Страсть к игре - Сильвия Дэй

– Как я могу безоглядно доверять ему? Эддингтону нужны две вещи – поймать Сент-Джона и узнать имя убийцы, виновного в смерти Дэйтона и Уинтера. Он очень амбициозен. Представляешь, какой удачей обернется все это для него, если он еще и меня поймает на этой сделке, а?

Саймон топнул сапогом.

– Согласен. У меня такое ощущение, словно ловушка захлопывается над тобой, а я ничего не могу поделать.

Мария чувствовала то же самое.

Поездка в Мейфер оказалась утомительной и долгой, и после вечерних нагрузок рана разболелась и мучила ее. Истерзанная смутными мыслями и охваченная смятением, она безуспешно пыталась восстановить душевное равновесие. Еще и еще раз ей напоминали, что она была лишь пешкой в чужой игре и ценили не саму леди Уинтер, а лишь выгоду, которую она могла принести. Но Мария знала, что в один прекрасный день она избавится от всех этих людей, которые эксплуатируют ее. Они с Амелией уедут, убегут, начнут все сначала, обретут счастье.

Когда они добрались до дома, Саймон помог ей подняться по лестнице. Он отпустил Сару, предпочтя сам раздеть Марию; его большие руки работали нежно и мягко, словно чувствуя боль, которая пронизывала каждую клеточку ее тела. Он осторожно уложил Марию в постель, затем переодел ее, с тревогой бормоча себе под нос что-то о свежих пятнах крови на ее платье.

– Хорошо хоть рана чистая, – прошептала она, с облегчением закрывая глаза и укладываясь на подложенные подушки.

– На вот, прими это.

Он поднес ложку к ее губам, она сделала несколько глотков опиумной настойки, а затем быстро прополоскала горло чистой водой. И вот уже настойка производит должный эффект, и боль, которая так мучила ее, стихает.

– Как ты теперь себя чувствуешь, моя любовь? – Пальцы Саймона мягко скользнули по ее бровям, остановившись на висках.

– Благодаря тебе лучше. – Слова Марии сливались вместе, тихо переходя в нежное мурлыканье; губы Саймона коснулись ее рта. Она глубоко вдохнула родной запах его кожи. Рука нашла его руку и несильно сжала ее.

– А теперь отдыхай, – шепнул он, – скорей выздоравливай. Ты нужна мне здоровой.

Мария кивнула и тихо уснула.

Ей снились кошмары, сердце бешено колотилось, она гналась за неуловимой Амелией, а презрительный хохот Уэлтона эхом догонял ее. Мария заметалась во сне, раненое плечо пронзила боль. Она всхлипнула и проснулась.

– Тихо, – прошипел голос у нее за спиной.

Повернув голову, она вдруг обнаружила, что прижалась щекой к теплой голой груди. Жесткие волосы служили подушкой ее голове, а сильные руки, осторожно обнимая ее, старались не причинить боли. В окна струился лунный свет, одна створка была, поднята, словно соблазняя насладиться прохладным вечерним бризом – также, как, наверное, и мужчиной, оказавшимся рядом с ней в постели.

– Кристофер! – Мария находила неизъяснимое удовольствие в его ласковых объятиях.

Он выдохнул, словно звук его имени тронул его, грудь вздымалась и опускалась под ней. В комнате царила темнота, и хотя Мария не могла видеть часы, она знала, что прошло как минимум несколько часов с тех пор, как она уснула.

– Зачем ты здесь?

После некоторого молчания Кристофер ответил:

– И сам не знаю.

– Как ты проскользнул мимо охраны?

– С большим трудом, но, как видишь, справился с задачей.

– Я вижу, – сухо произнесла Мария. Ее кулак, упиравшийся в грудь Сент-Джона, разжался, раскрытая ладонь скользнула в низ живота. – Так ты не совсем раздет, – заметила она.

– А тебе хотелось бы, чтобы я был голым?

– Признаюсь, что мысль о том, что я могла застать тебя без штанов, могла бы развеселить меня.

– Кровожадная ведьма. – В хриплом голосе Кристофера звучала нежность. Он поцеловал Марию в лоб и натянул упавшее покрывало на раненое плечо. – Я пришел отругать тебя за то, что ты бросила меня. Я был ужасно зол, и мне требовалось разрядиться.

– Ты что, влюблен в меня? – насмешливо спросила она, стараясь не выдать, с каким жадным нетерпением ждет его ответа.

– Я надеюсь, что ты сдержишь данные мне обещания. – В его голосе прозвучало явное предостережение. – Но ведь и ты дал мне обещание.

– Я-то свое сдержал, – буркнул он. – А вот ты можешь сказать то же самое?

Мария откинулась на подушку и посмотрела на него снизу:

– Какой сексуальный подвит должна я совершить в таком состоянии?

– Одно прикосновение, поцелуй. – Сент-Джон взглянул на нее горящими глазами. – Ласковый, обещающий взгляд – это уже очень много.

Мария некоторое время смотрела на пирата изучающим взглядом, старательно прислушиваясь к собственной реакции на этого человека. Она никак не могла понять, почему ее так сильно влечет к нему. Ведь сколь много в нем было привлекательного, столь же много, если не больше, было вызывавшего настороженность и тревогу.

– Ты целовал ту женщину, – наконец процедила Мария.

– Только для того, чтобы увидеть твою реакцию.

У нее вырвался короткий смешок, в котором слышались одновременно сожаление и насмешка. Запоздалое волнение, учащенно забившееся сердце, радость слышать его хрипловатый голос захлестнули ее.

– Мы просто неподходящая друг другу пара, – заявил Сент-Джон.

– Да. Если бы у нас был выбор, я бы рекомендовала нам обоим держаться подальше друг от друга.

Кристофер погладил ее по спине.

– Женщина, которую ты видела, – это Анджелика. Куинн хорошо ее знает.

– Угу. – Мария кивнула.

– Я вижу, Куинн расположился в смежных апартаментах. Если он занимает столь важное положение среди челяди, – он помрачнел, взял ее за подбородок, заставляя снова смотреть ему прямо в глаза, – то почему его нет рядом с тобой?

– Тебя не должны беспокоить Саймон или Эддингтон. А мне следует наплевать на Анджелику. То, чем мы занимаемся, когда мы врозь, никак не должно влиять на наши взаимоотношения.

Кристофер поджал губы:

– Я согласен, что так должно быть. Но, увы, все обстоит совсем иначе.

– У нас с тобой случился секс. Если мы снова позволим это себе, то секс должен будет оставаться сексом и не перерастать во что-то большее.

– Очень хороший секс, – поправил он.

– Ты так считаешь? – Мария пыталась разглядеть выражение его лица в темноте.

Кристофер улыбнулся, и у нее перехватило дыхание.

– Я знал это заранее, еще до того, как все случилось. – Его пальцы легко скользнули по ее губам. – Тебе надо поправиться, и тогда мы возобновим наши занятия постельным спортом. А пока расскажи мне, что потребовал от тебя Уэлтон? Что заставило тебя выйти в свет в таком состоянии, даже не дождавшись полного выздоровления?