Ты теперь не одна - Ульяна Николаевна Романова

— Звонил. Через пару часов будут.

— Кто это — Дэн? — с опаской поинтересовалась я.

— Командир наш. Помнишь, мы в конторе его жену с дочкой встретили?

Кивнула, припоминая потрясающую девчушку с невероятными зелеными глазами. Внутри что-то сжалось от понимания, что ее отец рискует жизнью ради меня. Я не имела права подвергать его опасности! Никого из них.

— Олеся, хочешь, я угадаю, о чем ты сейчас думаешь? — пристально глядя на меня поверх стекол своих очков, сказал Капа.

— У меня что, все на лице написано? — не удержалась я.

— Чувство вины — неоновыми буквами, — согласился Иван. — Если я тебе скажу, что заниматься поимкой Колоскова будут спецслужбы, прости Господи, ФСБ, тебе будет спокойнее? А мы просто отдохнем на природе, пока все не закончится.

— Да, спасибо, мне стало гораздо легче, — кивнула вежливо, но тянущее ощущение в груди не прошло, а, наоборот, усилилось.

Аппетит пропал, но я мужественно ела, просто чтобы не обидеть Ивана, который несколько часов стоял у плиты. Вдруг мужчины напряглись, переглянулись и одновременно развернулись к окну. Я тоже не сдержала любопытства. Ворота медленно открылись, пропуская на территорию два черных внедорожника.

— Это Дэн и Клим с семьями, — успокоил меня Макс, легко сжав ладонь.

Мужчины явно многое недоговаривали, раз уж и остальные члены команды решили спрятать свои семьи. Но за это короткое время я успела достаточно хорошо узнать Макса, чтобы понять, что на самотек он ситуацию не отпустит. Просить, уговаривать и пытаться достучаться будет дохлым номером.

Невидящим взглядом я смотрела в окно и кусала губы, практически не замечая, как члены двух семей, нагруженные большими сумками, прошли в дом.

От размышлений меня отвлек детский голосок. Алина снова забралась к Максу на руки и довольно залепетала что-то на своем детском языке.

— Привет! — раздался обеспокоенный голос Снежаны.

Она нашла взглядом дочь и незаметно выдохнула.

— Здравствуй, — поприветствовала я.

— Мы тут решили, что раз вы с Максом не смогли приехать в гости к нам, то мы сами к вам нагрянем, — улыбнулась Снежана, но в глубине ее глаз застыло напряжение.

И виной тому была я!

— И сами приехали, и друзей прихватили, — подхватил Капа. — Правильно! Я всегда говорю, что туда, где кормят, нужно ходить всем вместе. Обустраивайтесь и чувствуйте себя как дома.

— Ты поела? — спросил Макс. — Тогда поехали, прогуляемся…

— А я, так и быть, помою посуду, — Иван проводил нас с показательно тяжелым вздохом.

Держась за руки, мы с Максом вышли в гостиную. Я, сама того не осознавая, шла позади него, стараясь спрятаться за широкой мужской спиной от мук собственной совести.

На диване сидела незнакомая мне молодая женщина, держа на руках малышку. А ее точная копия беспокойно вертелась на руках у Клима. Он бережно обнимал девчушку и что-то шептал ей на ухо.

— Алинка снова с тобой? — с улыбкой спросил у Макса второй мужчина, с которым я еще не встречалась.

Крупный, даже огромный, с пронзительным колючим взглядом зеленых глаз. От него веяло силой и властностью, он явно привык, чтобы ему подчинялись.

Алина спокойно перебралась с рук Макса на этого мужчину и обняла его за шею. Я вспомнила, что все звали его Дэн. Командир отряда. Он обнял дочь, мгновенно превращаясь в мягкий пластилин. Даже взгляд его смягчился.

Дэн осторожно протянул мне ладонь:

— Приятно познакомиться лично, Леся.

— И мне, — выдавила я, пожимая руку. — Спасибо за помощь.

— Знакомься, это Карина — жена Клима и родная сестра моей Снежинки, — представил Дэн.

Карина подняла голову и ободряюще мне улыбнулась, тут же снова отвлекаясь на дочь.

— Кстати, а где Снежка? — Дэн заозирался по сторонам.

— Здесь она, — ответил вместо девушки Иван, — на кухне шороху наводит. Утверждает, что я не умею готовить. Скажи мне, Дэн, почему твоя супруга такая злопамятная? Три года прошло, а она мне до сих пор мои мультяшные вкусы не простила!

— Не ври, — послышался звонкий голос Снежаны, — ты крестный моей дочери именно за твои мультяшные вкусы!

— То есть другие мои достоинства ты до сих пор не заметила… — задумчиво пробормотал Иван и подмигнул мне.

Я чувствовала себя лишней в их компании. Казалась себе тем самым гонцом, который принес плохую весть и заслуживает казни. Макс быстро уловил мое настроение и потянул за руку к выходу, бросив остальным:

— Мы скоро.

Порыв ветра ударил в лицо. Я подняла голову к солнцу, наслаждаясь редким моментом отсутствия дождя.

— Куда мы? — спросила у Макса.

— Прокатимся. Водить умеешь?

— Нет. Никогда не пробовала.

— Сегодня попробуешь, — пообещал Макс.

— Может, не надо? — испугалась я.

Макс подошел ко мне вплотную и обнял за плечи:

— Ты сможешь. Ты все сможешь, потому что я рядом!

В горле возник ком, и мне очень захотелось плакать. Подняла взгляд, старательно сдерживая слезы, и постаралась улыбнуться. Макс обнял меня, прижав к сильному телу. Даря на короткое мгновение частичку спокойствия. А через минуту настойчиво подтолкнул к машине:

— Поехали.

Мы выехали за ворота, и Макс сразу же повернул налево вглубь поселка. Он был абсолютно невозмутим, снова став тем Молчуном, который каждый день приезжал в кофейню. Лицо не выражало ни единой эмоции. Остались лишь выверенные, скупые движения рук на руле — повернуть ровно настолько, чтобы машина ехала, куда ему нужно.

Совсем недавно я работала в кофейне и жила в съемной квартире. И прошло всего несколько недель с того дня, как я встретила Макса. А сейчас мне казалось — пара лет. Столько событий случилось за такой короткий срок!

Наклонила голову, убеждая себя не думать о плохом. И закончить «игру». Это должна была сделать я. Для того, чтобы спокойно жить дальше. Чтобы знать, что с Колосковым покончено. Иначе это будет не жизнь, а существование. Бесконечно прятаться и бояться я не хотела. Не могла больше. Внутренние резервы стремительно заканчивались. Но уже почувствовав вкус свободной жизни, сдаться я просто не могла.

А еще я наконец поняла, что значило — любить. Так, что все внутренности скручивало от щемящей нежности. По-настоящему, как могло быть только раз в жизни. Настолько сильно, что, не раздумывая, готова была до последнего вздоха бороться за наше счастье.

Я нашла ту соломинку, за которую можно было схватиться, чтобы не упасть в пропасть. Макс. Он стал моим спасательным кругом. Тем светом, который вдруг загорелся в кромешной темноте, озаряя мою серую жизнь яркими красками и новыми, незнакомыми ранее эмоциями.

— Давай за руль? — предложил Макс, когда мы выехали на пустырь. — Коробка — автомат, вокруг ни одной живой души.

— А если я что-нибудь сломаю? —