Прошлой ночью с герцогом - Амелия Грей

Эсмеральда почувствовала, что дыхание герцога участилось, почти как ее собственное. Она не понимала, откуда взялась дерзость, с которой был задан вопрос, сам по себе совершенно неуместный, неприличный, не говоря уже о том, что ничего подобного ей в голову не приходило до того, как он сорвался с ее губ, да еще с уверенностью, которая изобличала ее потаенные чувства!

На какую-то долю секунды она подумала, что сейчас он бросит корзину и одеяло и сделает то, чего она отчаянно от него хотела, прямо здесь, перед всем миром, но он остался на месте.

– Вы осмелились спросить, потому что я не могу этого сделать? – поинтересовался он подозрительно спокойно и в то же время с некоторой угрозой.

И она все поняла. Хоть оба они и родились в одном обществе, она теперь живет в другом, и вряд ли судьба изменит их будущее. Герцог – человек чести, к тому же поклялся не касаться ее, пока она служит в его доме, а значит, находится под его защитой. С каждой новой встречей становилось все яснее, чего они оба хотят, но тут уж ничего не поделаешь.

Сознавая, что нужно оборвать натянувшуюся между ними нить близости, она отступила и сменила тон на тот, которым говорила бы с напроказившим ребенком:

– Почему это вы заговорили вдруг о поцелуях, ваша светлость?

Губы герцога сжались, глаза превратились в щелки: ему явно не понравился как вопрос, так и резкая смена ее настроения, – но это и к лучшему. Необходимо заглушить на корню то, что между ними происходит.

– Просто любопытно.

– Теперь ваше любопытство удовлетворено? – с вызовом спросила Эсмеральда.

– Вроде бы, – ответил он коротко.

Она глубоко вдохнула, пытаясь не позволить внезапному разочарованию завладеть душой.

– Это ободряет. Я мало что знаю о поцелуях, да и сомневаюсь, что моим учителем станет кто-то вроде вас, так что нам ни к чему возвращаться к этой теме, не так ли?

Он с усмешкой придвинулся к ней ближе и наклонил голову так низко, будто собирался забыть и про честь, и про место, где они находятся, и про статус… но вместо этого прошептал:

– Считаете, что я не способен вас научить? Раз уж мне брошен такой вызов, мисс Эсмеральда Свифт, не сомневайтесь: мы вернемся к этой теме, как только закончится срок вашей службы в моем доме. Тогда все и обсудим.

В его тоне прозвучало такое обещание, что у нее едва не подкосились ноги. Мысль о поцелуе, пусть и в отдаленном будущем, взволновала, но он не должен об этом знать. Герцог противник опасный, так что нельзя терять бдительность. Она же не хочет оставить свое сердце здесь, в Мейфэре, когда покинет этот дом.

– Гриффин! – подбежала к брату Сара и бросилась на шею. – Что ты здесь делаешь?

Эсмеральда с облегчением отошла от герцога.

– Я и не знала, что ты тоже захочешь погулять с нами, – подбежала и вторая юная леди.

Затявкал и Наполеон, обнюхав его сапоги.

– Я тоже не знал, но, надеюсь, мой приход не испортит вам прогулку, – улыбнулся Гриффин и погладил Наполеона. – Как поживаете, мисс Джозефина?

– Очень хорошо, ваша светлость, – ответила девочка, приседая. – Вы успели посмотреть на жонглера?

– Нет, к сожалению. А что, был так хорош?

– Исключительно! А что это у вас в руках?

Он поднял корзину повыше.

– Думаю, здесь все, что нужно для пикника. Кукольное представление закончилось? Тогда давайте поищем место, расстелем одеяло и посмотрим, что для нас приготовила кухарка вашей тетушки.

– Простите, ваша светлость, если помешал, но я не мог пройти мимо, когда увидел вас. Нам нужно поговорить.

Эсмеральда оглянулась и увидела высокого стройного молодого человека в таком же, как у герцога, модном черном плаще. Под мышкой он держал шляпу.

– Вы не помешали, мистер Ламберт, – заверил герцог, пристально глядя на незнакомца. – Я представлю вас.

Эсмеральда слышала о мистере Питере Ламберте, племяннике лорд-мэра. Молодой человек с прямыми, аккуратно подстриженными темно-каштановыми волосами и карими глазами был весьма привлекателен, особенно когда улыбался: лицо его словно освещалось изнутри, становилось открытым и дружелюбным. Он был чуть ниже герцога и не так широкоплеч. Важнее же всего было то, что его не включили в список возможных кандидатов в женихи. Очевидно, леди Эвелин не считала его социальное положение достаточно высоким для сестер герцога.