Ярчайшая мечта - Кэтрин Кингсли

– Хандрей тоже так говорил, – заметила Али.

– Его зовут Андре, – поправил граф.

– А я называю его Хандрей, – заявила Али. – Так вот, он тоже постоянно говорил, что я – сущее наказание. Наверное, у меня характер такой трудный, – добавила она, нахмурившись. И вдруг спросила: – А если я не понравлюсь моим родным… они отправят меня в работный дом? Я слышала, как Билли Мотт вчера рассказывал об этом, когда чистил сапоги. Он сказал, что ему очень повезло, что он нашел у вас работу. Иначе его отправили бы в работный дом, где бедняки отдают Богу душу.

– Нет, Али. – Николас обнял ее за плечи. – Я не думаю, что для тебя существует такая опасность. Но если хочешь произвести нужное впечатление на своих родственников с самого начала, то нам нужно хорошенько потрудиться. – Он подтолкнул девушку к двери. – А теперь… Почему бы нам не сесть за ленч вместе с Джорджией? Ей ведь очень интересно посмотреть, чему мы научились.

Али тихонько вздохнула.

– Как вы думаете, я когда-нибудь усвою, какую вилку используют для дичи и какую – для рыбы? Знаете, мне намного удобнее есть руками.

– Да, знаю, – кивнул граф. – И у тебя это получается просто очаровательно. Проблема лишь в том, что не всем это может понравиться.

– Ох, вы не поняли, – пробормотала Али. – Я хочу сказать, что не предназначена для подобной жизни. Вы вместе с Джорджией все время пытаетесь сделать меня похожей на себя. Но боюсь, из этого ничего не выйдет. Я навсегда останусь дикой, как говорила миссис Херрингер.

– Ты каждый раз начинаешь вспоминать про эту гнусную Херрингер, когда хочешь увильнуть от занятий, – с усмешкой сказал граф. – Но у тебя ничего не выйдет, ясно? В конце дня попрактикуемся танцевать вальс. – Али застонала, а Николас с улыбкой добавил: – А перед вечерними занятиями устроим верховую прогулку, договорились? Можем взять с собой Шерифей вместе со всей сворой. Я думаю, она уже готова бегать длинные расстояния.

Али просияла.

– Что ж, тогда пойдемте!

А вечером, когда Али спустилась к ужину, то тотчас же почувствовала: атмосфера в доме изменилась. Она вошла в библиотеку и увидела там Николаса и Джорджию – серьезных и озабоченных.

– Что-то не так? Что-то случилось? – Она прижала руку к горлу. – Какие-нибудь известия от Хандрея, да?

– Нет, ничего подобного, – ответил граф. – Иди сюда и сядь рядом с нами, дорогая, – добавил он, помрачнев.

«Значит, все-таки что-то случилось», – подумала Али. И, следовательно, ее вот-вот выставят из этого дома, который она полюбила всем сердцем – даже несмотря на нудные занятия. Собравшись с духом, девушка проговорила:

– Выходит, вы нашли мою родню, и теперь я должна уехать. Что ж, хорошо. Только, пожалуйста, очень вас прошу, разрешите мне взять с собой Шерифей. Ведь она – ваш подарок, и я думаю, что без меня ей будет одиноко. Она еще очень маленькая…

– Нет никакой нужды куда-то забирать Шерифей, – мягко возразила Джорджия. – Сядь, пожалуйста.

С трепещущим сердцем Али села в одно из кресел напротив супругов.

– Значит, нашлась моя родня? – тихо спросила она.

– Да, – кивнула Джорджия. – Николас приложил немало трудов, чтобы отыскать их.

Али молча кивнула, и Джорджия продолжила:

– Помнишь, мы говорили тебе, что у твоей матери не было ни братьев, ни сестер, а ее родители умерли какое-то время назад? Так вот, нам не удалось найти никого из родственников с этой стороны. Видишь ли, оказалось, что твои дед с бабкой по материнской линии, приехали сюда из Италии.

– Из Италии? – Али прижала руку к губам. – Это плохо?

– Почему же плохо? – удивился Николас. – Италия – прекрасная страна. Кстати, вот откуда у тебя темные волосы и темные глаза… Но, как бы то ни было, у нас нет никаких сведений об остальных членах этой итальянской семьи. Судя по всему, они уже давно все уехали из Флоренции, но куда… Следов их найти не удалось.

Али облизнула губы.

– Вы ведь говорили, что родители моего отца тоже умерли…

– Это правда, – ответил граф.

– А как насчет отцовской сестры? Вы же пытались ее найти, верно?

– Да, я ее искал. Но понимаешь, я только что получил письмо из Канады. Твоя тетка отправилась туда двадцать лет назад. Она вышла там замуж, но детей у нее не было. В прошлом году она скончалась, а ее муж отказывается принять тебя.

– Это потому что я – дикая турчанка? – со вздохом спросила Али.

– Нет, Али, – вмешалась Джорджия. – Потому что он женился вновь, а у его жены – свои собственные дети.

– Ясно, – прошептала Али. – Значит, я никому не нужна. – Она уставилась на свои руки. Что ж, этого и следовало ожидать. С Хаджи было то же самое. И с Хандреем. Ах, что теперь с ней будет? Перед ее мысленным взором возник образ ужасного работного дома.

Тут Николас откашлялся и заявил:

– Неправда, Али! – Он пронзил ее взглядом. – Мы с Джорджией все обсудили и решили, что было бы очень хорошо, если бы ты перешла под нашу опеку. Поэтому я отправляюсь в Лондон, чтобы выправить нужные бумаги.

– Опека? А что это означает? – насторожилась Али. – Я стану кем-то… вроде камеристки?

Граф усмехнулся.

– Нет, милая, это означает, что ты официально станешь членом нашей семьи, и поэтому ты должна будешь относиться к нам с лаской и любовью – как и положено относиться к своим дряхлым деду с бабкой.

Али в изумлении смотрела на графа. Она никогда – да-да, никогда! – даже не надеялась на это, хотя иной раз мечтала о том, как останется жить в Рейвенсуолке вместе с Джорджией и Николасом.

– Ну, как тебе эта идея, Али? – спросила Джорджия. Глаза графини светились радостью.

Али всхлипнула и пробормотала:

– Я… Я только мечтала об этом… Мечтала, но никогда не думала, что это станет возможным. Вы действительно хотите взять меня к себе? Вы уверены?

– Конечно, уверены, – улыбнулся Николас. – Неужели ты думаешь, что мы настолько пустоголовые, что не понимаем, чего хотим? Все очень просто. Ты будешь жить здесь до тех пор, пока не устанешь от нас. А потом выйдешь замуж… и переедешь куда-нибудь.

– Ни за что! – воскликнула Али. – Я никогда не оставлю вас. В любом случае на мне никто не захочет жениться. И поэтому я буду ухаживать за вами, когда вы постареете.

– Нам и так уже довольно много лет, – со смехом сказал граф. – Но как пожелаешь… Только вспомни эти свои слова, когда наступит время, а мы не сможем удержать тебя рядом.

– О, поверьте, я никогда их не забуду. И я стану самой послушной вашей внучкой. О, спасибо вам огромное! – Али вскочила на ноги и бросилась к софе, где сидели супруги. Она крепко обняла Николаса, потом – Джорджию. – Ах, как чудесно! – воскликнула она. – У меня никогда не было ни дедушки, ни бабушки! – Вернувшись в свое кресло, Али тихо спросила: – А вы точно уверены, что готовы взять к себе чужую по крови? Вдруг вы передумаете?