Шумное семейство - Кэролайн Андерсон

Себ криво усмехнулся.

— Устраивает, конечно. Просто мы по ней скучаем.

Лицо у Джека исказилось будто от боли, он резко отвернулся.

— Мне тоже ее не хватает, Себ, — тихо сказал он. — Но человек не может иметь все, что хочет.

— У вас все было так хорошо. Мы думали…

Джек вздохнул.

— Я знаю, что вы думали, Себ. Я слышал ваш разговор в тот вечер.

— Это и правда было бы здорово, Джек.

Джек с трудом перевел дыхание.

— Не для всех, наверное, — ответил он.

Себ долго молчал, потом сунул руки в карманы и расправил плечи. Забавно, мальчик так быстро вырос, он и не заметил.

— Это все из-за нас? — грубовато спросил Себ.

— Что?

— Это из-за нас? Из-за того, что у тебя есть мы? Я имею в виду, если бы у тебя не было детей, ты предложил бы ей пожениться?

Да, подумал он, но Себу этого говорить нельзя.

— Не знаю. Но у меня есть дети. Я не представляю себе, как жил бы без вас.

— Я мог бы помогать с младшими. Жили бы у дедушки с бабушкой, а по выходным приезжали к вам. К тому же Эми уже подрастает, она тоже могла бы…

— Эй, эй, стоп, парень! — Джек схватил его за плечи и заглянул в глаза. — В чем дело? Вы больше не хотите жить со мной?

Себ сглотнул и опустил голову.

— Хотим, конечно, но если из-за нас вы с Молли не можете пожениться, то это несправедливо.

— Жизнь вообще несправедлива, — мягко сказал Джек. — Так было всегда. Да, я люблю Молли. Да, я хочу на ней жениться, но не думаю, что она захочет выходить за меня замуж. И к тому же вас я тоже люблю. Я не могу выбирать между вами и Молли. Без вас я пропаду.

Глаза Себа наполнились слезами.

— Правда?

— Правда. Иди ко мне, — внезапно севшим голосом сказал он и крепко обнял мальчика. — Ты мой лучший приятель, Себ. Другого у меня не было после смерти твоего отца, а ты на него так похож, что иногда мне кажется, что я говорю с ним.

Себ некоторое время стоял неподвижно, потом вскинул руки и порывисто обнял Джека.

— Спасибо, — сказал он и отвернулся, тыльной стороной руки размазывая слезы.

Они направились к дому. Джек свистнул собаку, и та прибежала, радостно махая хвостом.

— Гм… но если Молли захочет выйти за тебя…

— Себ, она не захочет.

— Но ведь напрямую ты ее даже не спрашивал об этом?

— Нет.

— Она знает, что ты ее любишь?

— Не знаю. Может быть.

— Наверное, ты как мужчина должен поговорить с ней.

— Отцепись, Себ. Есть вещи, которые человек должен решать сам. Это как раз такой случай.

Себ задумчиво посмотрел на него.

— О'кей, — согласился он, однако у Джека осталось тревожное чувство, что эта тема не закрыта.

Молли разобрала последнюю сумку с продуктами и села выпить чашку крепкого чая, когда зазвонил телефон.

— Молли? Это Себ. Послушай, ты не могла бы подъехать? Это касается Джека.

Молли встрепенулась.

— Что с Джеком?

— Гм… я не знаю. Ему плохо!

— Еду. Вызывай «скорую помощь».

Она швырнула трубку и позвала детей.

— Быстро в машину. Джек заболел, — сказала она, сунула в машину сумку и залезла сама.

— Чем он заболел? — спросила Касси.

— Не знаю. — От волнения Молли никак не могла попасть ключом в замок зажигания. — Входную дверь захлопнули?

— Да. Мама, он умирает?

О Господи, только не это! Он такой сильный, большой, он полон жизни, он не может умереть! Он такой молодой!

— Нет, конечно, — ровным голосом ответила Молли. — Ну давай же, давай…

Наконец ключ попал в щель, она включила зажигание, и машина вихрем вылетела на дорогу. Держись, любимый, держись! Я еду.

Она домчалась до дома Джека в рекордное время, резко затормозила, выскочила из машины и кинулась к двери. Ее встретил Себ, лицо у него было бледное.

— Он в кабинете, — сказал Себ, и Молли побежала через кухню, мимо молчащих детей, в кабинет.

Джек сидел за письменным столом, перед монитором компьютера, и быстро стучал по клавишам.

Молли устало прислонилась к косяку, глядя на него во все глаза.

— Джек! — слабым голосом позвала она. — Ты в порядке?

Он оторвался от компьютера, обернулся, тут же вскочил на ноги, подбежал, взял ее за плечи и подвел к креслу.

— Молли! Что случилось?! Ты так ужасно выглядишь!

— Себ сказал… — начала она и замолкла. Джек вытаращил глаза.

— Что Себ сказал?

Молли, обмякшая, сидела в кресле, не решаясь поверить, что он жив и здоров.

— С тобой правда ничего не случилось?

— А что со мной могло случиться? — вскипел он, а потом разразился хохотом. — Черт, Молли, извини, но тебя, похоже, разыграли. Извини. Пойдем попьем чаю и поговорим.

— Как это разыграли? Кто? Зачем?

Улыбка сбежала с лица Джека, он сел в свое кресло, развернулся к ней лицом, взял ее за руки и большим пальцем осторожно погладил нежную кожу.

— Рассказывай, Джек. Я думала, ты умираешь. Кажется, я заслуживаю того, чтобы знать правду.

Он кивнул.

— Однажды я слышал, как дети говорили о том, что мы с тобой должны пожениться.

— Все говорили?

— Ну да. Они разговаривали на кухне, и я подслушал. А вчера Себ затеял со мной мужской разговор и спросил про тебя.

— И что ты сказал?

— Что я тебя люблю. Но думаю, что ты не хочешь выходить за меня замуж.

С бьющимся сердцем, не сводя с него глаз, она спросила:

— И что сказал Себ?

Джек вздохнул; у него был смущенный вид.

— Что я обязан тебя спросить. Чтобы решала ты.

Она вглядывалась в его лицо и видела, что в глазах прячется боль. Она тихо спросила:

— А ты чего хочешь, Джек? Ты хочешь на мне жениться?

— О Господи, да! — прерывисто сказал он. — Молли, ты же знаешь, что хочу.

Она облегченно вздохнула.

— Нет, не знаю. Я знала, что немного нравилась тебе, а потом подумала — может, я просто была удобна…

— Удобна? — взорвался он. — Молли, как ты могла подумать обо мне такое? Ты считаешь, что я тебя использовал?!

— Я сомневалась, — печально отозвалась она.