Точка соприкосновения - Линдсей Армстронг

Он по-прежнему не шевелился. Глубокие складки бороздили его лицо. В глазах было неверие. Плотно сжатый рот предательски подергивался.

— Знаешь, что сказал мне Брайс на прощание? — продолжала Скай еле слышно. — Он пришел к выводу, что я из тех девушек, которые могут принадлежать только одному мужчине. И это правда.

— Скай… — Ник мучительно выдавил ее имя, — столько еще неразрешимых проблем…

— Нет, любимый, все хорошо, — прошептала она и потянула его руку к своим губам. — Остальное уладится.

На мгновение он застыл в нерешительности, словно охваченный самой тяжелой в своей жизни борьбой, затем со стоном сгреб ее в объятия.

— Я клялся, — невнятно произнес он, уткнувшись в ее волосы, — что ты мне не нужна. Я и не мечтал, что ты снова станешь моей после…

— Все прошло, — заверила его Скай.

— Да, но я даже представить себе не мог, что натворил, пока ты не ушла от меня на Лизарде. Проклятый гонор не позволял мне признать, что все то, чем я гордился, превратилось в прах без тебя.

Они смотрели друг на друга, охваченные страстью. Чувство было столь сильным, что Скай чуть не задохнулась в его объятиях.

— Более того, — продолжал Ник, — я готов был убить Брайса Денвера, если мне казалось, что он… способен расстроить или обидеть тебя. Я с легкой душой мог заточить Уинн в монастырь, когда понял, во что бездумно влип. Но почему мне не приходило в голову, насколько виноват я сам? — недоумевал он.

— Ник…

— Тсс, милая, — пробормотал он и поцеловал ее в губы. — Я должен объяснить, каким дураком я был. Что я творил? Попытался толкнуть тебя в объятия Брайса. Заявил, что тебе вообще не следовало связываться со мной. Для вида таскал за собой Уинн, хотя не спал ни с ней, ни с кем бы то ни было с тех пор, как мы с тобой расстались.

— Я так рада, — просто сказала она.

— Но все, что я делал, было… от злости, хотя я тогда не отдавал себе в этом отчета. Я злился на самого себя. Ярость и заносчивость оставили в моей душе лишь холодную пустоту, и это заставляло меня совершать поступки, о которых я всегда буду сожалеть.

— Ник… — Скай слегка отстранилась, не покидая его объятий. — Не думай, что ты один прошел через это. Я помню свои слова о том, что Уинн во всех отношениях гораздо больше подходит тебе. В душе я знала, что это не так, но наблюдать за вашими танцами было для меня адской пыткой.

— Понятно. — Легкая улыбка появилась на его губах. Он теребил ее локон.

Они посмотрели друг на друга и облегченно рассмеялись. Их поцелуи становились все более страстными…

— Люблю эту кровать и эту комнату, — мечтательно произнесла Скай спустя весьма продолжительное время.

Обнимая ее, Ник рассеянно осмотрел спальню.

— Что ж, здесь комфортно…

— Для меня она означает нечто большее. Тут ты впервые занялся со мной любовью, тут мы воссоединились. Думаю, мы навсегда сохраним эту кровать и обстановку.

Он поцеловал ее в шею.

— Совершенно с тобой согласен… Ты была бесподобна.

— И ты. — Скай вздохнула. Их любовь, преодолев все преграды, стала нежнее и упоительнее, чем когда-либо. Это было подлинное слияние сердец, умов и тел. Они сказали друг другу то, чего еще никогда не говорили, и не могли оторваться друг от друга, испытывая небывалое эмоциональное и физическое потрясение. — Помнишь, однажды ты сказал мне, что потрясающий секс вызывает у тебя волчий голод?.. О, нет! — Скай села, прикрыв рукой рот.

Ник сел рядом с ней и взял ее за руку.

— У тебя что, еще ни разу не подгорал ужин?

— Ни разу… Может быть, уже дом горит?

— Вряд ли, но пойдем посмотрим.

— Только накину платье…

Он снова притянул ее к себе.

— Оно не требуется.

— Я… конечно, пристрастилась к рискованной жизни, но… — Скай замялась.

— Щеголять голой на кухне — другое дело? — с серьезным видом подсказал Ник. — Не забывай, как прекрасно у тебя это получилось в гостиной.

— Похоже, ты не позволишь мне забыть об этом, — ответила она так же серьезно.

— Возможно, ты угадала.

— Ник… — Она повернула к нему смеющееся лицо. — Только не напоминай мне об этом на людях. Я и так с трудом на ногах держусь, стоит только тебе посмотреть на меня.

— Это чуть ли не самое приятное из всего, что ты когда-либо говорила мне. — Ник все еще был серьезен, однако в его глазах таилось совсем другое.

Скай прикоснулась пальцами к его губам.

— Но сначала проверим, что делается на кухне.

— Давай. — Он выглядел до смешного огорченным. — Однако платье не нужно. — Отпустив ее, он встал, подошел к стенному шкафу и вытащил желтый шелковый халат. Ее халат.

Скай удивилась:

— Он здесь? Я решила, что ты его выбросил.

— Нет. Я не смог. Он еще… благоухает тобой. В минуты отчаяния я доставал его и… мечтал о твоих объятиях.

— Ох, Ник. — Скай вытерла неожиданные слезы. — Наверное, это самое приятное из всего, что ты когда-либо говорил мне.

Жаркое из баранины они проверили вместе.

Сморщенное, почерневшее мясо было несъедобным.

Они переглянулись и расхохотались.

— Возможно, придется сделать омлет. Переживешь? — спросила Скай.

— Все, приготовленное тобой, — волшебство. Но не спеши. Продолжим рискованную жизнь?

— Ты хочешь сказать, вернемся в постель?

— Это улучшает мое душевное состояние, дорогая.

И она снова очутилась в его объятиях…

После того как они вместе приняли душ, Скай приготовила омлет, и они ели его, любуясь бухтой. Ник неожиданно сказал:

— Ты была права.

Она удивленно вскинула бровь.

— Насчет того, что память моего отца достойна большего. — Ник взял бокал с вином и откинулся на спинку стула. — Я чувствую, что наконец мы с ним помирились.

— Я так рада. Но ты имеешь в виду только наши с тобой отношения?

Он отрицательно покачал головой.

— Может быть, я делаю все не так, все по-своему. Проблема заключалась в том, что мы с ним по-разному смотрели на жизнь. Он имел тенденцию оглядываться назад, а я стремился вперед. Наверное, это естественно, однако, думаю, именно из-за этого я был таким… беспокойным. Но я никогда не забуду, чему он учил меня, не забуду его мудрости и понимания. Он знал, что для меня лучше, даже когда я сам не догадывался об этом.

Скай молча подняла свой бокал.

— Понятно.

Спустя двенадцать месяцев недавно появившийся на свет Ричард Кеннет Хантер, нареченный в честь обоих дедушек, вызвал у своего отца это замечание.