Шумное семейство - Кэролайн Андерсон

— Ну как? — спросила она, вскочив и отбросив с лица спутанную прядь.

— Я закончил, — тихо сказал он, и в голосе послышалось еле сдерживаемое возбуждение. — Я все сделал, Молли. Благодаря тебе.

Он обнял ее, прижал к груди и поцеловал.

Это был нежный поцелуй благодарности, а не тот страстный поцелуй, от которого теряешь голову. Не поцелуй любящего мужчины.

Молли обняла его и тут же отпустила.

— И что теперь?

— Распечатаю последний кусок, прочитаю все с начала до конца, брошу в почтовый ящик; потом редактор все исчеркает и отправит на переделку.

— Замечательно, — проговорила она. — Я так рада, что ты все закончил. — Она притворно зевнула, и он тут же встал.

— Извини, что разбудил тебя. Пока, увидимся утром.

Он вышел, осторожно прикрыв за собой дверь; Молли легла в постель, уткнулась лицом в подушку и заплакала.

На следующее утро она съездила домой, сделала сандвичи, вернулась, забрала детей и попрощалась с Джеком.

Он поцеловал ее в щечку, поскольку их окружали дети, и еще раз поблагодарил. «Счастливо, Молли!» — сказал он, и она уехала. Отвезла детей в школу, доставила заказы, приехала домой и тихо села с чашкой чая в руке.

Что же, может быть, она как-нибудь и увидит его с детьми, но он ничего не сказал об их будущих встречах.

А как же тогда его слова «Я люблю тебя»?

— О, Джек, — печально прошептала Молли. — Как много мы могли бы дать друг другу!

Она еще минуту посидела, погруженная в грустные мысли, потом отставила чашку в сторону и пошла убираться. Со вчерашнего дня в квартире царил беспорядок, стояли неразобранные сумки с покупками — банки, пакеты.

Она стала сортировать их и на дне одной из сумок нашла аптечный пакетик. О Господи!

Ее охватил озноб.

Она не приняла таблетки. В суматохе вокруг Ники она о них совсем забыла!

Молли плюхнулась на пол, вскрыла пакет и вслух прочла инструкцию.

«Примите две таблетки не позже, чем через семьдесят два часа после физической близости. Через двенадцать часов примите еще две таблетки». А, черт! Уже поздно.

Правда, это было в воскресенье ночью, а сейчас среда. Понедельник, вторник, среда, семьдесят два часа. Может подействовать.

Она встала, выпила две таблетки, остальные сунула под подушку, чтобы не забыть, когда будет ложиться спать.

Впрочем, она и так не забыла бы. Ни о чем другом она целый день не могла и думать.

Через день начались летние каникулы, и все вернулось в норму. Дети целыми днями гуляли, а Молли работала не покладая рук: шел сезон свадеб, и сверх обычных заказов ей почти каждую неделю приходилось обеспечивать свадебные буфеты.

То, чего она так боялась, слава Богу, не произошло — не хватало ей еще забеременеть! — и можно было с облегчением вздохнуть. Джек не объявлялся, и у нее появилось чувство, что он ее просто использовал: когда Ника попала в больницу, когда нужно было дописывать книгу — в общем, когда у него возникли трудности.

От этого Молли не перестала его любить, скучать без него и его детей. Но душевная боль стала сильнее. А чего другого она ждала? Она не смогла удержать Дэвида, хотя у них двое детей, что же говорить о Джеке? У нее не было никаких шансов.

Но в один прекрасный день он возник из небытия, да еще с Никой в придачу!

Молли билась над свадебным тортом, нанося последние штрихи, когда раздался стук в дверь.

Вот уж неожиданность так неожиданность!

— Хэлло, Джек! Хэлло, Ника! Как себя чувствуешь?

— Лучше. — Ника вынула ручку из-за спины и протянула ей букетик душистого горошка. — Спасибо, что ухаживала за мной, — смущаясь, проговорила она.

Молли, смеясь, присела на корточки и обняла ребенка.

— Пожалуйста, деточка! О, какие чудесные цветы, спасибо.

Она вскинула голову и с улыбкой посмотрела на Джека.

— Спасибо!

Джек помог ей подняться, подставив крепкую, теплую руку.

— Не за что. Ника сама захотела тебе что-нибудь подарить. — Он помялся. — Ты занята?

— Не особенно, — солгала она. — Хочешь кофе?

— С удовольствием.

Они вышли в сад — день выдался чудесный, Ника отыскала где-то лопатку и играла в песочнице, лепила куличики.

— Надо будет как-нибудь сходить на пляж, — сказал Джек.

— У меня нет времени. На носу несколько свадеб, я для них должна делать торты и все остальное.

— Ну один-то денек можешь выкроить?

Это было так соблазнительно!

— Я посмотрю расписание, может, удастся урвать немного времени.

Если проработать всю ночь!

— Постарайся! — взмолился он. Она встретилась с ним глазами — странно, ведь он, должно быть, загружен работой не меньше ее.

Ника вылезла из песочницы и побежала за бабочкой в сад.

— Мне тебя не хватает, — тихо сказал он, когда Ника уже не могла их слышать. — Без тебя все как-то не так. Но я чувствую, что обязан уделить время детям. В последнее время нас лихорадило, и я хочу вернуть все в норму. — Некоторое время он разглядывал свои руки. — А как таблетки, которые ты принимала?..

— Подействовали, — ответила она. Что это? Ей показалось или и вправду его лицо на миг омрачилось? — Так что ни о чем не беспокойся. Возвращайся в норму и забудь о том, что случилось, как будто ничего и не было.

— Я никогда не забуду, Молли, что ты была у меня.

О Боже, это звучит как прощание! В груди кольнуло так, что она чуть не вскрикнула.

— Мне жаль тебя торопить, но я должна закончить торт до того, как надо будет ехать за детьми.

— А как же пляж? Ты не посмотришь в свое расписание?

— Не думаю, что у меня найдется время, — твердо сказала Молли.

— Можно я заберу детей?

— Шестеро на одного — это небезопасно.

Джек вздохнул.

— О'кей. Спасибо за кофе. — Он встал, позвал Нику, и она прибежала, светясь улыбкой.

У Молли защипало в глазах. Она обняла девочку, чмокнула Джека в щеку и вошла в дом. Когда дверь закрылась, Молли прислонилась к стене, соскользнула вниз и уткнулась лицом в колени.

— Черт побери, — прошептала она, и слезы хлынули из глаз.

Итак, таблетки подействовали.

Черт!

Джек стоял в сарае, глядел в окно, под которым они с Молли предавались любви, и чувствовал, как его затопляет огромная печаль. День выдался великолепный. Дети играли во дворе, не спускали глаз с Ники, и он улизнул от них, забрался сюда, чтобы побыть наедине со своими мыслями.