Однолюбы - Кэрол Мортимер

Элли не нужно было просить дважды: она еще ни разу не видела людей в таком состоянии, в каком находился сейчас ее зять, и ей стало не по себе.

Однако в спальне она пробыла всего минуту. Чтобы не сидеть без дела, вернулась в гостиную, собрала посуду, отнесла ее на кухню и перемыла. Наверное, нужно уйти именно сейчас, до возвращения Дэниела, но будет ли это справедливо? Ведь Джеймс не только друг Дэниела, но и ее зять, а значит, родственник…

Несколько минут спустя в кухне появился Дэниел. Элли быстро повернулась к нему и спросила:

– Ну, как он там?

– Опять вырубился, – мрачно сообщил тот. – Не волнуйся, на сей раз он не скоро очнется. Ему было так плохо, что он окончательно выбился из сил.

Элли нахмурилась:

– Этому кошмару надо положить конец. Джеймс не может продолжать напиваться как свинья. Бет ни к чему муж-алкоголик, она и без того в отчаянном положении.

Дэниел коротко кивнул:

– Наверное, ты права. Господи, я и не представлял, что ситуация зашла так далеко. Правда, от персонала поступали кое-какие жалобы, но…

– От персонала? – резко спросила Элли, глядя на него сузившимися глазами. – Какого еще персонала?

Дэниел тяжело перевел дыхание.

– Верно. Об этом ты еще не знаешь… – Он немного помолчал, потом отрывисто проговорил: – Дело в том, что последний месяц Джеймс работает в моей фирме. Не так давно я приобрел новый отель, и мне понадобился управляющий. Джеймс принял мое предложение.

Элли напряглась. Значит, они с Бет не зря предполагали, что Дэниела интересует гостиничный бизнес и он скупает отели… И в одном из них целый месяц проработал Джеймс!

Она с вызовом вскинула голову:

– Скажи, ты предложил ему место управляющего до того, как он ушел от Бет, или после?

Поиграв желваками, Дэниел ответил:

– Конечно, до его ухода, но…

– И ты еще имел наглость обвинять меня в разных махинациях! – возмутилась Элли.

– Из-за тебя Бет никогда не покинула бы ваш отель, – глухо заметил Дэниел.

– Вполне вероятно. – Элли кивнула, зная – теперь зная, – что это чистая правда. Однако, вернувшись домой, она потолкует с сестрой, и все встанет на свои места. – Но, предлагая Джеймсу место управляющего, ты уже знал, что у него не все ладится в семейной жизни. Следовательно, ты тоже виноват в этой истории, хоть и строишь из себя невинного ягненка!

– Ничего подобного! Я ни слова не говорил о своей виновности или невиновности!

Ее глаза гневно полыхнули.

– Ты вообще предпочитаешь слишком многое обходить молчанием! Например, тебе было прекрасно известно, где находится Джеймс, однако ты не сказал нам ни слова. – Она презрительно хмыкнула, потом прошла в прихожую и взяла свою сумочку. – Мне нужно идти, Дэниел, – усталым голосом сообщила она. – Утром, когда Джеймс придет в себя, предупреди его, что Бет скоро свяжется с ним.

Терпение Элли лопнуло. Пусть сестра сколько угодно упрямится и отказывается встречаться с мужем, Элли настоит на том, чтобы она хотя бы поговорила с ним и выяснила отношения. Более того – она заставит Бет поверить, что другая женщина– это она, Элли, и нет никакой иной. Бет любит Джеймса, и место ее – рядом с мужем!

– Элли, нам нужно поговорить…

– Нам с тобой ничего не нужно! Пойми это раз и навсегда. Ни-че-го!

Еще минута – и она взорвется. Закричит. Что-нибудь разобьет…

Элли знала, что сегодня вечером ее ожидает серьезная встряска, но чтобы такая!.. Выслушав обвинительную речь Джеймса, она испытала самый настоящий шок. Она – виновница драмы сестры! Одного этого было достаточно, чтобы утратить душевное равновесие, а тут еще новая напасть: Элли поняла, что безнадежно влюбилась в человека, стоящего на пороге брака!

– Передай мои слова Джеймсу, когда он проснется, – повторила она.

Дэниел протянул к ней руку:

– Элли…

– Нам нечего больше сказать друг другу, Дэниел, – отрезала Элли.

Господи! Неужели он не понимает, что она на грани нервного срыва? И если немедленно не уйдет, у нее просто-напросто начнется истерика?

Челюсти Дэниела сжались. После небольшой паузы он сказал:

– Хорошо. Я отвезу тебя в твой отель.

– Нет…

– Да, Элли! – прорычал он, и она заметила, как пульсирует жилка на его виске.

– Но Джеймс…

– Ничего с ним не случится. Мне потребуется не так уж много времени, чтобы подвезти тебя до отеля и вернуться обратно, – настойчиво произнес Дэниел. – Неужели ты думаешь, что я собираюсь всю ночь напролет проторчать у его постели? В конце концов, я ему не сиделка! И вообще – я не намерен больше терпеть его выходки!

Лицо Дэниела выражало такую решимость, что Элли поняла: когда Джеймс проснется, ему не избежать жестокой выволочки! А она могла представить себе, каков Дэниел в гневе! Что ж, пусть сами разбираются в своих проблемах, ей же надо поскорее вернуться к сестре.

По дороге в отель Дэниел хранил мрачное молчание. Элли тоже не считала нужным прерывать тишину и была несказанно рада, когда они наконец прибыли на место.

Прежде чем вылезти из машины, Элли повернулась и подчеркнуто вежливым тоном произнесла:

– Спасибо…

– Не надо меня благодарить, Элли.

Пожав плечами, она взялась за дверцу и уже было повернула ручку, но тут Дэниел накрыл ее ладонь своей широкой рукой.

– Я с тобой свяжусь, – хрипловато сказал он, пристально глядя в бледное лицо девушки.

Еще чего не хватало! Элли не желала его видеть, тем более после его женитьбы на Анжеле.

– Не утруждайся, Дэниел, – сухо проговорила она, выбираясь из машины. – С отъездом Бет на меня навалится слишком много дел, и я буду постоянно занята.

Дэниел нахмурился:

– Ты, как я вижу, абсолютно не сомневаешься, что тебе удастся уговорить сестру переехать к Джеймсу.

– Вот именно – в отличие от тебя и Джеймса, – подтвердила Элли. – Жена должна находиться рядом с мужем. – И со своим ребенком, про себя добавила она.

Сейчас Элли волновала одна мысль: когда Бет покинет ее, она будет так занята отелем, что у нее просто не останется времени на переживания, связанные с Дэниелом Тэкери.

– А Осборн входит в список твоих «дел»? – недобро усмехнувшись, поинтересовался Дэниел.

При неожиданном упоминании Питера Элли вспыхнула, припомнив беспрестанные намеки Дэниела на их отношения.

– Это касается только меня и Питера, – холодно произнесла Элли, не желая распространяться на эту тему, тем более рассказывать то, что в доверительной беседе поведал ей Питер о своей личной жизни.