбнуться. – Вы меня простите, Пенни. Гружу вас своими проблемами.

– Ничуть. Нам всем необходимо выговариваться. Нельзя держать свои беды взаперти. Я рада не только за Оливию, но и за вас. Я никогда не видела вас такой улыбающейся и счастливой. Будем надеяться, что жизнь