Зигзаги судьбы - Линда Френсис Ли

– И что дальше? – осторожно поинтересовалась Роберта.

Колдер наклонился вперед и сцепил пальцы.

– Адвокат предложил мне взять над ней опекунство.

– Господи, ты не сумел толком вырастить собственных дочерей, так как же сможешь воспитывать чужого ребенка? – съязвила Роберта.

– Вот и я так подумал. Девочке было бы лучше с тобой. – Колдер обращался непосредственно к Роберте.

– Ты с ума сошел? Почему я должна воспитывать чужого ребенка, к которому не имею никакого отношения? Да и тебе это зачем? Пока Артур был жив, он ненавидел тебя, вы даже не разговаривали. Ты забыл об этом?

Колдер в смущении склонил голову.

– Нет, не забыл, – честно признался он. – Но еще я не забыл, что сам был виноват в этом.

– Да, конечно, ты переспал с его женой!

Колдер как-то съежился.

– Робби, прошу тебя, не надо об этом при девочках.

– Не смей называть меня Робби. Тебе все равно, а мне больно это слышать. Если ты хочешь упомянуть в своем завещании этого ребенка, что ж, твое дело. Но меня уволь ото всего этого. Мне шестьдесят пять, у меня интересная и насыщенная жизнь, но явно не хватит сил на воспитание ребенка.

Колдер вздохнул и повернулся к Сюзанне:

– А ты, Сьюзи? Ты достаточно молода, и эта малышка твоя родственница.

– Простите, Колдер, – вмешался Герберт, – но Сюзанна не имеет возможности взять на себя дополнительную ответственность за чужого ребенка. Ей хватает забот с собственными.

Давняя неприязнь Колдера к Герберту вырвалась наружу:

– Ну, конечно, Сюзанна ведь не может пропускать визиты к парикмахеру или посиделки за чаем с подругами!

Сюзанна раскрыла рот от возмущения, а Герберт так поджал свои губы, что, казалось, они вовсе исчезли.

– Не вам упрекать нас, Колдер, – заявил Герберт. – Насколько я знаю, вы никогда не отличались бескорыстным самопожертвованием.

Все присутствующие затаили дыхание. До настоящего момента возражать подобным образом Колдеру Коулбруку осмеливалась только Роберта.

– Да, Герберт, оказывается, ты кое-что соображаешь, – спокойно промолвил Колдер. – А то мне всегда было больно думать, что моя старшая дочь вышла замуж за тупицу и слюнтяя.

Герберт открыл и закрыл рот. Сюзанна, казалось, вот-вот разрыдается.

– Колдер, что на тебя нашло? – упрекнула бывшего мужа Роберта. – Герберт обеспечил нашей дочери достойную жизнь, а Сюзанна образцовая жена и мать.

– Это я обеспечил им обоим достойную жизнь! – взорвался Колдер.

– Отец! – вскрикнула Сюзанна.

– Это правда, и Герберт знает это. Это я создал ему практику, направляя к нему пациентов, это я поддерживал его репутацию перед коллегами, считавшими, что он ни черта не смыслит в медицине!

Лицо Герберта опасно побагровело, но Колдера это не смутило.

– Есть маленькая девочка, которая нуждается в нас. Она ведь попадет в приют, если о ней не позаботятся кровные родственники, вполне способные сделать это. Кто-то из нашей семьи должен проявить милосердие и помочь ей.

– Это сделаю я. – Слова Грейс оказались быстрее ее мысли. Взгляды присутствующих тут же устремились на нее, и она почувствовала, как краснеет. Но Грейс понимала, что поступает правильно. Если ребенку требуется помощь, она поможет.

– Ты? – хором изумились все.

И тут Грейс все стало ясно. Она ведь не получала от отца приглашение на этот совет. Вот почему он так удивился, увидев ее здесь. Значит, он и не звал ее. А Сюзанна только предположила, что отец собирает всех. Оказывается, этот разговор не предназначался для нее. Эта мысль не только разозлила Грейс, но и укрепила ее решимость.

– А почему бы и нет? – с вызовом заявила она. – Я не так уж часто отвлекаюсь на парикмахерские и встречи с подругами. И средств на воспитание ребенка у меня вполне хватит!

– Послушай, Грейс, ребенок – это большая ответственность, – осторожно проговорила Роберта.

– Но поскольку никто из присутствующих, похоже, не собирается брать на себя такую ответственность, почему бы мне не сделать этого?

В комнате снова воцарилась тишина. Сюзанна сидела с широко раскрытыми глазами, Роберта прижала ладони к щекам, Колдер только хмыкнул.

– Почему вы считаете, что я не справлюсь с этим? – спросила Грейс.

– Во-первых, – начал объяснять отец, – здесь нужен семейный человек...

– Но ведь ты не женат, – возразила Грейс.

– Обо мне речь не идет, адвокат сразу потерял ко мне интерес, когда узнал, что мы с твоей матерью разведены. И потом, им нужен человек, который имел бы опыт общения с детьми. Девочка наверняка травмирована после смерти матери, поэтому необходим опекун с опытом.

– Но я же несколько лет проработала с детьми!

Отец посмотрел на Грейс с сочувствием.

– Дочка, ты наблюдала за детьми через двустороннее зеркало. Наблюдала и делала записи. Воспитание ребенка – это совсем другое.

Это было справедливо, но все же обидно. До недавнего времени Грейс жила в созданном ею же замкнутом, нереальном мире. Оказывается, существовал и другой мир, который она увидела в приемном отделении больницы. И осознание того, что реальный мир очень жесток, только усилило желание Грейс бороться за ребенка, поскольку она сердцем чувствовала, что нужна этой девочке.

– Социальную службу больше устроила бы кандидатура твоей матери или Сюзанны, – извиняющимся тоном добавил Колдер. – Не думаю, что им подойдет незамужняя двадцатидевятилетняя женщина, которая только что лишилась работы.

– Это их не касается, – возмутилась Грейс.

– Скажи это властям. И не переживай, вопрос в любом случае скоро решится. Они найдут другую семью, которая справится с этим лучше, чем мы.

– Но пока они не нашли, почему бы Грейс действительно не позаботиться о ребенке? – предложила Сюзанна. – Если она свободна и считает, что справится...

Фраза осталось незаконченной, но смысл был ясен. Сюзанна считала, что у сестры ничего не получится.

«Оказывается, они меня совсем не знают, – подумала Грейс. – И никогда не знали».

– Я справлюсь, Сюзанна, – заверила Грейс. – Главное, этот ребенок нуждается во мне, а я полна любви, которую могу подарить девочке.