Долг, оплаченный страстью - Дженнифер Хейворд

– С чего ты решил помочь Джеймсу?

– Я считаю, что «Кармайкл компани» снова может стать великой. Но для этого нужно, чтобы во главе фирмы стоял ваш брат. Он современный управленец, и с ним мне легче работать.

– Но если Баваро пойдут на сделку, где ты возьмешь столько времени?

Лоренцо бегло взглянул на жену:

– Сделкой с Баваро теперь занимается мой помощник. Я нанял его неделю назад. Все это часть плана.

– Какого плана?

– Плана по возвращению тебя, – как ни в чем не бывало ответил Лоренцо. – Вот что было моей главной целью все это время. Просто я все делал неправильно.

Анжелина чувствовала, как тает ее сердце. Невозможно злиться, когда слышишь такие слова.

На удивление, дорога была свободной, и они добрались до дома в считаные минуты. Лоренцо включил свет в гостиной, налил два бокала газированной воды, один передал ей и погрузился в кресло. Анжелина села напротив.

– Я должен рассказать тебе о Лючии, – тихо начал Лоренцо. – Всю правду об этой истории.

– Лоренцо…

Он выставил ладонь, требуя не перебивать его.

– Я должен.

Анжелина откинулась в кресле, сердце вырывалось у нее из груди.

– Ту неделю, когда она умерла, я провел в Шанхае. Каждый день по три встречи минимум. Лючия хотела прилететь ко мне, но я ей отказал. У меня не было на нее времени. А ей было неспокойно в Нью-Йорке. Будучи родом из маленькой итальянской деревушки, она боялась больших городов. Мне казалось, что ей нужно закалить характер, перебороть себя.

Анжелина прижала пальцы к губам. Какое же чувство вины он должен был испытывать после!

– Когда грабители ушли, – продолжил Лоренцо, бледнея, – она позвонила не 911. Она позвонила мне. Но у меня включилась голосовая почта. Я был на важной встрече. Когда я прослушал сообщение, я чуть не сошел с ума.

– Нет, – прошептала Анжелина. Слезы текли из ее глаз. Она встала, подошла к мужу и села к нему на колени. – Лоренцо, это не твоя вина.

Но его печальный взгляд говорил обратное.

– Я должен был прислушаться к ее страхам и взять ее с собой.

Анжелина отрицательно качала головой:

– Ты хотел сделать ее сильнее. Ты защищал ее по-своему. Я знаю это, потому что так же ты вел себя со мной. Ты отталкивал меня, когда мне было это необходимо. Ты открыл мне глаза на мои страхи.

– Я не хочу оправдываться, Энжи, – продолжал Лоренцо. – Я лишь хочу, чтобы ты поняла. Я был таким не потому, что все еще любил Лючию. Я просто был поглощен чувством вины.

Жгучие слезы текли по щекам Анжелины. Наконец-то она поняла, что двигало ее мужем. Теперь она поняла его.

– Ты должен простить себя, – тихо сказала она, обхватив лицо мужа ладонями. – Ты должен понять, что не мог контролировать то, что случилось. Иначе твоя… Иначе наша жизнь никогда не станет цельной.

Лоренцо кивнул:

– Я знаю. То, что ты снова ушла, стало для меня последним звонком. Я понял, что должен простить себя. Признать, что я и впрямь простой человек.

Сердце Анжелины билось чувством к нему, и это было спокойное, мерное сердцебиение. Она верила, что теперь Лоренцо сможет найти мир с самим собой.

– Ты открыла мне глаза на то, что я чувствую к тебе, – продолжал Лоренцо. – Я не мог тебе простить, что ты ушла от меня в первый раз. Но я должен снова научиться доверять. И любить. Я всегда любил тебя, но боялся это признать. Потому что не был уверен, что ты будешь со мной. Тогда ты ушла, и мои опасения подтвердились.

У Анжелины сжалось сердце.

– Это было моей ошибкой. Я должна была биться за наше счастье вместе с тобой, а я сбежала из ситуации.

Лоренцо отрицательно покачал головой:

– Так должно было случиться. Тебе было нужно повзрослеть. Стать той, кто ты теперь. А мне нужен был знак, чтобы начать ценить тебя такой, какая ты есть. Всему свое время.

Возможно, он был прав. Возможно, тогда их время еще не пришло. И возможно, оно пришло сейчас.

– Прости меня, – сказал Лоренцо, прижимаясь губами к виску Анжелины. – Нужно быть полным глупцом, чтобы дать тебе снова уйти. Прости, что сказал тебе то, чего не хотел говорить. Без тебя я ничто. Без тебя я лишь тень человека. И с каждым твоим уходом эта тень понемногу исчезает.

Анжелина сглотнула подступивший к горлу комок:

– Обещай, что всегда будешь говорить мне о своих чувствах. Обещай, что ты будешь для меня открытой книгой, как я для тебя.

– Обещаю, – кивнул Лоренцо и коснулся губами ее губ. – Больше никаких тайн и игр.

Он поцеловал жену в губы. Глубоко и страстно. А еще по-настоящему искренне – теперь Анжелина чувствовала это всем сердцем. Сердцем, в котором оттаяли последние льдинки.

И вдруг он больно укусил ее за нижнюю губу, и Анжелина вздрогнула.

– Это тебе за то, – сказал Лоренцо, – что не отвечала на мои звонки.

– Ты это заслужил, – ответила в свою защиту Анжелина.

– Знаю. А теперь дай мне показать тебе, как я раскаиваюсь в этом.

Он поднял жену на руки и понес по темному коридору пентхауса в спальню. Здесь он усадил ее на постель, снял с себя рубашку и брюки. Анжелина заметила, что за неделю он заметно похудел. Впрочем, это было ему даже к лицу.

– Я так скучала по тебе, – прошептала Анжелина, протягивая к нему руки.

– А я скучал по тебе, – ответил Лоренцо, встав перед женой на колени и принявшись расстегивать ей блузку. – Но теперь я полностью твой. По-настоящему и навсегда.