Бизон и Радуга - Татьяна Богатырева

– А я думала, твоя маленькая сестричка-пятиклассница, – не унималась блондинка.

– Спасибо за комплимент, – лучезарно улыбнулась я. – Надеюсь, в вашем почтенном возрасте я буду выглядеть так же, как и сейчас.

Девица фыркнула, а позади нее дружно заржали.

– Обломись, Кристи! – выкрикнул какой-то парень.

В последующем бедламе я уже мало что поняла. Все словно с цепи сорвались – хлопали Джея по плечам, обнимали, о чем-то расспрашивали, и он тоже спрашивал, и отвечал, и пожимал кому-то руки, обнимал, трепал по плечу… В общем, репетицию мы временно сорвали. А уж когда минут через пять принесли пиццу – о творческом процессе все как-то разом позабыли.

Даже аристократичный красавчик Сай временно перестал что-то очень важное втолковывать Джею, отвлекшись на еду.

– А ну руки убрали, это для Рейнбоу, – совершил героический подвиг Джей, отвоевав у голодной труппы две трети пиццы с ананасами.

Изумительно вкусной пиццы. Собственно, жуя ее, я слушала разговоры и постепенно начинала понимать, кто есть кто и что тут происходит. К тому же Джей кое-что пояснял. К примеру, что Саймон Рассел – его друг по Оксфорду, тот еще сумасшедший гений. Причем гений математики. Несколько лет проработал аналитиком в одной неназываемой конторе, но недавно достиг просветления, вышел в отставку и занялся осуществлением мечты.

– Видишь ли, Рейнбоу, – доверительно сообщил мне Сай, – скоро этому миру придет кирдык, и я хочу успеть. По моим расчетам, если хотя бы каждый сотый на этом шарике бросит заниматься всякой херней и вспомнит о том, что бог дал ему чуть больше, чем пузо для хранения пива и член, чтобы трахать все что движется, апокалипсис можно оттянуть лет на двести.

– Каждый сотый, это пятьдесят миллионов просветленных?

– Шестьдесят три с половиной, – уточнил Сай. – Не такая уж большая цифра с точки зрения статистики.

– С точки зрения статистики, твоя рок-опера – исчезающе малая величина, – позанудствовала я, доедая второй кусок безумно вкусной пиццы.

– С точки зрения квантовой физики, детка, мне плевать на статистику. Я буду тем кварком, который сдвинет мир в нужную сторону.

– Я же говорю, сумасшедший гений, – хмыкнул Джей.

– Да, я гений, – скромно согласился Сай и опустил выразительный взгляд на мою грудь. – Джей в курсе, поэтому и вкладывает бабло.

– Не вкладываю, а нахожу идиотов, которые его вкладывают, – уточнил Джей, обнимая меня крепче.

– Пофиг. – Не обращая внимания на сердитого бизона, Сай одарил меня многообещающей улыбкой. – Главное, чтобы все работало.

– Вот и работай, а не пялься на мою Рейнбоу.

– Кот имеет право смотреть на короля, – парировал Сай, склонился ко мне и галантно поцеловал мне руку. – И тем более на прелестную королеву. Миледи, буду счастлив доставить вам удовольствие.

В его голосе прозвучали этакие бархатные нотки опытного, а главное, талантливого соблазнителя. Правда, еще больше в нем было хулиганского желания подразнить Джея.

– Нам, Саймон, нам, – примерно с теми же интонациями поправил его Джей.

На что Сай лишь иронично пошевелил бровью, смерил Джея с головы до ног скептическим взглядом и интимным шепотом пояснил мне:

– Он ровным счетом ничего не понимает в настоящем искусстве, моя принцесса.

– Зато отлично умеет выбирать друзей, не так ли? – Я невинно взмахнула ресницами и изобразила на лице интеллект куколки Барби.

Джей и Сай дружно заржали, потом Сай показал Джею большой палец и повернулся к сцене.

– Так, время, время, господа обормоты! Ну-ка быстро взяли задницы в руки и на сцену! У нас сегодня зритель, работаем!

Господа обормоты быстренько подхватились и вернулись на сцену, оставив нас с Джеем в зрительном зале вдвоем.

– Сай, покажи первый акт целиком, – крикнул Джей, не вставая с места.

– Слышали? Прогон первого акта! – Сай похлопал в ладоши, что-то еще кому-то указал и вернулся к нам.

– Нам повезло присутствовать при рождении шедевра, – ужасно серьезным тоном, но с чертенятами в глазах сообщил мне Джей.

– Везения не существует. Я, как математик, знаю это точно.

– Пофиг, – хмыкнул Джей. – Можешь приписать хоть действию андронного коллайдера.

– Только в печку не ставь, – добавила я.

– Печку? Не знаю такой идиомы, – все с той же аристократической непринужденностью признался Сай.

– Так говорят у нас в России. Хоть горшком назови, только в печку не ставь.

– А! Все верно! Направленная идея влияет на сверхбольшие величины… – Сай снова включил соблазнительный голос.

– Заткнись, Саймон Рассел, – оборвал его Джей. – Не морочь Рейнбоу голову, дай послушать.

Сай фыркнул, но заткнулся и обратил все внимание на сцену.