МОЯ. Не отдам! - Айрин Лакс

У него было время разобрать часы и подменить флешку. Голова просто пухнет!

Калмык рывком разворачивает меня к себе.

— Судя по выражению на твоем личике, ты все прекрасно поняла, да? Кто это? — рявкает. — Ты с кем снюхалась, шкура? Отвечай!

— Я не знаю. Ничего о нем не знаю, кроме имени.

— Врешь!

— Не вру. Он себе на уме. Закрытый человек. Я и не подозревала, что у меня в часах что-то было…

Калмык опускает руки и падает в кресло. Плюхается со звуком, как будто корова лепешку наложила. Я одергиваю одежду и поправляю пушистые волосы.

Боров испортил мне прическу.

Ему страшно.

Дико страшно и нервно, что компромат оказался в руках чужака, в то время, когда Калмык занял место у отличной, по всему, кормушки и собирается пойти еще дальше, еще выше…

Папа говорил, что деньги — это лишь средство. То, что они дают, намного слаще. А есть музыка еще более сладкая для ушей, чем богатство. Это власть, амбиции, успех.

Калмыченко присосался к этому источнику и ему понравилось. Даже о том, что он город края поднимает с колен, говорит с гордостью. Может быть, даже искренне гордится, кто его знает…

— Так… — совладав с эмоциями, Калмык останавливает мутный взгляд на мне. — Как его зовут? Как он выглядит?

— Только имя знаю.

— Так говори! — требует.

— Дан.

— Дан?

— Да. Он сокращенно представился.

— Дан. Данил, значит, — кивает Калмык.

Я не спешу его поправлять. Данил — имя распространенное, в отличие, от Даниса. И пусть я не уверена, что Дан и в этом мне не солгал, я не хочу облегчать Калмыку жизнь.

— Данил. Дальше. Как он выглядит? Где живет?

— Высокий, спортивный. Самый обычный на вид. Где живет, не знаю, в отеле виделись. Все…

— Трахалась с ним.

Мое подтверждение не так уж важно. Калмык отправляет меня прочь. Уверена, он перебирает в уме всех Данилов, которые могли перейти ему дорогу. Потом снова подзывает к себе и показывает мне всяких разных Данилов.

— Вот этот вроде похож. Или не очень… — тыкаю наугад. — Нет, не он. Но что-то общее есть. Лицо такое же скупое.

— Как лицо, мать твою, может быть скупым?! Пошла вон, дура! Пошла вон, сука поганая. Иначе твой ебарь получит тебя по кусочкам!

— Тогда он точно сольет все, чем бы это ни было.

***

Двое суток Калмык злился, срывался на подчиненных. Избил одного из них, пинал, как тряпку, потом приказал убрать пострадавшего и уехал сам поспешно. Приезжал посреди ночи и строил всех. Пытался выяснить подробности по указанному номеру телефона, но и здесь его ждал провал.

В итоге он решил позвонить.

Подключил специалистов. В надежде отследить звонок. Меня усадил рядом.

Гудки слишком громкие, заполняют комнату целиком.

Дан отвечает не сразу. Я едва дышу, отчетливо представляя, как мужчина лениво смотрит на телефон и откладывает его в сторону.

Не спешит отвечать.

Может быть, реально занят.

Но, скорее всего, снова проводит показательную порку. Воспитывает. Меня?

Дико страшно.

Я ведь не знаю, кто он такой и что у него на уме. Вдруг конкурент Калмыка? Или реально тот перешел Дану дорогу, и он решил отомстить? Выследил меня…

Просто забавляется.

Ноги подкашиваются.

Очередной гудок скатывается в пустоту.

***

Осло

Я не стал препятствовать отъезду Белки. Все-таки нервы она натягивала струной и дергала их, будто играла на арфе. Арфа души моей, блять.

Все от напряжения звенело.

Поведение Белки натолкнуло меня на мысль о том, что она попала в передрягу сразу же. Но масштабов я не осознавал, пока не копнул глубже.

Навороченный браслет с часами оказался не просто медицинским приспособлением, но и маленьким сейфом для флешки, а ее содержание… Черт, Белка, ты влипла по-крупному, если сперла подобное у человека с возможностями, как у Калмыченко.

Однако препятствовать отъезду Белки я не стал. Но начинил часы сюрпризом. Осталось только дождаться, когда привет доберется до конечного получателя.

Обычно в принятых решениях я не сомневался. Расчетливо расставив капкан, ждал, пока добыча в него попадет.

Но сейчас спокойно оставаться на месте не мог. Крутил в голове постоянно, как крупно влипла девчонка.

Девчонка еще… Дерзкая, очевидно, потому что жила, не бедствуя. Принцесса для родителей. Но с особенностями. Не такая, как все… Не мажорка…

Эксклюзив. В единственном экземпляре.

Чем больше рыл, тем сильнее погружался.

Одному соваться не стоит.

Я могу похвастать бизнесом, приносящим хороший доход. Связями обзавелся.

Но выступать малыми силами не вариант. К тому же остается большая вероятность, что девчонка так и останется преследуемой и будет всю свою жизнь скрываться. Останется ни с чем.

Нет, не такой жизни хочется принцессе Монике. Не такой, какую она была вынуждена вести. Мне хотелось бы посмотреть на рыжую во всей красе и без вынужденных ограничений.

Уверен, она та еще стерва. Стервочка огненная. С характером. Неглупая. Тонкая. Гибкая. Жаркая… С секретиком. С острым язычком, который я так и не попробовал.

Плюс она испортила мне весь отпуск.

Вместо того, чтобы отдохнуть, я взялся за привычную работу, но тщательнее, чем прежде. Никому не доверяя самое ценное.

И когда наступило понимание, что я лезу в то, что сам сдвинуть с места не в силах, пришлось обратиться за помощью. Хотя, какой, к черту клич о помощи. Кое-кто мне должен. Бывший босс…

Арсенов Тигран Эдуардович.

***

Последний раз я виделся с супругой Тиграна, Марией, пять лет назад. Оставил ее, беременную, на попечении мужа, выполнив перед этим свои обязанности по охране.

Несколько месяцев капризную девчонку охранял и думал, что чокнусь.

Но теперь понимаю, что несколько месяцев капризов, заскоков, нервов и страхов беременной Марии были просто отдыхом в райском местечке, по сравнению с чистилищем, устроенным Моникой.

Еще эта рыжая упрямая сучка радостно побежала к вратам в самое пекло.

***

У Арсенова сейчас двое детей. Сын и дочка: Леон и Ани.

Пришлось подождать возвращения семьи в гостиной.

Каждая минута на счету. Волнение несвойственными мне приступами сжимает грудь тисками.

Знаю, что добираться до родины Моники будут на машинах, это займет время.

Я опережаю их, но все равно тревожусь.

Рыжая может впасть в панику. Теперь понимаю, что у ее панических атак более чем серьезные причины. Она может делать вид, что самая умная и высокомерно нести чушь, и не всем это понравится.

Словом,