Фарфоровая принцесса - Ронда Гарднер

Эдгар успокоился. Он даже весьма ловко делал вид, что ему интересны речи выступающих, смысл которых сводился к тому, чтобы уговорить гостей на новые пожертвования. Когда объявили, что слово предоставляется отцу Энтони, а затем Джеймсу Уилларду, в глазах Райли промелькнул неподдельный интерес.

Он откинулся на спинку стула и, взяв руку Бетти в свою, играл ее пальцами. Ему доставляло удовольствие видеть, с каким восхищением мужчины смотрят на Бет, и с какой завистью на него — ведь она пришла с ним, и не скрывает, как ей приятно его общество.

Похоже, он в ней ошибался. Бет и сегодня не раз надевала вежливо-бесстрастную маску, которая так бесила Эдгара, но только не для него. И тут ему пришло в голову, что эта маска всего лишь способ защиты, он и сам часто так делает!

Эдгар очнулся от мыслей и прислушался: отец Энтони завершал выступление:

— … Будущее нашего общества зависит от того, какое настоящее мы обеспечим себе, и особенно нашим детям.

Эдгар присоединился к аплодисментам и усмехнулся, увидев, что поднялся Уиллард. Ну, сейчас начнется! Мэр никогда не упустит случая лишний раз себя похвалить, особенно перед выборами.

— Как справедливо отметил мой многоуважаемый соперник, дети — наше будущее. Городские власти делают все, чтобы нашим юным горожанам было где учиться и отдыхать. Только за последний год мы…

Дальше Эдгар слушать не стал. Когда все желающие выступили, и оркестр начал настраивать инструменты, он хотел пригласить Бет выйти подышать свежим воздухом, но ее опять перехватил Мюррей. Эдгар вздохнул. Его соседка с другой стороны все время пыталась завязать с ним беседу, но он отвечал сухо, чуть ли не грубо. Его интересовала одна женщина, только с Бетти он хотел говорить, только ее обнимать…

— Извините, — прервал он Джима на полуслове, встал и протянул руку Бетти. — Потанцуем? — Она улыбнулась, и они оставили Мюррея наедине с его праведным гневом.

Они танцевали долго, им казалось, что они одни в своем зачарованном мире, где кроме них есть только музыка…

— Пойдем домой! — шепнул ей на ухо Эдгар.

Домой! От этого слова у Бетти сердце гулко застучало в груди. Она посмотрела ему в глаза и, прочтя в них желание, улыбнулась и шепнула в ответ:

— Пойдем скорей!

Эдгар обнял ее за талию и повел через толпу гостей к выходу, с трудом сдерживаясь, когда ее останавливали, чтобы выразить благодарность за работу. Они почти дошли до двери, когда Бетти опять остановили. Эдгар стоял у нее за спиной и думал, обидится ли она на него, если он возьмет ее в охапку, перекинет через плечо и унесет поскорее отсюда. Пожалуй, стоит попробовать, решил он.

— Так рано уводите от нас Бетти, детектив Райли? — раздался рядом голос Мюррея.

Эдгар не спеша повернулся и, одарив Джима ледяным взглядом, спокойно ответил:

— Мы решили, что нам уже пора.

— Жаль! Бетти очень любит такие вечера. Напрасно вы лишаете ее удовольствия только потому, что вам здесь не нравится. Пусть она еще повеселится, а потом я с радостью провожу ее домой.

Прежде чем ответить, Райли сосчитал до десяти. С каким бы удовольствием он разукрасил эту холеную физиономию!

— Не стоит беспокоиться. Об удовольствиях Бетти я позабочусь сам.

— Пойдем, Эд! — Бет потянула его за руку, но он не шелохнулся.

— Не могу себе представить, детектив, чем вы ее взяли, — продолжал Мюррей, забыв о приличиях, — но очень скоро вы ей наскучите. Вы ничего не значите в ее жизни.

Эдгар скрестил руки на груди и, глядя Джиму прямо в глаза, невозмутимо осведомился:

— Вы так в этом уверены, доктор?

— Прекратите сейчас же, вы оба! — прошипела Бетти, заметив любопытные взгляды окружающих, но это не возымело на них никакого действия, и она развернулась и, протолкнувшись через толпу гостей, вошла в женский туалет.

Эдгар ругнулся и направился вслед за ней. Он подождал у входа минут пять, но Бетти все не появлялась. Выходившие из туалета дамы смотрели на него, как на какого-нибудь извращенца. Эдгар достал из внутреннего кармана полицейский значок. Хуже не будет, подумал он. Бетти уже и так рассвирепела. И, распахнув дверь, он вошел в женский туалет.

— Лейтенант Райли, полицейское управление Бостона, — представился он обомлевшим дамам. — Прошу вас освободить помещение. Повторяю, освободите помещение!

— Эдгар, как ты посмел?! — Бетти отказывалась верить своим глазам, а какая-то нахалка с голыми плечами подкатилась к нему и, чуть не вываливаясь из платья, томно вопросила:

— Лейтенант, я могу вам чем-нибудь помочь?

Эдгар улыбнулся, да-да, улыбнулся — черт бы его побрал! — и, кивнув в сторону Бетти, ответил:

— Нет, мадам. Женщина, которую я должен задержать, перед вами.

Какая-то дама в черном оглядела Бет с головы до ног и вздохнула:

— Какой ужас! Девочки, разве вы не слышали, что вам сказали? Давайте поскорее выйдем. — И вышла первой, остальные последовали ее примеру, бросая неодобрительные взгляды на Бетти, готовую от стыда провалиться сквозь землю.

— Я убью тебя, Райли! — процедила она. — На этот раз я на самом деле тебя удавлю!

Эдгар убрал значок в карман и, прислонясь к двери, чтобы никто не вошел, заметил:

— Угрожаете полицейскому, мисс Эджерли? Это уголовно наказуемое деяние. Придется вас на самом деле задержать!

— А мне придется тебя удавить! Отойди от двери, я ухожу!

— Со мной.

— Ни за что!

— Ну, тогда я с места не двинусь.

В дверь постучали, сначала робко, потом настойчиво.

— Эдгар! Здесь не место выяснять отношения!

— Согласен. Пошли домой.

— Пошли, — сломалась Бетти, ибо грохот стоял такой, словно в дверь били тараном.

Эдгар отступил в сторону, пропуская Бетти. Вид у нее был такой, что, замешкайся он, она бы прошла сквозь него, да и сквозь стену. За дверью стояла беременная дама, она наградила Бетти взором, исполненным укоризны, а когда появился Эдгар, открыла рот и так и осталась стоять, глядя им вслед.

В гардеробе Эдгар имел глупость подать Бетти пальто.

— Если ты до меня хоть пальцем дотронешься, я раздроблю тебе коленные чашечки! — со сладкой улыбкой предупредила она.

Райли решил не рисковать и, идя за ней к выходу, подумал, что, пожалуй, на этот раз перегнул палку.