Любовь не по сценарию - Ася Лавринович

– Я тебе не справочное бюро, – отрезала я, вернувшись к изучению расписания, хотя теперь не понимала в нем ни строчки.

Забавно. Он принял меня за школьницу. И это его явно озадачило. Однако мне все же не хотелось, чтобы он считал меня глупой малолеткой. Хотя… Я тут же себя одернула. Какая мне разница, что он там себе надумает?

Парень продолжал стоять сзади, чем сильно меня изводил.

– У тебя больше нет никаких дел? – не выдержала я. Спросила, снова не оборачиваясь.

– Я здесь по работе, – ответил парень. – Если ты забыла, я – натурщик.

– И что? Много платят?

– Какие деньги? Все ради искусства, – усмехнулся натурщик.

Я снова обернулась и с интересом посмотрела на него. С минуту мы молча изучали друг друга, стоя у расписания.

Наконец брюнет нарушил тишину.

– Сегодня обнаженная натура, – сообщил мне этот гад.

Я тут же опустила глаза, проклиная себя за то, что снова при нем смутилась. И почему в последнее время меня так легко вогнать в краску? Сначала Роня с Юлей со своей похвалой по поводу моих работ, теперь этот с сальными шуточками… Я стала слишком уязвима и впечатлительна. И это так некстати.

– И что? – наконец сказала я. – Что я там не видела?

– Вот это школьницы, однако, пошли, – рассмеялся парень.

Я нахмурилась. Натурщик выводил меня из себя, и я ничего не могла с этим поделать. Еще в автобусе, в нашу вторую встречу, мне хотелось без конца ему грубить. Для того чтобы парень вдруг не решил, что понравился мне.

– У меня ты ничего не видела, – продолжая увлеченно разглядывать меня, сказал парень. – А там есть на что посмотреть.

– Не льсти себе, – расхохоталась я.

– Лесть – это пустые слова. Я просто констатирую факт.

– Рада за тебя, – буркнула я.

В этот момент я заметила, как по коридору идет Надя. Увидев нас двоих, она довольным голосом выкрикнула:

– Вот вы где! Познакомились ближе?

Мы с натурщиком лишь переглянулись.

Надя подошла к нам и тоже посмотрела на расписание.

– Я тебе звонила, – укоризненно произнесла я.

– Да, да, – отозвалась Надя. – Я сегодня телефон дома оставила. – Затем она достала из кармана вязаного кардигана ключи и протянула их мне: – Вот. Сегодня мы в тридцать четвертом кабинете.

Я взяла ключи. Самовлюбленный нахал продолжал стоять рядом со мной, снова будто невзначай касаясь локтем. Как тогда, в автобусе. И эти якобы случайные прикосновения будоражили.

– Никанор Евгеньевич! – внезапно выкрикнула Надя, и я от неожиданности даже вздрогнула. Брюнет, стоявший рядом, заулыбался.

По коридору к нам шел статный старичок с густой седой бородой. Такой персонаж вполне бы мог сойти за Льва Толстого. Вот с кого портреты рисовать нужно…

– Никанор Евгеньевич! – громко повторила Надя. – Переодевайтесь и идите в тридцать четвертый кабинет! Сейчас его откроем!

Старичок закивал и двинулся вперед по коридору.

– Сегодня обнаженка! – закричала ему в спину Надя. А потом покачала головой: – Ох, он же заблудится! Оставлю вас на минуту, ребятки.

Я проводила ее и Никанора Евгеньевича скучающим взглядом. Брюнета это, разумеется, повеселило.

– Облом, да? – опять склонился он ко мне.

– О чем это ты?

– Я сегодня позирую у другой группы.

– Мне-то что! – нервно воскликнула я.

А парень снова рассмеялся. Я выдала себя с потрохами, но сдаваться в нашей словесной полемике не собиралась.

– Может, ты все врешь и тебе, кроме головы, и показать нечего, – сказала я.

Парень посмотрел на наручные часы, а затем, попятившись к лестнице, возразил:

– Если тебе нравится тешить себя такими глупостями, то пожалуйста.

И он согнул руки, продемонстрировав бицепсы. Я закатила глаза и показала ему средний палец. Брюнет рассмеялся и показал мне в ответ два средних пальца. Ох, как я была на него зла! Я так и провожала его сердитым взглядом с поднятым пальцем до тех пор, пока парень не скрылся из виду, а меня окликнула снова откуда-то взявшаяся Надя. Теперь она очутилась в другом конце коридора.

– Агния! Ты до сих пор не открыла класс?

Я сорвалась с места и подбежала к ней.

– Ага, мы заболтались.

– Хороший мальчик, правда? – восторженно сказала Надя.

– Хороший? – откликнулась я. – Он очень неприятный!

Надя рассмеялась.

– Он сын моего приятеля, – напомнила она. – В этом вы с ним похожи. Как и упрямыми характерами. Он очень талантливый и подающий надежды парень. Это все гены. Но почему-то совсем не хочет развивать свой дар. Его отец в прошлом году уехал работать в Москву. Постоянно устраивает международные выставки, и его очень любят в Европе.

– Наверняка сын не представляет собой ничего особенного, – тут же возразила я. – На нем природа явно отдохнула. Самовлюбленный болван. Как он собой любовался, сидя на уроке?

Надя с интересом покосилась на меня, но промолчала.

– Кстати, – сказала она немного погодя. – Твой вчерашний портрет… Агния, ты превзошла все мои ожидания. Это определенно лучший портрет в группе.

Я снова смутилась. Не признаешься же Наде, что после ее урока я по памяти накидала еще несколько таких портретов. Этот выскочка никак не выходил у меня из головы.

В ответ я улыбнулась и пожала плечами:

– Да ладно тебе, Надечка. Ничего особенного ни в этом парне, ни в рисунке.

– Не скромничай, – возразила Надя. – Глядя в глаза на этом портрете, кажется, что вот-вот погрузишься в омут…

«Так и есть, – с тоской подумала я. – Затягивает с головой, так что мне, похоже, уже и не выбраться».