Киногерой для Розалинды - Ким Лоренс

— Откуда ты узнал?

Она провела дрожащей рукой по волосам.

— Я не знал, ты же не сочла нужным откровенничать со мной. У меня появились только смутные подозрения.

— А ты со мной откровенничал насчет Бена?

— Я бы тебе рассказал, но ты не дала мне такой возможности, — угрюмо напомнил Сэм. — Ты мне не доверяла.

— У меня были на то причины... Ладно, поздно уже рассуждать об этом. Я знаю, ты никогда меня не простишь.

— А ты меня простила за то, что обвинял тебя, будто это ты разболтала про Бена газетчикам?

— Так ты знаешь, что это не я? Как я рада!

— Ты была права, это сделала Магда. Совершенно сумасшедшая баба, а я еще, как дурак, взял ее на работу. Ее муж — неплохой парень, я несколько раз работал с ним. У нее были проблемы с наркотиками, он помог ей завязать. Том просил меня присмотреть за ней, пока он работает в другом месте. Я и согласился, кретин. Однажды ночью она явилась ко мне и наплела, будто кто-то ее преследует. Я тогда не знал, что она спец по таким историям, и сдуру поверил. Отвел ее в полицию, но они не придали значения ее байкам, что и неудивительно, так как это был у нее не первый случай. Но она казалась такой напуганной, что я разрешил ей пожить пару дней у меня, пока Том не вернется. Однажды я застал ее, когда она рылась у меня в столе. Она опять что-то наболтала, но я уже начал подозревать, что она не так проста, как кажется. Магда прочитала письма от Мерилин, которые я хранил, и нашла фотофафии Бена. Она поклялась, что никому не скажет. Несколько месяцев я жил в постоянном страхе, потом успокоился. К счастью, Том мне поверил, когда я объяснил ему, что не спал с ней.

— Она ему так сказала?!

— Как, ты не собираешься меня линчевать? — устало съехидничал Сэм.

Линди покраснела. Она это заслужила!

— Нет.

Слишком поздно она поняла, что Сэм Рурк — один из самых порядочных мужчин, с какими она встречалась — или когда-нибудь встретится. Он, конечно, не святой, но ей это и не нужно. Если бы она не придавала такого значения прошлым обидам, может быть, более объективно отнеслась бы к сплетням Магды, и все пошло бы по-другому.

— К счастью, тогда у меня гостила не одна Магда. Кроме того, люди, как правило, верят в мою искренность, — разумеется, исключая присутствующих.

Линди так и дернулась.

— И на этот раз взять ее на работу уговорил меня Том. Он сказал, что она прошла курс лечения и теперь полностью здорова. Когда он нашел у Магды чек из газеты, то вытряхнул из нее правду и сразу позвонил мне. Бедняга... Он был совершенно убит, но все же он ее не бросит.

— Почему? — недоумевала Линди.

— Он любит ее.

Сэм посмотрел на Линди так многозначительно, что ее пробрала дрожь. Или просто у нее воображение разыгралось?

— Между прочим, я все-таки помешал этому крысенышу репортеру тиснуть свой эксклюзив.

— Как это тебе удалось?

— Я посоветовал Мерилин дать интервью какой-нибудь приличной газете и опередить того слизняка. Ей это не очень понравилось, но, по крайней мере, они согласовали с ней текст статьи. А то есть такие умельцы представить факты в совершенно извращенном виде... Решение не идеальное, но я исходил из принципа наименьшего из двух зол. А тут вмешалась судьба, и мы опять попали на первую полосу... Если бы я не был таким олухом с этой Магдой, всего этого не случилось бы.

— Она совсем потеряла голову из-за тебя, — неохотно сказала Линди. Ей вовсе не хотелось обсуждать Магду. — Ходит и всем рассказывает, будто вы были любовниками. Зачем только я ее слушала... Выходит, она одурачила нас обоих.

— Ну вот, наконец-то!

Сэм увидел недоумевающий взгляд Линди и объяснил:

— Наконец-то ты меня простила. Почему же ты считаешь, что я не способен сделать то же? Неужели ты обо мне такого плохого мнения, Розалинда? Или просто никак не можешь простить саму себя? Ты же специалист по самоедству.

— У меня была большая практика, — медленно проговорила Линди. Слова Сэма заставили ее задуматься. «Уж не думаю ли я, в глубине души, что недостойна счастья?»

— Сэм.

В комнату незаметно вошли Мерилин и Мюррей.

Сэм вскочил на ноги.

— Случилось что-нибудь?

Он весь побелел и даже не скрывал своего страха. Страха, с которым жил уже несколько дней.

— Нет, нет, — торопливо успокоил его Мюррей. — Бен хочет с тобой познакомиться.

Он беспомощно оглянулся на жену, и та ободряюще кивнула.

Линди знала, что ей никогда не забыть тоскливой неуверенности, которая появилась на лице Сэма. Она навсегда запомнила его страдальческий взгляд.

— Вряд ли ему сейчас нужны посторонние.

Сэм уже овладел собой, но одна мысль о том, что он для Бена чужой, что ему требуется приглашение, чтобы повидать родного сына, всколыхнула всю его боль и гнев. Хоть он и поступил, как было лучше для сына, все в нем протестовало против такой несправедливости. Сейчас Мерилин взволнованна и потому великодушна, но скоро все вернется на круги своя. Если... нет, когда Бен поправится.

— Мы сказали ему, Сэм, — робко промолвила Мерилин. Сэм тупо смотрел на нее, словно до него не дошел смысл слов. — Мы сказали ему, что на самом деле ты — его отец. Он знает, что ты хотел видеться с ним. Знает, что ты помогал нам деньгами, — смущенно проговорила она. — И про то, что ты откладываешь деньги в банк на его имя.

— Зря ты это сделала, Мерилин. — Сэм коснулся кончиков ее пальцев и тут же уронил руку. — Мальчик только запутается.

Мюррей засмеялся:

— Ты не знаешь Бена!

— Верно, не знаю. — На впалой щеке Сэма задергался мускул.

Последовала тяжелая пауза. Ее прервала Мерилин:

— Он — настоящий боец, Сэм. Его ничем не собьешь. Не надо его недооценивать. Мы еще не говорили ему про почки. Решили подождать, когда будут результаты анализов.

Сэм глубоко вздохнул.

— А вы не пожалеете?

— Нет, мы все хорошо обдумали.

— Розалинда?

Линди изумленно смотрела на его протянутую руку. «Я нужна ему», — подумала она, вспыхнув от радости.

Держась за руки, они вошли в белую безликую палату.

Линди поразило сходство отца и сына. Те же волосы, те же глаза!

— Он быстро устает, мистер Рурк, — предупредила медсестра.

— Ясно.

Линди чувствовала, что Сэм весь напрягся. Лицо побледнело и осунулось. Как бы он не испугал ребенка! Но Линди недооценила актерской самодисциплины Сэма. Буквально на глазах следы усталости и тяжелых переживаний исчезли, как по волшебству.

— Так, значит, ты мой отец?