Лаванда и ментол - Александра Дмитриевна Рябкина

– Он почти ее раскусил.

– Просто повезло.

Шепотки волков вокруг вызывали у Юн Хо нервный тик. Не помогало успокоиться даже то, что перед ним шли две женщины, которых он хотел бы видеть в своей жизни как можно дольше. Кажется, они говорили о любимом вкусе мороженого.

«Ей нравится шоколадное», – между тем поставил галочку в подсознании Юн Хо, но взглядом нашел Мин Дже, который за последние десять минут успел наговорить себе на семь смертных приговоров. Как и все те, кто продолжал шептаться.

Глубокий вдох.

Юн Хо разжал кулаки.

Выдох.

От Су Ен пахло морозной черникой, которой Юн Хо и пытался наполнить легкие. И для всеобщего блага это срабатывало лучше всякого транквилизатора. В худшем – они бы все увидели, как прекрасно взрывается тротил.

Спокойный вдох.

Шампунь Су Ен пах кокосом, и она не пользовалась духами, что приводило Юн Хо в восторг. Проходя мимо очередного волка, который все еще кидал взгляды на Су Ен, Юн Хо оставался абсолютно собран и даже не хотел вырвать селезенку члену собственной стаи. Почти не хотел. Просто думал об этом. И держал себя в руках.

Выдох.

За их спинами наконец-то закрылась дверь, которая уберегла стаю от злости вожака. Но кровопролитное обещание так и повисло над опенспейсом. И каждый наверняка догадывался, что Хван Юн Хо вернется с «разговором» к особо болтливым. И они это принимали и понимали: оскорблять пару вожака – оскорблять его самого.

Су Ен, насколько видел Юн Хо, не собиралась бежать прочь, трусливо поджав хвост. Вопреки всяким ожиданиям, они увидели перед собой злость волчицы и ее упертый, словно у осла, нрав.

– Они умеют напугать. – Госпожа Хван изящно опустилась в мягкое кресло возле окна. Юн Хо иногда любил сидеть в нем, перебирая разные скучные бумажки. Правда, в такие моменты он больше наблюдал за людьми на улице, чем занимался работой.

– Их можно понять, – легко отозвалась Су Ен, осматриваясь по сторонам: то на госпожу Хван перед собой, то на Юн Хо. Будто пыталась без слов спросить у него, как ей вести себя с его мамой. – Я всего лишь очередная ругару, переступившая порог агентства.

– Не думаю, что мой сын так считает. – Хван Йе Ри улыбнулась уголком губ, глянув на помрачневшего Юн Хо. Ему явно не нравилось то, что слетало с языка его пары. И если Су Ен до сих пор не поняла, что Юн Хо был более чем серьезен в своих намерениях, то им стоило поднять вопрос парной связи еще раз. Чтобы снова напомнить ей, что он, в отличие от нее, – волколак, который свято чтит то, что назревает между ними.

– Стая не примет ругару, – хмыкнула Су Ен в ответ так, будто смогла залезть к каждому в стае в голову. – Вы и сами это прекрасно видели, госпожа Хван. – Было заметно, что Су Ен наслаждалась этим диалогом.

– Что ж, в чем-то ты, может быть, и права. – Госпожа Хван расслабленно наклонилась вперед, переводя взгляд с Су Ен на напряженного Юн Хо, который топтался перед своим рабочим столом. Госпожа Хван казалась слишком доброй. Слишком уж просто она приняла тот факт, что нареченная ее сына – ругару.

Тут-то Су Ен и заметила, что вся мебель, на которую можно было бы присесть, стояла достаточно близко к рабочему столу Юн Хо. Словно он хотел, если его нареченная окажется в его кабинете, то сидела рядом.

– Но если бы стая решила, что ты слаба, они бы даже не заметили твоего прихода. – Эта истина, произнесенная Йе Ри, наверняка была так же проста для волколаков, как загадки, которые задавали детям в школе. – А вместо этого они рискнули бросить тебе вызов, даже зная, что мой сын захочет откусить им голову. – Госпожа Хван в открытую насмехалась над тем, как первобытно вел себя Юн Хо. И это заставило его улыбнуться и присесть на краешек стола.

– Не буду я никому откусывать голову.

– Будешь. Этим ты весь в отца. – По-матерински теплая улыбка на лице Хван Йе Ри почти скрыла тоску, что всколыхнулась в ее глазах. Таких знакомых Су Ен. В отличие от жестких и грубоватых черт лица, глаза Юн Хо всегда казались Су Ен мягкими и приветливыми. Конечно, не тогда, когда в его голове возникали планы кого-нибудь убить. – Чон Иль после нашей первой встречи до полусмерти избил одного несчастного парня за то, что тот подарил мне заколку. Нам было всего-то лет по шестнадцать, но уже тогда отец Юн Хо был чертовым собственником.

– Мои родители познакомились в университете. – Су Ен и не заметила, как решила поделиться с госпожой Хван историей своей семьи. – Аппа рассказывал, как долго ему пришлось доказывать свои чувства, несмотря на то что они с мамой сразу узнали о своей парной связи. – Су Ен ностальгически улыбнулась. Папа давно не вспоминал о маме.

– Вы – ругару, и вам просто отказаться от своих пар. – Йе Ри словно хотела посмеяться над непостоянством ругару, отчего Су Ен тут же напряглась. Ей не нравилось, в какую сторону уходил разговор. Она не хотела обсуждать парную связь при Юн Хо, ведь они с ним установили между собой строгие границы. Точнее, Су Ен рисовала какие-то там призрачные границы, которых и сама уже переставала придерживаться.

– Я видела, как из-за парной связи страдали даже ругару. Как из-за смерти своей пары ругару был готов… бросить все. Как ругару растерзал того, кто чуть не убил его пару. Своими глазами я видела и то, как ругару манипулировал своей парой-фералом. Мы все разные, госпожа Хван.

– Прости. – Госпожа Хван потянулась к Су Ен, чтобы взять за руку, но Су Ен вовремя увернулась, однако взгляда не отвела. – Я не хотела сказать, что ты…

– Я понимаю, госпожа Хван. – Су Ен уважительно кивнула, прикрыв глаза. – Но я попросила бы прекратить этот разговор. – Юн Хо оттолкнулся от стола, оказываясь между женщинами. Он загородил собой Су Ен так, будто госпожа Хван могла причинить ей боль. Су Ен оставалось лицезреть его широкую спину.

Очередные навязчивые мысли пронеслись в голове: «Встань и проведи ладонями по его плечам. Он кажется таким напряженным. Заставь его расслабиться».

– Вот про это я и говорю, – засмеялась госпожа