Дневник юной леди - Ирина Молчанова

– У тебя тушь размазалась, – сказал он, отстранился и зачем-то пошел в конец автобуса.

Почти все уже вышли. Я хотела поискать зеркальце, подправить тушь, но вовремя вспомнила, что вообще не накрасилась сегодня.

Какая тушь? У него с головой не все в порядке? Ненормальный! Ну и друга себе Рома нашел.

Саша снова прошел мимо, но на этот раз даже не посмотрел на меня.

Я степенно вышла из автобуса, вдохнула полной грудью, как привыкла в лагере, и задохнулась.

Ну и копоть! Как же тут дышать?! Как тут жить?

Я обнялась с Жанной, кивнула на прощанье Оксане и подошла к Вадику.

– Ну что... – я специально недоговариваю, хочу, чтобы он проявил инициативу.

– Пока, – Вадик протянул мне руку для пожатия.

Он прикалывается, что ли?

Я игнорирую его руку и крепко обнимаю.

– Позвонишь вечером?

– Угу, – он тоже меня обнял.

– Будешь скучать? – спросила я и затаила дыхание. Я еще никогда не задавала ему таких провокационных вопросов, все боялась повторить Алькину ошибку, когда та пыталась выбить у него признание в любви.

Вадик как-то нехотя улыбнулся.

– А ты будешь?

Ну разве это честно – переводить стрелки? Я первая спросила!

– Я буду, – решительно говорю я.

Чего врать и увиливать, ведь это правда! Мне кажется, я уже начинаю скучать, а тут еще прощание какое-то холодное выходит.

– Тогда и я буду, – кивнул Вадик.

Тогда? Как это? Дашь на дашь, что ли? Нет, так не может быть! Ведь тот, кто любит, будет скучать, даже если по нему скучать не станут. Скучать – это не просто слово из семи букв, это ощущение – оно или есть или нет. Третьего не дано!

А может, не надо цепляться к словам? Не все парни умеют делать красивые признания, некоторые вообще стесняются всех этих ути-пути.

Молчание затянулось. Стоим друг перед другом как дураки.

Почему он не поцелует меня? Или в городе ему неловко каждые пять минут лобызаться? Неужели тут все по-другому? Да, конечно, в лагере и воздух чище, и природа располагает к возвышенным чувствам, но... смешно просто! Сколько можно задавать самой себе вопросы, пора бы уже спросить у него.

– Как насчет того, чтобы поцеловать меня?

Несколько агрессивно получилось, у него аж зрачки расширились.

– Можно... – Вадик шагнул ко мне и поцеловал.

Нет, нет и еще раз нет, я не думаю о мерзком слове «можно», под которым змеей притаилось великое одолжение. Мне вдруг подумалось: «Как же давно я не мечтала о нем... О НЕМ – о Моей судьбе!»

* * *

У меня все хорошо! Солнце светит, трава зеленеет, мой любимый парк в послеобеденной дреме, даже мохнатые толстяки шмели забрались в цветы и ни жу-жу. Птицы устали петь, а дети скакать на батуте, муравьям надоело обследовать мои кроссовки, а голубому воздушному змею парить на собачьем поводке. Он упал и больше не хочет лететь. Все равно маленький хозяин не отпустит ввысь, вслед за перистыми облаками. Гадкий мальчишка!

У меня ВСЕ ХОРОШО! У нас – все хорошо! У меня и у моего ноутбука. Мы выгуливаемся на скамеечке и вовсе не плачем, и на телефон мы не смотрим каждые пять минут, мы – держимся как истинные леди.

Леди не живут прошлым. Леди самодостаточны. Леди не плачут на людях. Леди никогда не звонят первыми. Леди не изнывают от скуки. Леди...

Я перестаю печатать.

Я – не леди.

Вадик не позвонил.

ВСЕ – ПЛОХО!

Уже полтора месяца слоняюсь без дела, родители от жалости купили мне ноутбук. Да-а, прекрасная замена парня. Он со мной не спорит, не делает глупости, выполняет все команды, он блестящий и красный, он самый умный и красивый, но он не разговаривает со мной и не целуется! Я-то, конечно, могу его чмокнуть в крышку, хоть даже в экран, или расцеловать клавиатуру – вот она какая на самом деле – однобокая любовь. Ему ничего от меня не нужно, даже половины яблока. Поедаю все сама, а счастья нет!

Из «Колеса» мне так и не позвонили. Юбка, каблуки, жеманство, выдумки про Платонова и перепечатку рецептов – ерунда все это. Противно вспоминать. Лучше бы сказала правду, раз не в состоянии соврать как следует. Он ведь ни единому слову моему не поверил! Да я сама бы не поверила! Нужно было выбрать что-то одно, либо правда и я – такая, как есть, с Интернетом и любовными романчиками, либо Достоевский с Платоновым в паре с брючным костюмом, либо пресловутая юбка, каблуки и рецепты для мамы... Все в одну кучу не годится, слишком много для четырнадцати лет. Вот бы – раз – и на полгодика назад! Столько еще всего нужно узнать! А время летит...

Небесная канцелярия меня забыла. Может, они там решили, что я слишком много о себе мню? А может... нет, не может! Я же раскаивалась!!! Каждый день, каждый проклятый день я хоть чуточку лучше, чем была! Ослепли они там, что ли?!

Неожиданно ноутбук пикнул. Музыку для релаксации, которую я слушала, заело: мп-мп-мп-мп-мп-мп-мп-мп-мп...

– Что случилось? Что с тобой? Что?

Когда я волнуюсь, то начинаю задавать ему вопросы, как человеку. СD-ROM не открывается! Это все проклятый диск! А ноут пикает и пикает. Да что же с ним такое? Он ведь новый! Мы с ним каждый день сюда приходим и сидим по три часа, пока у него батарея не разрядится. Всегда все было прекрасно! А что, если ему противопоказано солнце? Неужели сломала? А если закрыть?

Я закрываю, но компьютер в «спящий» режим не переходит, выдает ошибку. Жму на красную копку «Выключение», а он кричит: мп-мп-мп-мп-мп, а параллельно так требовательно: пи-и-и-и. Словно сказать мне что-то хочет!

Слезы льются из глаз. Это даже не какой-то Вадик, который не позвонил, это мой новенький ноутбук! У-у-у-у – сломала! Рома ведь говорил папе с мамой, что я безрукая, а они не поверили! Что дела-а-ать???

– С чем? – послышалось надо мной.

Я поднимаю голову, вытираю нос. Уж не знаю за что, но Канцелярия, видно, на меня сильно гневается, а то бы никогда не позволила ТАКОМУ случиться!

Передо мной Донских, он смотрит на меня недоуменно и улыбается. Одет в черные джинсы и серую футболку, в руке у него прозрачный пакет, а там батон «Нарезной».

И чего это он по парку с батоном бродит? Совсем ненормальный!

– Что надо? – сердито спросила я. Слезы даже вытирать не пришлось – сами высохли. Еще бы, лицо горит, как нагретая сковорода!

Саша сел рядом на скамейку.

– Что случилось-то? Из-за Вадика, что ли...

Я гневно смотрю на него.

– А ты-то откуда знаешь?

Саша потупился.

А-а-а, Ромка – предатель! Ну получит он у меня – трепач! Хорош братец!